Михаил Шуваев - Звездный Гольфстрим
— Готов, Володя? — повернулся к нему Сомов.
— Да, Михал Васильич, можно начинать.
Виби подошел и прикрепил к Вовкиному комбезу оранжевую коробочку «на всякий случай».
— Володя, мы здесь, и если потребуется подсказка, никто не будет возражать, залезай за ней в наши мозги. Но для этого постарайся как-нибудь держать нас в курсе того, что с тобой происходит… Сможешь? — обратился к нему Капелли.
— Думаю, да, — ответил Вовка и закрыл глаза.
Он сосредоточился и представил себе старенький аккуратный домик на берегу большого лесного озера, куда они с отцом любили приезжать на рыбалку, тропинку, ведущую через лес к небольшой заводи, где на берегу лежал ствол давным-давно упавшего от удара молнии дерева.
Присутствующие в рубке уже без особых эмоций, привычно восприняли на большом мониторе трехмерную картинку лесной дали…
* * *Открыв глаза, он сразу узнал это тихое красивое место. Был теплый летний день. Нет, не день, уже вечерело. Это почти не ощущалось, но воздух был кристально прозрачным, а весь пейзаж отличался четкостью в прорисовке даже мелких деталей. Вовка взглянул на дом, небольшую флаерстоянку позади, засунул руки в карманы и зашагал по лесной тропинке к озеру Легкий ветерок едва шевелил кроны высоких деревьев у него над головой. Буквально через три минуты он вышел на берег и сразу увидел поваленный ствол сосны, на котором они с отцом частенько засиживались до самой ночи и вели философские беседы и споры, глядя на загорающиеся в темнеющем небе звезды.
Он подошел к поваленному дереву, наклонился и провел рукой по шершавому стволу, сохранившему тепло жаркого июльского дня. Сев на траву и прислонившись спиной к древесине, давно потерявшей кору, Вовка пошарил вокруг себя, нашел небольшую гальку и, несильно размахнувшись, кинул ее в воду. Пролетев несколько метров, она с легким бульком упала в воду, оставив быстро разбегающиеся по поверхности круги.
— Здравствуйте, Владимир Иванович, я не помешаю? — послышалось из-за спины.
— Нисколько, Фёдор Михайлович, — не оборачиваясь и бросая в спокойную воду озера еще один камушек, произнес Вовка.
Позади зашуршала трава, и, обойдя ствол, перед Прыгуновым появился уже знакомый ему персонаж. Высокий крепкий загорелый блондин с серыми цепкими глазами на этот раз был одет в светлые брюки и белую рубашку с коротким рукавом. Солнечные очки по-прежнему были сдвинуты на лоб. Он встал на берегу между водой и Вовкой, совсем как человек поднял руки и сцепил их на затылке. Обведя долгим взглядом озеро и дальний лесистый берег, он произнес:
— Красота тут у вас…
— Да, многим нравится. А главное, здесь всегда тихо и спокойно, никто не мешает. Разве что утки днем да выпь или филин ночью. Рыбалка опять же что надо.
— А что, уединение так ценится у вас?
— Как сказать. Но иногда действительно, так накувыркаешься, что хочется побыть одному, успокоиться, поразмышлять.
— «Накувыркаешься», если я правильно понял, значит, наработался в среде себе подобных? — обернулся инопланетянин.
— Вот-вот, что-то в этом роде, — усмехнулся Вовка и швырнул в воду очередной камушек. Галька упала и вспугнула большую рыбину, которая шарахнулась в сторону, взрезав гладкую поверхность черным плавником.
— Ого! Местная фауна? — удивился крепыш, проследив взглядом за исчезающим темным треугольником.
— Да, рыба, а озеро это называется Щучье. Здесь щука нерестится по большой воде, но когда вода спадает и озеро вновь отрезается от реки, не вся успевает уйти и остается. Рыбы тут хоть пруд пруди!..
— И вы ее ловите, убиваете и едите, — слегка поморщился собеседник.
— Да, такие вот мы дикари! — развел руками Вовка и поднялся с земли, отряхивая от песка брюки. — А вас это сильно задевает, Фёдор Михайлович?
— Нет, мне это совершенно безразлично…
— А к чему же тогда такой пафосный комментарий?
Крепыш очень естественно пожал плечами:
— Скорее, констатация, абсолютно ничего личного, Владимир Иванович!
Вовка с трудом сдерживался, чтобы не дай бог вся отрицательная энергия, которая клокотала в нем, не выплеснулась наружу. Интуитивно он понимал, что, ведя себя равнодушно и даже несколько отстраненно, зарабатывает очки, а крепыш, медля с началом прямого разговора, теряет инициативу. В то же время, начав первым, инопланетянин косвенно признает свою большую заинтересованность в переговорах, а значит, даст Вовке дополнительный козырь. Но с нервами у крепыша, похоже, все было нормально.
Вовка сорвал травинку и сунул ее в рот. Мимо них, изредка покрякивая, выстроившись маленьким клином, словно звено боевых истребителей, на бреющем пролетело несколько уток. Проводив их взглядом, блондин отошел от зеркала бирюзовой воды и присел на поваленную сосну.
— Сдается мне, Владимир Иванович, что вы как-то ухитрились подготовиться к этой встрече.
«Вот оно, началось!» — промелькнуло зыбкой тенью в голове у Вовки. Призвав все свое спокойствие, он как можно безразличнее удивился и приподнял одну бровь:
— Вот как? И что вас наталкивает на подобное умозаключение, Федор Михайлович?
— Ваше напускное спокойствие и равнодушие.
— Напускное?
— Не надо быть дипломированным психологом, чтобы понять, что вы взведены, как пружина, и со страхом ожидаете моего прямого вопроса. Вот так-то!
— Упаси бог! Я искренне надеюсь, что вы мне его не зададите, — непринужденно засмеялся Вовка. Знал бы кто, чего ему это стоило!
— Переигрываете, Владимир Иванович, перебор. Тем не менее я восхищен, вы действительно не теряли времени даром после нашей первой встречи, — Федор Михайлович картинно несколько раз хлопнул в ладоши. — Браво!
Изо всех сил стараясь выглядеть естественно, Вовка закатал брюки чуть выше колен, снял кроссовки и носки и вошел в прохладную, удивительно приятную воду. Несмотря на то что все это было лишь психическим отражением реальности и осознавалось Вовкой только на церебральном уровне, все равно псевдоощущение прохлады в ногах принесло ему несказанное удовольствие. Он зачерпнул пригоршню прозрачного озерного серебра и вылил себе на горячее лицо. Его визави остался на берегу и равнодушно взирал на землянина.
— Скажите, Фёдор Михайлович, я так понял, что вам здесь нравится, верно?
— Я бывал в местах и поинтереснее, — последовал ответ.
— Но вы же сами сказали в самом начале! — Вовка вытер руки о куртку и побрел к берегу, по-детски пеня ногами воду. — Выходит, врали? Нехорошо…
— Я вам льстил, Владимир Иванович. Надо же было как-то начинать наш разговор. В прошлый раз я, наверное, был немного резковат, ну вот и решил сегодня действовать помягче, подипломатичнее.