Максим Субботин - Исчадия Ада. Предвестники апокалипсиса (СИ)

   - Реликвия из сознания Александра Рома. На ней были такие же письмена...

   - Такие же или очень похожие, - согласилась аллари.

   - Значит, мы в одной из колоний ШрейЗиРэн..., - предположил Сконев. - Возможно, покинутой.

   - Возможно... - в голосе Хеели Де Хан звучало сомнение. - Тайный язык ШрейЗиРэн... Тайный или мертвый. Но я не соглашусь насчет покинутой колонии. Попали мы сюда не по собственным координатам. А это значит: где бы мы ни оказались, здесь не пусто. Тем более сообщение. Насколько я поняла - сигнал изначально был слаб и неразборчив. Значит, кто-то его настраивал, выбирал язык... Нас точно ждут.

   - Или сработала какая-то автоматика... - сказал Сконев. - Но раз не встречают, идем дальше? Чего гадать?

   - Идем. Будем надеяться - храм где-то недалеко.

   Определение "кроличьей норы" оказалось как нельзя точным. Коридор, в который ступили человек и аллари, несмотря на высоту стен не менее пяти метров, оставлял ощущение тесноты и тяжести. Из пола через равные промежутки вырастали скрюченные пальцы-опоры. Узловатые, покрытые странной маслянистой субстанций, они устремлялись под потолок, образуя арочный свод.

   - Не похоже на архитектуру ШрейЗиРэн, - тихо проговорил Сконев, водя лучом фонаря по одной из опор. Их поверхность оказалась неоднородной - под тонким поблескивающим слоем прозрачной субстанции виднелись красные прожилки. Словно капилляры.

   - Там свет! - голос аллари оторвал Константина от созерцания необычного материала.

   - Что?! Где?

   - Потуши фонарь.

   Стоя в полной темноте, Сконев увидел, как засветились прожилки на стойках. Еле различимо, недостаточно для того, чтобы хоть немного рассеять мрак.

   - Свечение, не свет, - разочаровано произнес он.

   - Не туда смотрите...

   Константин завертел головой и, наконец, понял, о чем говорила Хеели Де Хан. В противоположном конце коридора действительно виднелось светлое пятно. И оно двигалось, изменялось, словно было живое.

   Они снова включили фонари, а спустя несколько минут быстрой ходьбы природа "живого" пятна стала очевидна. Коридор заканчивался плотной завесой не то дыма, не то пара. Свет исходил откуда-то из глубины этой завесы, которая странным образом оставалась цельной, не расплывалась и не проникала в коридор.

   Сконев нервно облизал губы, попытался разглядеть что-нибудь за завесой. Тщетно.

   - Кажется, мы пришли... - сказала аллари.

   - Храм?

   - Не знаю, но это определенно какой-то рубеж. Остается решить - переступим мы его или повернем обратно.

   - Очень хочется развернуться, - честно сказал Константин. Неизвестность его страшила.

   - Согласна... но мы этого не сделаем.

   - Может быть, Вселенная многих решений - не такая уж и плохая идея?.. - Сконев остановился у самой завесы, коснулся ее рукой. Ничего необычного - дым как дым.

   - Может быть, - дрожь в голосе аллари усилился.

   Неужели волнуется?

   Необычно - за все время общения с представителями Содружества Константин не мог припомнить, чтобы они выходили из себя, нервничали. Всегда предельное спокойствие, уверенность в собственных силах и собственных решениях.

   - Я иду первая.

   - Уважаемая...

   - Капитан, - быстро заговорила аллари, - мой скафандр не позволит мне развить достаточное усилие, чтобы выдернуть вас в случае опасности. А вы сможете вытащить меня. Это всего лишь рациональный выбор. Прошу, не спорьте.

   Она перехватила винтовку левой рукой, а правую протянула Сконеву. Тот немного постоял в нерешительности, потом отошел на шаг, крепко обхватил ее ладонь. Не говоря больше ни слова, Хеели Де Хан ступила за завесу.

   Константин чувствовал бешеное сердцебиение, в висках пульсировало. Он напрягся, готовый при малейшем признаке опасности вытащить аллари из-за клубящейся дымовой завесы.

   - Все в порядке, - послышалось в наушниках. - Кажется, мы на месте...

   Сконев выдохнул. Система жизнеобеспечения его скафандра не справлялась с нагрузкой, и по спине под тонкой материей комбинезона пролегли ручейки пота.

   Задержать дыхание - ни для чего, рефлекторно. Собраться с силами.

   Шаг.

   Трудно сказать, было ли это частью храмового комплекса или каким-то иным сооружением. Так или иначе, но масштабы открывшейся панорамы поражали.

   Сконев даже не смог бы назвать это помещением или пещерой, хотя изначальная природная составляющая в увиденном явно присутствовала.

   Здесь было довольно светло. Он и аллари стояли на широкой, площадью не менее пятисот метров площадке. Она походила на естественное каменное образование с почти до блеска отполированным светлым центром и плавными, загнутыми вверх более темными краями. За краями (своеобразным парапетом) - глубокий провал. Константин осторожно заглянул вниз: дна не видно. Но какое-то движение там присутствовало. Сквозь поднимающиеся кверху клубы дыма он смутно разглядел неспешное перемещение огромных механизмов... Возможно, механизмов. Нечто вроде равномерно поднимающихся и опускающихся цилиндров или перекатывающихся огромных шаров. Все это движение происходило с порывами ветра и гулкими, раскатистыми звуками.

   Свет исходил откуда-то снизу. Его источник не был понятен, но создавалось впечатление, будто светится сам дым. Его клубы словно перемещали внутри себя мириады мельчайших светлячков.

   Стены состояли из множества жгутов, таких же, как и снаружи, только здесь их намного больше. Они переплетались, наслаивались друг на друга, образовывали ветвистые гирлянды, напоминающие невероятно разросшуюся корневую систему. Некоторые жгуты достигали в диаметре двух-трех метров, другие не превышали толщины человеческого пальца.

   Не менее чем в километре от площадки, где стояли человек и аллари, расположилась еще одна площадка. В стороне от нее еще одна и еще... Десятки, сотни площадок. Некоторое соизмеримы с той, что была под ногами Сконева и Хеели Де Хан, другие много больше, способные вместить не то, что отдельные строения - целые комплексы или взлетно-посадочные поля. Впрочем, Константин приметил отдельные образования, которые вполне могли бы оказаться строениями. Но все они располагались довольно далеко, и рассмотреть их лучше не представлялось возможным. Все площадки соединялись между собой узкими мостами.

   Вся эта сеть перемежалась толстыми колоннами, возникающими из дыма и пропадающими в сгущающейся над головой темноте. На их гладкую, отливающую голубым поверхность падали тени от клубящегося дыма.