Борис Иванов - Скрижаль Дурной Вести
— Ну и как, нашел он ковчег-то этот? — заинтересованно спросил Шаленый, наливая крепко заваренного чая в здоровенные кружки, случившиеся под рукой.
Сэм воззрился на него как на привидение.
— Вы и в самом деле — человек из другого мира... Из Космоса... — с какой-то грустной досадой сказал он. — Они исчезли бесследно — Ди Маури и вся экспедиция... На Северном полушарии. Здесь, говорят, — на Северном бугре... А Храм... Вы серьезно ничего не слышали о Янтарном Храме?
Не дождавшись вразумительного ответа от поперхнувшегося чаем Шишела, Сэм, мучительно морщась, отхлебнул круто заваренного напитка и продолжил:
— Дело в том, что Храм стал... а может, и всегда был... э-э... феноменом изменчивым... Его действительно хотели взорвать в Позабытые Времена... После конца Империи... Перед самым концом, точнее... Но он ушел. Исчез. И является только Посвященным. Когда пожелают высшие силы. И там, где они того пожелают... Есть апокриф... что именно Храм явился тогда Ди Маури и его людям — там, в джунглях... на Капо-Квача... Что они вошли в него и вместе с ним исчезли...
— Сам-то исчез, а Камушек что — с того света по почте переслал? — довольно резонно поинтересовался крайне заинтригованный таким поворотом дела Шишел.
Сэм пожал плечами.
— Дьяволов Камень, — пояснил он, — много раз уходил от людей и снова к ним возвращался при страннейших обстоятельствах... Вот и в этот раз — вместе с Ди Маури он канул в дебрях Северного полушария, а через десяток лет объявился в руках адмирала Шайна — после Третьей Карательной... То есть — после провала очередного крестового похода на туземцев — не помню, чем они провинились в тот раз. Адмирал как раз и вытягивал незадачливых карателей из тамошних болот и хлябей. А заодно и Колечком подразжился... Говорят, история изложена в его дневниках, но это — скорее всего апокриф.
Шаленый, словно завороженный, слушал. Потом спросил:
— Ну а ты-то сам... откуда всего этого набрался? Про Храм. И все такое?..
Сэм снова с досадливым сожалением посмотрел на Шаленого.
— Я с детства воспитывался в монастыре. Я ведь сирота — вы, наверное, думали про ешиву и синагоги? Нет, это было потом. Когда я ушел из Храма...
— Так что — все-таки видел ты Храм этот? — озадаченно вопросил Шишел.
Сэм опять болезненно поморщился.
— Храм — это понятие... Кроме самого Янтарного Храма есть вполне реальные святилища. Меня учили и воспитывали в монастыре Желтого Камня... Это одна из школ Янтарной Веры. Я был Посвященным...
Глаза Сэма смотрели куда-то вдаль, за обшарпанные стены чердачного убежища.
— А потом, — голос его стал горьким, — потом я утратил веру. Покинул Храм. И было все — и ешива, и университет... и физика вакуума... Я только потом понял, что это Старые Книги — через подсознание — привели меня к этому... К квантовой теории пространства — и времени...
Тут он запнулся.
— Пожалуй, я слишком много сказал... Благодарю вас за обед. Я все-таки вынужден покинуть вас...
Он поднялся, поискал глазами свой блокнот. Вырвал и положил перед Шишелом единственный исписанный листок.
— Сохраните. Если... Господи, как странно, что я оставляю ЭТО именно вам...
Он подошел к двери. Открыл ее. На мгновение замер на пороге. Обернулся и встретился глазами с Шишелом.
— Послушай, — спросил тот, не отводя взгляда, — ты... ты ведь знаешь, чего хочет от меня этот Сатана?
— Знаю, — твердо ответил Сэм. — Но не скажу.
* * *— Ну что же — ваше предложение реально. — Стивен Клецки поднял глаза от великолепного гравия, выстилающего дорожки Экопарка, и посмотрел в глаза Уолту. — Но вы должны помнить, что средства Федерального управления велики, но не безграничны. Я имею в виду не только финансы. Мы согласны не начинать расследования в отношении того, кто согласился вернуть Камень. Мы согласны выплатить ему определенную... гм... компенсацию. Поможем даже покинуть Планету без трений с таможней. Но мы не можем приказать полиции Малой Колонии прекратить уже ведущиеся расследования, связанные с разного рода уголовными эпизодами. Мы не будем способствовать... гм... выполнению тех действий, которые человек, тот, о ком вы говорите, собирается предпринять, чтобы избавиться от своего рокового приобретения, если эти действия незаконны... Вам остается только сообщить нам время и место, где произойдет обмен... Подозреваю, что это произойдет не так скоро. Адмирал Шайн носил Камень двенадцать лет...
— Мой, так сказать, клиент рассчитывает избавиться от проклятой безделушки гораздо скорее, — сказал Уолт настолько уверенно, насколько мог. — Хочу попросить вас еще об одном: не связывайте мои действия слежкой. Это может все испортить... Достаточно кодового канала связи...
— Мы выполним и это условие. — Стивен вздохнул. — Хотя ваша безопасность сильно возросла бы, если бы мы были в курсе ваших дел. И повторяю — мы не отвечаем за действия местной полиции и контрразведки... Каких гарантий вы хотите?
— Я верю вам на слово, — ответил Уолт.
* * *— Не полагаете ли вы, что настала пора нам поговорить?
Лысый Крокодил деликатно наклонился над койкой-стендом, на которой покоился уже несколько порозовевший и заметно оживший господин Бонифаций.
— С кем имею честь? — осведомился он с нескрываемым омерзением в голосе.
— Могли бы и знать. Временами меня показывают по СМИ. Я — руководитель программы работ по использованию результатов исследований Палеоконтакта Рональд Мак-Аллистер, действительный член Федеральной и планетарных академий, профессор по кафедре...
— Вы — бандит! — с глубоким убеждением в голосе произнес Бонифаций. — Вы напали с оружием в руках на человека много старше вас...
— Простите, ну а вы тогда кто? — не повышая голоса, возразил Мак-Аллистер. — У нас имеются вполне научные доказательства того, что месяц назад, сразу после его похищения, Чертов Камень находился у вас, в помещении «Джевелри трейдс». И я с господином Дарреном фактически предпринял попытку вернуть этот уникальный объект в лоно науки...
— Науки — да... Но вряд ли законный владелец вновь увидел бы Камушек, — ядовито и с обидной, совершенно недоказуемой, но полной правотой и убеждением, ответил ему Бонифаций. — Почему вы, господа, драпанули от полиции?
— Так или иначе, — чуть менее резким тоном продолжил профессор, — после того как по вашей милости мы все лишились Камня, но приобрели в хозяйство очередного, кажется последнего, Избранника, согласитесь, мы имели полное право установить в вашей палате все виды аппаратуры для тайного наблюдения. Любой прокурор дал бы на это санкцию, зная все факты... И мы узнали еще много для себя нового... Оказалось, что в вашем лице мы имеем дело с тайным порученцем и тайным же адептом Янтарного Храма... который, правда, находится под сильным влиянием Ложного Учения...