Дмитрий Куприк - Линнойский разведчик (СИ)

Пивоваров обрёл способность разговаривать на основных языках галактики. Теперь Алексей знал ее историю: основные даты, имена и события. Был осведомлен какие галополитические силы и личности повлияли на развитие общего звёздного дома.

Однажды Ваня собрала всех в зале совещаний главного здания Линнойского Разведцентра. Это было просторное овальное помещение сплошь покрытое реальными фресками и подсвеченное огромной люстрой, свисающей над их головами. Группа Пивоварова расселась на левитирующие енергокресла, расположенные полукругом, и ожидала своего куратора. Возле входа молча стоял Гена и мрачно глядел на своих подопечных.

— Интересно зачем нас собрали? — спросил Кракен.

— Наверное объявят об очередном этапе превращения нас в него — Леха махнул головой в сторону прапора.

— Или снова заведет какой ни будь бесполезный философский разговор как в прошлый раз — со скукой в голосе отозвалась Гора.

— Философия Вселенной — это не бесполезные знания — Ваня, как уже все привыкли, бесшумно появилась в комнате, — Это великий труд впитавший в себя великие идеи сотен тысяч мудрецов с древнейших времен.

— Она как-то может помочь нам выжить? — Алексей невольно завел диспут.

— Несомненно. Конечно, может показаться, что пространные рассуждения будут бесполезны в то время как в вас летят плазменные разряды, однако как показала практика те, кто не просто читали, а вчитывались в Философию Вселенной достигали своих целей без использования насилия. В конце концов разум для того и существует что бы рождать, совершенствовать и использовать мысль. В противном случае мы все — всего лишь звери.

— А мы не звери? — вклинился в разговор Кракен.

— Ну это каждый выбирает для себя сам. Либо ты используешь разум что бы больше всех сожрать и уютнее пристроится. Либо ты стремишься рождать новые идеи и концепции понимания этого мира, а все остальное — лишь необходимое средство для обеспечения этого процесса.

— Знаешь, — это опять был землянин, — У нас на Земле есть выражение: «Бытие определяет сознание». Вряд ли существо рожденное в бедности и с самого детства вынужденное бороться за выживание будет время обсасывать великие идеи.

— Ты удивишься Алексей, но большинство виднейших мыслителей галактики именно из таких вот существ и получались.

— Я почитаю как ни будь эту вашу Философию. Но что-то мне кажется ты нас не для этого сегодня собрала.

— Это как посмотреть. Вы прошли практически все этапы обучения и теперь пришло время вам, представителям неразвитых цивилизаций почувствовать многогранность нашей галактики, больше понять ее, и все величие Вселенной.

— В общем — потерять девственность? — с ухмылкой спросил Лёха.

— В чем-то ты прав, — насекомая сделала вид что не заметила сарказма, — Мы всегда это делаем перед сдачей финальных экзаменов. Обычно после этого курсанты меняют свое старое мировоззрение, из них выходит последние остатки их уверенности в собственной уникальности и избранности.

— Я не согласен — поднял руку Лёха.

— Тебя никто не спрашивает! Тебе тут не демократия! — послышался крик Генадия.

— Я тоже тебя люблю! — помахал ему землянин.

— Так что же нам предстоит? — спросила Гора, прервав назревавшую перепалку между Пивоваровым и Геной.

— Мы отправим вас в тур по галактике. Вы посетите десятки разнообразных цивилизаций интересных мест, обычных и поражающих воображение. Увидите монументальные памятники, столь великие что вы даже себе представить не можете. Посетите остатки древних цивилизаций, о которых уже практически не осталось информации. Вы увидите галактику.

На следующий день за ними прилетел корабль разведки. Его конструкция напоминала веретено серебристого цвета длинной в сотню метров и максимальной шириной в двадцать. Не смотря на неброский внешний вид внутри, он был напичкан техникой позволяющей ему скрытно перемещаться по всей галактике. Вооружение у него было минимум, но он и не предназначался для ведение космических баталий. Когда все загрузились внутрь корабль, тот, издав низкий гул, молнией взметнулся в небо, превратившись в яркую звездочку, со временем растаявшую в ночном небе Элиопротогенекса.

Это путешествие Пивоваров запомнил на всю оставшуюся жизнь. Оно повлияло на все его мировоззрение, позволило ему понять весь масштаб и разнообразие этой галактики. Львиную долю своего цинизма и человеческой веры в свою собственную исключительность и величие земной цивилизации он оставил в тех мирах, которые ему довелось посетить.

Однажды они прилетели на планету типа газовый гигант. Это был родной мир Туча — Ворпал. Все что там имелось было создано с помощью магнитных и электрических полей, которые управляли концентрацией газов и жидкостей. Города, сотканные из облаков, водяные статуи и композиции колоссальных размеров, запечатлевшие важные вехи истории развития этого мира. Огненные полотна раскинувшиеся на многие квадратные километры. Воздушные реки, по которым разноцветными лентами текли жидкости и газы. И многообразные жители, населявшие эту планету, которые меняли свою форму в зависимости от настроения и необходимости.

Туч познакомил их со своим родовым облаком, со своими ближайшими энергиями, как они себя сами называли. Курсанты бродили по твердым как бетон воздушным дорогам, спали в облачных домах и купались в озере, зависшим гигантской каплей по среди гигантского воздушного вихря. Они посетили обсерваторию, где телескопом служила огромная линза в виде купола, закрывающего комплекс высеченная в гигантском куске парящего в воздухе льда. Алексей не смог бы, даже если бы очень постарался, передать словами это непередаваемое ощущение когда ты лежишь на теплом и мягком льду и смотришь в верх, видя всю галактику, свет от звезд которой был в сотни раз усилен этой линзой. По его мысленному желанию участок неба, выбранный им, увеличивался, открывая взгляду то подробное изображение звездного скопления, то россыпь далеких галактик, то столбы и причудливые формы туманностей, находящийся на другом конце галактики.

Когда ни покидали этот сказочный мир Пивоваров дал себе слово вернуться сюда, что бы еще раз посмотреть на всю Вселенную целиком.

За тем они побывали на Центарии — огромной, больше Юпитера, и древней как сама история космической станции. Никто не знал когда и кто воздвиг ее первые части. Но с тех пор она обрастала тысячами километров новых сооружений, пристраиваемых тысячами разбросанных во времени и пространстве цивилизациями.