Лоуренс Йепп - Властелин Призраков

– Не отказался бы посмотреть на это, – напыщенно заявил Маккой. – Представьте себе картину: целая команда антропологов изучает нашего Спока в его естественной среде обитания.

– Уверен, профессор Фарзами согласится с тем, что мы с Зулу послужили всего лишь катализаторами, – сухо заявил вулканец, демонстративно отворачиваясь к карте. – Надеюсь, Ваше Высочество, вы извините меня, но я должен вернуться к работе. Наша совместная экскурсия по Ангире… Протянув руку, Викрам помог Урми подняться на ноги.

– Пойдем, дорогая. Нас ждут великие дела.

Ангирийцы подошли к капитану Кирку, который стоял у окна, любуясь открывшимся его глазам видом.

– Искренне сожалею о том, что нет времени. Я показал бы вам настоящую красоту нашего мира, – печально вздохнув, произнес принц. – Есть и более эстетические, и более спокойные маршруты, чем тот, по которому я водил Зулу и мистера Спока.

– Я, разумеется, понимаю, что вы торопитесь, но неужели вы не можете выкроить время, чтобы отобедать на борту «Энтерпрайза»? – Кирк повернулся к Урми. – А может, вы захотите совершить небольшую экскурсию по звездолету?

– О нет, я не могу упускать из виду этого увальня. – Урми демонстративно взяла Викрама под руку. – В любой момент в его голову может прийти мысль организовать очередную дуэль.

– Но я же не давал тебе клятву в том, что никогда и никому впредь не брошу вызов, – приняв оскорбленный вид, Викрам добавил:

– Ведь я потерял своего учителя, а спортивную форму надо соблюдать.

– Сейчас вам нужны преданные люди не спортивного, а государственного ума, которые помогли бы вам в построении современной конституционной монархии, – заливаясь почему-то румянцем, сказал Зулу.

– Возможно, найдутся такие и помогут мне разобраться в сложностях управления государством, но в хитросплетениях сердечных дел они, увы, бессильны. – Принц достал из-за складок соропа пистолет. – Он был со мной на поле сражения, и я им очень дорожу. – Увлекая за собой Урми, принц шагнул к Зулу. – Возьми и храни его в память обо мне. И вспоминай иногда, как ты с его помощью изменил судьбу целого мира.

Дрожащей от волнения рукой лейтенант взял пистолет и осторожно, почти трепетно, положил на раскрытую ладонь, как бесценное сокровище.

– Он займет почетное место в моей коллекции.

Урми жестом указала на слова, выгравированные на рукоятке. Надпись гласила, что пистолет является памятным подарком другу от двух ангирийцев.

– Ты можешь сделать для нас гораздо больше: обещай вернуться, чтобы увидеть рождение новой Ангиры.

Викрам ласково похлопал Зулу по плечу.

– Поэты и прозаики уже начали приукрашивать нашу историю. Если ты задержишься в пути слишком долго, то, боюсь, по возвращении не узнаешь себя в эпических романах и героических поэмах.

Зулу положил пистолет на стол.

– Обязательно сообщи, когда начнут ваять монументы. Я хотел бы сам позировать.

– Хорошо, обещаю прислать официальное извещение с императорской печатью.

Викрам слегка пожал плечо друга, потом, неохотно опустив руку, попятился назад.

– Не забывай, что отныне у тебя на Ангаре есть корни, – напомнила Урми. – Если на твоем корабле к тебе будут плохо относиться, ты можешь в любой момент вернуться сюда. – Ее вытянутая рука, задрожав, повисла в воздухе. – Человеку нужен дом, даже в том случае, если он никогда не будет жить в нем.

Викрам вдруг принялся размахивать рукой, отражая и нанося удары воображаемым мечом.

– Извини, если со временем Ангира потеряет многие прелести семнадцатого века.

– Теперь это, похоже, уже неважно, – усмехнулся Зулу. – После того, как меня чуть не закололи, чуть не утопили, не изжарили, и не сожрали, я почти разочаровался в этом времени.

С любопытством глянув на рулевого, капитан криво усмехнулся:

– Так значит, теперь ты снова начнешь нажимать кнопки и клавиши, забыв о том, что это занятие не очень увлекательно?

– Я понял, капитан, что семнадцатый век лучше рисовать в воображении, чем испытывать на собственной шкуре.

Переведя взгляд на пистолет, Зулу залюбовался этим мастерским творением древнего оружейника, не замечая, что глаза выдают его душевное состояние.