Сергей Радин - Зеркало богов [СИ]

Крыша мешала разглядывать происходящее за её пределами. Но длинные ослепительные всполохи, наверное, были видны со всех уголков города. Гудящий огонь, как ни странно, заставил меня успокоиться и полностью, без вопросов подчиниться рукам ведунов. Я знал, что Веда славится своими врачами, которые работали не столько на основе медико-фармакологических знаний, сколько на знании ментальных законов организма. Белый Вечер велел приподнять меня в сидячее положение. Ледяной Джин приподнял меня, полуголого, и сел так, чтобы я опирался на него, обнимая. Спина оказалась в полном распоряжении Белого Вечера.

Сыроватый холод Гадеса вскоре сменился влажным теплом, криками падающих горящих воронов и командными криками Люциуса. А я всё так же чувствовал окаменевшую спину и мелкие уколы в неё. Потом по ней точно провели линию.

— Что-нибудь чувствуешь, Андрей?

— Нет...

— Сейчас, наверное, будет неприятное ощущение. Перетерпи.

Будто у меня выбор есть. Но когда началось это самое неприятное ощущение, я зубами вцепился в нижнюю губу: полное впечатление, что с меня вживую снимают кожу. И я, чтобы хоть как-то отвлечься, стал смотреть через плечо Ледяного Джина на фигуры драко, стреляющих боевым огнём. За пределами машины шла настоящая война: вороны, вооружённые огнестрелом, нисколько не стеснялись палить в драконов.

Я резко втянул холодный воздух сквозь зубы.

— Больно? Андрей, тебе больно?

— Не-ет...

Драко, стоявший прямо перед окном машины и на моих глазах сильно вздрогнувший, повалился плашмя на поверхность крыши.

— Вечер... Давай быстрей...

— Ещё ты меня будешь торопить!

Длинное движение боли по всему позвоночнику — и я изогнулся от судороги, слёзы брызнули независимо от моей воли и желания. Но уже в следующее мгновение я глубоко вздохнул — и вздох получился! И мгновенно же вспомнилось, что я изогнулся!.. Нервы начали действовать. Белый Вечер начал вытаскивать имплантаты!

— Тихо-тихо, Андрей! Всё будет... Всё...

В следующий миг из меня будто выдрали позвоночник — я ахнул и зашипел, когда почти полоснувшая по глазам боль быстро и как-то деловито начала уходить.

— Всё. Вот теперь всё. Сейчас зафиксируем разрез и заклеим его. И будешь как новенький. Ну, ещё немного... Ещё немного потерпи...

Голос бормотавшего Белого Вечера был негромким, но уверенным.

Голова Ледяного Джина дёрнулась: вскрик за окном прозвучал глухо, но болезненно. Ведун заглянул мне в глаза. Я уронил руку на сиденье, на котором лежал.

— Опускай меня. Шевелиться могу.

Он сразу открыл дверь и, осторожно расположив меня на сиденье: одна рука опирается на сиденье, другая лежит на спинке, — закрыл её, на ходу вскидывая к небу пистолеты. К ревущему огню драко присоединились выстрелы.

— Андрей, подвигай руками и телом. Как?

Не считая саднящей кожи, всё оказалось в порядке. Я быстро развернулся на сиденье, схватил куртку и накинул её прямо на голое тело. Некогда.

— Вечер остаёшься здесь и готовишься! Я буду стаскивать к тебе раненых!

— Давай!

Я выскочил из машины, чуть не со слезами радости ощущая своё тело, во всём подчиняющееся моей воле. То, что привычно и каждодневно. Но отсутствие чего здорово сбивает с ног... Но уже не до эмоций. Упавший драко находится всего в нескольких шагах от машины. Я добежал до него, не обращая внимания на выстрелы сверху, не обращая внимания на стонущие обгорелые фигуры, ползущие и ковыляющие по крыше — за пределами стреляющих огнём драко.

— Живой?

Драко не ответил. Я перевернул его сбоку на спину. Живой. И даже маска на глазах до сих пор тёмная от готовности к бою. И мокрая от крови. Так и не понял, куда в него попали. Я подхватил его, горячего, почти дымящегося, под мышки и потащил к машине. Из неё выскочил Белый Вечер и помог мне.

— Ты не слишком?! — спросил-крикнул он.

Я понял его.

— Нет. Нормально. Никакого напряжения не чувствую. Только порез на спине немного болит.

Мы вдвоём втащили раненого на моё недавнее место. Белый Вечер нагнулся над драко, а я снова выбежал из машины и пошёл вкруговую. Оглянулся Люциус — мокрый, маска на глазах почти чёрная. Ухмыльнулся — и снова будто вбросил руки вверх. Пламя рванулось к воронам, видимо думавшим обойти оборону. Я мельком вспомнил кошачью поноску с Зеркалом богов и мельком же пожалел, что не умею использовать его — и даже боюсь экспериментировать: а вдруг от Гадеса ничего не останется?.. Но мысль о том, что такая штуковина уже точно не должна попасть в чужие руки, подстегнула меня.

В бешеном мелькании огней, дыма, резких росчерков выстрелов, пронизанных криками, стонами, я, стараясь держаться ближе к машине, нашёл ещё одного подстреленного драко и волоком, держа его за плечи, потащил к машине... Но сколько же этого воронья — и впрямь настоящая армия!..

Драко отступили к машине. Я прислонил второго к колесу и оглянулся. Очень близко лежат ещё двое. Где же обещанная помощь?

Только шагнул к лежащим, как прямо перед нами взорвалось машина — одна из двух, на которых прибыли драко. Волны огня вместе с осколками рванули в стороны. Успел заметить, как подпрыгнул один из драко, когда ему прямо под ноги подлетела какая-то металлическая деталь взорвавшейся машины. Рухнул ещё один — и неизвестно, то ли его ударило осколком, то ли подстрелили... Я подхватил ближайшего драко и поволок его к открытой двери машины, где орудовал ведун. С быстро преходящим сожалением подумалось, что аптечка машины не рассчитана на такое количество раненых, и, оставив бедолагу снова у колёс, выпрямился и побежал к тем двоим, которых видел.

Драко снова отступили к машине, и я понял, что из круга обороны выбыл ещё один, если не двое сразу. Сунувшись между стоящими драко, я вцепился в куртки лежащих и только потащил к себе, как понял — выдохся. Если раньше адреналиновый огонь, бушевавший в жилах, помогал быстро приходить в себя, то сейчас мышцы налились такой тяжестью, что ноги в коленках дрожали. Нет, операция хоть и прошла благополучно, но последствия есть...

Ветром пахнуло со стороны горящей машины — чуть не задохнулся от жирного дыма. Отдышавшись, потащил снова так и не выпущенных из рук раненых драко. Сосредоточился только на одном: не выпускать из рук и пятиться к машине.

А за спиной грохот и скрежет. Обернулся.

— Люциус!

Первым среагировал на прыгнувших на крышу машины Ледяной Джин. Два выстрела — два стука с грохотом падающих с машины тел. Затем быстро повернулись драко и выпустили огненные стрелы в получившийся просвет над машиной, откуда и прорвались вороны.

Пятясь с грузом к машине из последних сил, я мрачно думал, что война развязалась нешуточная. Только бы пережить следующие несколько минут.