Андрей Земсков - Пылающие небеса

Святобор обрушил свой меч на шлем врага. Лазерное лезвие высекло из нанотитановой брони сноп искр, оставив в ней глубокий след, но все же разрубить шлем не удалось. Несмотря на то что вставать после падения в тяжелом бронескафандре нелегко, враг все же попытался приподняться и махнул мечом, пытаясь подрубить лейтенанту ноги. Но Святобор подпрыгнул, так что огненная дуга лазерного меча прошла у него под ногами, и сам нанес удар, отрубив врагу бронеперчатку вместе с кистью руки, в которой была зажата рукоять лазерного меча. Бронеперчатка вместе с обрубком руки покатилась по полу, издавая металлический стук. Лазерный меч врага, последний раз сверкнув, отскочил в угол и там потух. После этого Святобор как следует размахнулся и нанес последний удар. Все же с этой попытки ему удалось разрубить вражеский шлем. К своему ужасу он увидел, что под шлемом оказалось не человеческого лицо, а что-то типа разумной рептилии — морда, похожая на морду ящерицы, покрытая мелкой серо-коричневой чешуей. Существо имело уродливые глаза на стебельках и широкий рот с тонкими губами, в котором виднелись ряды маленьких острых зубов. Можно сказать, что рот был от уха до уха, но на голове отсутствовали уши, вместо которых были просто маленькие слуховые отверстия. Вероятно, именно то, что это был не человек, а такая вот тварь, и объясняло то, почему она тащила с собой тяжеленный плазмомет, который обычно использовали только в сочетании с механизированными скафандрами, а также ее необычайную для бойца в тяжелом бронескафандре подвижность.

Пока Святобор разглядывал голову поверженного врага, с нижних ярусов звездолета донесся неясный гул. Переборки звездолета начали деформироваться, угрожающе заскрипели шпангоуты, заискрили силовые кабели. Вероятно, от перегрева энергетические системы корабля начали разрушаться, а вместе с собой разрушать корпус звездолета. Надо было спешить, ведь если разрушающиеся конструкции корпуса повредят контейнер с личинками гнидогадойдов, то опасная зараза может вырваться наружу, а последствия этого могут быть катастрофическими.

Святобор шагнул к люку, ведущему вниз, но услышал, что внизу снова топают боевики, одетые в тяжелые бронескафандры. Однако взрыв плазменной гранаты полностью разрушил трап, который вел наверх, и теперь они не могли подняться с жилой палубы звездолета на палубу, где находился центр управления. Значит, путь через люк был для Святобора закрыт. Внизу его явно ждали. Оставалась еще шахта лифта, благо взрывом гранаты дверь лифта полностью вышибло. Лейтенант осторожно заглянул в лифтовую шахту, тускло освещенную красноватым светом аварийных ламп. Плазменный взрыв полностью уничтожил кабину лифта, а то, что от нее осталось, валялось где-то на дне шахты.

Взявшись за висевший вдоль стены обесточенный кабель, Святобор начал медленно спускаться вниз, одновременно вспоминая схему звездолета, которую он видел на экране в центре управления. Если он все правильно понял, то под центром управления располагался уровень, где находились апартаменты полковника Гусейнова, под ним офицерский кубрик, далее кают-компания и офицерская столовая. Ниже три уровня занимали жилые помещения для матросов, а также рядового и сержантского состава десантной группы. Под ними находились кухня и столовая для рядового и сержантского состава. А под кухней размещалось хранилище продовольствия, занимавшее один ярус. Далее располагались два яруса, занятые хранилищами для снаряжения и аппаратуры. Это, собственно, и было то, что на разведывательном корабле соответствовало понятию трюма. На одном из этих двух ярусов и находилось тщательно охраняемое помещение, где хранился контейнер с личинками гнидогадойдов.

Отсчитывая этажи, Святобор спустился до уровня хранилищ. Шахта лифта уходила еще ниже к отсекам, где помещались силовые агрегаты, топливные баки и двигатели. Снизу уже тянуло дымом и запахом гари, значит, на нижних ярусах пожар продолжал разгораться, и потушить его команде звездолета не удавалось. По мере того как лейтенант спускался вниз, количество дыма в шахте увеличивалось, а снизу откровенно чувствовался жар. Временами слышался грохот, от которого содрогался корпус звездолета. Когда в шахте стало уже трудно дышать, Святобор все же достиг нужного уровня и, вырубив лазерным мечом дверь, выбрался из лифтовой шахты.

От лифта отходили четыре коридора, которые были заметно шире, чем коридоры жилых ярусов. Кроме того, рядом с пассажирским лифтом находился еще грузовой подъемник, который, как видел на схеме Святобор, предназначался для доставки грузов, в том числе разведывательной аппаратуры, легкой техники и тяжеловооруженных десантников между складскими ярусами и шлюзом для выхода наружу. Ширина коридоров и наличие грузового подъемника позволяла орудовать на складских ярусах не только боевикам, одетым в тяжелые бронескафандры, но также в экзоскелеты. Поэтому Святобор старался действовать осторожно. В коридорах было темно, немногочисленные аварийные лампы лишь местами освещали складской ярус. Однако на этом ярусе коридоры были пусты, и не было видно ни одного врага. Лейтенант решил, что искать хранилище, в котором находится контейнер с личинками, надо по наличию около него усиленной охраны.

Он по трапу осторожно спустился на следующий ярус и тут же услышал завывание сервоприводов и тяжелые шаги в одном из коридоров, которые означали, что к трапу движется или робот или боевик в экзоскелете. Святобор метнулся в другой коридор и, увидев открытую дверь, вбежал в помещение склада, где спрятался за ящиками. Прислушавшись, он понял, что враг двинулся следом за ним. Если у противника имелся датчик движения, то это было очень плохо, так как спрятаться от него в этом случае было практически невозможно. Но, как всегда, лейтенанта выручила традиционная русская смекалка — ведь датчик движения можно обмануть.

Святобор быстро вгромоздил друг на друга несколько небольших ящиков, которые смог поднять, и, взяв один ящик в руки, отошел в противоположный конец склада. Там он остановился и бросил ящик в сооруженную им «башню». После броска он застыл, держа наготове лазерный меч. Башня с грохотом обрушилась. По его задумке, вражеский датчик должен был уловить его перемещение внутри хранилища, а затем движущимся объектом становился брошенный ящик, а уж рухнувшая «башня» должна была гарантированно зафиксировать последнее положение «объекта». Расчет оказался верным — появившийся в дверях боевой робот вошел на склад с заранее развернутым в сторону рухнувшей башни плазмометом и тут же выстрелил по грудам ящиков. Конечно, у робота зрительные сенсоры располагались со всех сторон, и он распознал стоявшего у дверей Святобора, но первым пунктом программы была атака «движущегося объекта», который по информации датчика движения находился совсем с другой стороны. Разумеется, спалив все, что осталось от «башни», вместе с находившимися позади нее стеллажами ящиков, робот развернул оружейную турель в сторону новой цели. Но выстрелить уже не успел, так как сверху на него опустился клинок лазерного меча, разрубивший турель с плазмометом.