Юрий Лисецкий - Гастарбайтер

Бездарно красиво проигранная русско-японская война отрыгнулась революцией 1905 года. Бездарно проигранная, бесцельная и никому из россиян не нужная, война 1914 года принесла 1917 год. Тоталитарная травля на протяжении больше 20 лет прогрессивных технических умов уронила бывшую империю ниже канализации. Советская Россия, прозвездевшая Халхин-Гол и финскую кампанию, чуть было не профукала немецкий блицкриг, с его учебными и трофейными танками и гораздо худшим оружием.

Все это так долго в повествовании для одного, но хорошего вывода. Время больших баталий с картинными полководцами ушло еще в XVIII веке, но командная мысль отчаянно цепляется за гигантоманию, красивый строй с чеканящим шагом и всем грозным и железным. И чтобы его было побольше, и оно было пострашнее. На фуфло уходят миллионы.

Теперь рассмотрим мало освещаемый, в корне своем, незаметный в победных реляциях, десантно-штурмовой и диверсионно-подрывной рода войск. Хотя последний родом войск совсем не считается. Так, вроде есть, вроде нет. Есть ли смысл противопоставлять арифметически соответственное количество танков, самолетов и пушек? Если по факту нужен профессионал в соответствующем месте. Летчика надо валить не в самолете, а там, куда он ходит в туалет. Это касается всех армейских технарей. Прямой отстрел партизанскими снайперами водителей проезжающих немецких машин приносил бы больше паники и урона, чем даже квелый штурм какого-то поселка, моста или спецобъекта. Так, кого надо было в 1941? В том же году у нас уже была современная на тот момент техника. И что? К ней не было ремонтной базы, к ней не было толковых экипажей и профессиональных ремонтников.

Ситуация упрямо к этому возвращается и в наше время. Опять бездарности и холуйство наверху, пофигизм посередине и тупая обреченность внизу.

Примерно в таком плане меня прорвало по случаю в разговоре с премьером, который стал уже на это время президентом, тоже по случаю. У меня не было желания участвовать в укреплении обороноспособности страны текущими методами. Наш вклад и так капля в море, рассосавшаяся среди деградирующего в военном деле нынешнего военного командования. Поговорили резко с примирительным окончанием. Как результат, выбито финансирование и определения круга людей, которые на бюджете ФСБ готовят три проекта: проект "Старая гвардия", формирование с нуля штата горной пограничной бригады центрального подчинения, формирование двух пограничных флотилий для дислокации на Севере и на Сахалине. Последние соединения – тоже центрального подчинения. Все это исключительно, по нашим меркам и по нашему пониманию, с разработкой стратегии, тактики, с соответствующим штатно-должностным списком и табелем к штатам. Эдакий карт-бланш со сдачей объектов под ключ.

С такой поддержкой, с такими финансами и полным взаимопониманием, с такой свободой в поступках началась третья пятилетка. Это было вдохновение в тумане эйфории. По первому проекту у нас был штаб кураторов из ФСБ, проверенных и согласованных с нами. Человеческий фактор никто не отменял. Задача – собрать одиноких, вышедших в тираж по возрасту, здоровью и увечью, но классных на своем бывшем месте – врачей, летчиков, космонавтов, подводников, полевых сотрудников из всевозможных спецслужб. Особенно из бывших республик СССР, там патриотизм воспитался резко. Контингент поселили в интернате для ветеранов, созданным из бывшего санатория в пригороде. По каждому пациенту проводилась двойная бухгалтерия. По бумагам он проходил обследование и умирал от болезней и возраста, параллельно готовились документы на сироту, провинциального питомца детского дома из далекой глубинки, причем – не из одного места. Тонкости всей организации были не нашей прерогативой. Кесарю кесарево, слесарю слесарево (с).

Процесс приведения в тонус указанных пациентов был отработан. Ничего не мешало восстановлению организма нашей методикой, кроме времени. Деньги за лечение и учебу военных медиков нашему шаманству выплачивались аккуратно. Деньги шли по разным источникам и картину прямого расчета смазывали капитально. Дом престарелых инвалидов показали даже по телевизору как результат заботы о сотрудниках силовых ведомств, лист в лесу был спрятан профессионально.

Проект "Улей" разрабатывался с самого начала нашего движения. Наглость молодых разработчиков, – прагматичное, дешевое, удобное и при этом красивое жилье. То, как мы утверждали проект у главного архитектора города, вопрос другой и очень болезненный. Мы добились своего, на что ушли связи, деньги и время, а главное, энергия и напор наших разработчиков проекта. Они доказали каждый метр, каждый угол, каждую деталь, как очень необходимую. Особо пришлось попыхтеть по защите технологии строительства и свойствам материалов.

Получилось. Серо-зеленый дом (особенности материалов) из пеностеклокерамики в виде конуса вознесся ввысь на 22 этажа. Террасы получились из-за того, что несмотря на прочность материалов, мы, идя в высоту, сокращали нагрузку на поверхность. Вышло на одну плиту перекрытия меньше на каждом ярусе. Изначально вырытый котлован четыре на четыре сотни метров, натыкали сваями по самое не могу, и большую часть закрыли панелями перекрытия. После гидроизоляции и отсыпки черноземом сверху панелей перекрытия, получился сквер. Под сквером разместилась просторная подземная автостоянка. Остальная часть стройки выросла вверх. Здание было круглым, без балконов и наглухо вставленными окнами. Система центрального кондиционирования грела, остужала и вентилировала хорошо, а балконы мы считали мещанским излишеством. Полезный метраж квартир и встроенная мебель позволяли себя чувствовать уютно при любой величине жилплощади. Световоды для освещения, электрическая часть, люминофорные светильники, теплопанели, воздуховоды, все это помещалось в панели еще в цехе.

Внутри "Улья" тихо закопался на этаж вглубь и на пять этажей вверх – учебный центр. Центр числился за Министерством обороны, но был отдан на откуп нам, поскольку мы его содержали. Въезд в центр был подземный. Окна на улицу не выходили, внутри было помещение в помещении. Учебные классы, лаборатории симуляторов техники и отработки слаженности боевых действий были в кольце технической охраны. Пропуск показывался один раз на входе, остальное контролировали электронные замки. Охвачено было все, от тренажеров для тела, до тренажеров отработки стратегии и тактики. Часть тренажеров была в игровом варианте, но с взрослыми оценками. Все возможные варианты событий реализовывались в симуляторах.

Снаружи дом был собранным, поджарым и монолитным. С третьего этажа дом становился тоньше на одну стандартную панель, и 21–22 этажи превращались в шпиль башни. Верх тоже был служебным, больно хорошее место для раздумий. На количестве лифтов не скупились, скоростные лифты обслуживали только верхние этажи, пассажирские двигались со второго по пятнадцатый этаж, грузовые имели возможность обслуживать все этажи.