Дэйтон Вард - Во имя чести

Кирк слышал слова, но битва, которую он все еще вел внутри себя, не позволила им запечатлиться, чтобы растворить боль и горечь, которую он чувствовал. Эти слова вместе с благородными действиями более чем одного клингона, видевших смертельную несправедливость и рисковавших своими карьерами, а возможно даже и жизнями, чтобы уладить проблемы, прозвучали впустую перед лицом того, что он увидел здесь сегодня.

– По мне так все вы без исключения можете отправляться в Гре’тор, ад, или туда, где клингоны хорошо горят.

С этими словами он резко развернулся, и направился к дальней стороне плато. Наблюдая как Кирк уходит, Сулу почувствовал искушение последовать за ним и предложить поддержку. Однако он удержался, уверенный в том, что капитан в данную минуту предпочтет одиночество.

За все годы что он служил вместе с ним, Сулу никогда не видел своего капитана таким обезумевшим. Обладая тем, что можно было бы описать как высшую силу воли, капитан Кирк никогда не позволял своим личным чувствам вмешиваться в командные решения. Он всегда был эмоциональным якорем для команды и в более трудные времена. Это была одна из черт, которая делала его в глазах Сулу великим лидером, и одна из многих причин, по которой он неоднократно следовал за этим человеком в ад и обратно.

Однако вспышка, которую Кирк обрушил на Колота, вызвала холодную дрожь по спине рулевого несмотря на удушающую жару джунглей и пот, свободно текущий по его лицу и телу. Он увидел, что уходящий теперь от него человек не был тем решительным командиром. Нет, это был человек, который неоднократно побеждал, защищая бесчисленное количество людей, которых он никогда не знал, и который в один ужасный миг был вынужден стать безучастным зрителем и пережить потерю своего единственного сына.

Сделав шаг, чтобы встать рядом с Сулу, Колот сказал:

– Если бы я мог отменить смерть его сына, я бы это сделал. К сожалению все что осталось Кирку – воспоминания о его сыне. Он должен держать их поближе к сердцу во время сражения. Это напомнит ему о том, почему он сражается.

– Капитан Кирк сражается только тогда, когда нет другого выбора, – возразил Сулу. – Это не то, что делается с легким сердцем, но он никогда от этого не увиливает.

Поглядев на удаляющуюся спину Кирка, Колот восхищенно кивнул.

– Именно это определяет честь истинного воина.

Кирк был рад увидеть на видовом экране офицерской комнаты отдыха «Энтерпрайза», что теперь Стивен Гарровик и Сидни Эллиот мало похожи на тех мужчину и женщину, которых они спасли на Пао’ла. Две недели медицинского и стоматологического лечения на Звездной Базе 49, а также улучшенное питание изменили изнеможденные, истощенные черты их лиц. Кирк знал, что за несколько месяцев тела бывших пленников исцелятся.

Что же касалось исцеления их душ, сказать это могло лишь время. Кирк хотел верить, что спасенные смогут оставить испытания позади, и вернутся к нормальной жизни, но какими были реальные шансы на то, что это случится? Он и сам прежде был пленником, и его даже пытали враги, но он знал, что никогда не испытывал того, что могло сравниться с испытаниями, которые выпали на долю Гарровика и его спутников. Он надеялся, что их сила воли вместе с медициной Звездного флота и поддержкой их семей, проведет их через лежащие впереди трудности.

– Мистер Спок сказал мне, что вы подали в отставку, коммандер, – сказал Кирк Гарровику.

Он отметил, что каштановые волосы Гарровика уже начали отрастать, и что даже начало появляться то, что обещало стать полноценной бородой. Гарровик кивнул.

– По крайней мере на время, сэр. Я собираюсь провести некоторое время дома. Моя мать дождаться не может, чтобы увидеть меня, и я думаю, что после всего того что произошло, она заслужила некоторое время подержать меня при себе. Хотя я сомневаюсь что буду скучать. Она наверняка уже написала для меня список работ по дому длиной в километр.

Несмотря на свое состояние Кирк не смог удержаться от улыбки.

– Чтож, нам придется постараться обойтись без вас.

– Все в порядке, сэр. – Гарровик кивком головы указал на Эллиот. – С Сидни, вернувшейся к работе, Федерация будет хорошо защищена от тирании.

Кирк переключил свое внимание на бывшего офицера службы безопасности «Гагарина». Как и у Гарровика, ее волосы уже начали отрастать, а ее прежде отдутловатая кожа восстановила свой богатый эбонитовый лоск. Топ, который она носила, оставлял ее руки обнаженными, и Кирк мог видеть, что она уже начала восстанавливать тонус мускулов.

– Поздравляю с повышением, лейтенант, – сказал он.

– Спасибо, капитан, – ответила она. – За все. Звездный флот повысил меня до полного лейтенанта, но хотя отпуск на берегу мне нравится, я от него очень устала. Но не волнуйтесь, сэр. Мне сказали, что я получу назначение на корабль как только доктора освободят меня.

За своей спиной Кирк услышал тихое шипение открывающихся дверей, и обернувшись увидел входящих в зал Спока и Маккоя. Прежде чем вернуть свое внимание экрану, он кивнул своим друзьям.

– Чтож, если ничего не подвернется, дайте мне знать. Думаю мистеру Чехову пригодится офицер с вашими талантами.

Эллиот улыбнулась на это, но эта улыбка быстро исчезла.

– Капитан, клингонское правительство предоставило какую-нибудь информацию о других наших товарищах? Удерживают ли они кого-нибудь еще?

Лицо Кирка помрачнело при этом вопросе, как это происходило при каждом упоминании о клингонах за последние две недели. Проигнорировав вопрошающий взгляд Маккоя, Кирк сосредоточился на Споке, который просто слегка покачал головой, давая Кирку нужный, но нежеланный ответ.

– Нет, лейтенант. Пока канцлер Горкон и Высший Совет не смогли предоставить никакой новой информации ни о «Гагарине», ни о каком-либо другом корабле, которые исчезли за эти годы. Смена канцлера Кеша и членов Совета вызвала большие беспорядки в клингонском правительстве. Может пройти немало времени прежде чем положение там стабилизируется, и еще больше времени, прежде чем мы получим какую-либо полезную информацию.

Кирк знал, что эти слова были преуменьшением. Гражданские волнения разразились во всех уголках Империи. У Горкона были легионы сторонников, но реальностью было и то, что многие клингоны не желали так легко принимать изменения, которые предложили Горкон и его последователи. Они без сомнения в ближайшем будущем станут причиной раздоров и трудностей, а приоритеты нового правительства не распространялись на вопросы стороны, которая по крайней мере в теории все еще была врагом.

– По крайней мере, – сказал он, – это дело поручено послу Джокуэл и ее дипломатической команде. Теперь их дело беспокоиться о клингонах, а ваше – продолжать восстановление и возвращение к нормальной жизни, что, как я полагаю, вы и стремитесь сделать.