Кен Като - Звездные самураи
Рюдзи наблюдал за уходящим хисё, вокруг долговязых ног которого с шелестом хлопали мешковатые штаны. Будучи рожден от родителей-чонинов, горо никогда не носил мечей. Может оно и к лучшему, подумал Рюдзи. Все равно он дурно воспитан.
Аудиенц-зал был длинным и просторным и построен с тем, чтобы в случае необходимости вместить всех самураев Хидеки и их союзников. Он был отделан полированным деревом и вдоль одной его стены тянулось огромное шелковое полотно, на котором была изображена река. Освещался же зал через пять окон в противоположной стене. Окна представляли собой совершенно правильные квадраты с простыми кедровыми решетчатыми рамами. Они смягчали чересчур яркий свет светила А-О и в зал попадал уже рассеянный молочный свет. На противоположной стороне сводчатый потолок поддерживали балки, опирающиеся на колонны. Крыша была выложена похожей на крупную чешую черепицей с широкими свесами, выходящими в небольшой внутренний дворик так, чтобы по залу гулял свежий прохладный ветерок. Горо-сан скрылся из виду, спустившись вниз по разделявшей зал надвое лестнице и снова появился когда выходил в главные двери а противоположном конце зала. Эти двери охранялись двумя стражниками и вели во внутренние покои дворца.
Рюдзи мысленно возблагодарил бога Мариси-тена за хисё, который был больше чем хисё. Порой Горо-сан был даже гораздо полезнее любого из генералов. Он был доверенным помощником, одним из редких людей наделенных даром богов. Он был великим мастером древней науки, мастером таёри, что делало его поистине бесценным.
Таёри не было цены. Оно было решающим. Важнейшим. Оно было буквально двигателем всей империи. Во всем Ямато люди впитывали его с молоком матери и в то же время именно с помощью его управлялась страна. В его власти было питать, успокаивать страсти или приводить в ужас как высших чиновников, так и простых людей. Таёри было способно развлекать и просвещать и обучать. Таёри являлось наиболее эффективным способом связи: информация с его помощью передавалась исподволь, незаметно и в то же время со скоростью большей чем скорость света, причем никогда не возникало сомнений в ее достоверности. Ни один имперский декрет или хорей не мог сравниться с таёри по степени уважения. Таёри могло провозглашать, предсказывать или порочить, уничтожая в один день репутацию складывающуюся годами.
Таёри билось вместе с пульсом людей. Оно являлось валютой гораздо более ценной чем американская. Оно доходило до каждого и как деньги проходило через руки каждого. Как и деньги оно могло становиться обычным плексом или сверкающим ауриумом. Его можно было затаскать, запачкать, погнуть, искривить или подделать или продать — но только не запасти, поскольку таёри было живым и жило только до тех пор пока его использовали. И такие люди как Горо-сан, которые знали как организовать его, как его направить и интерпретировать были просто бесценны, поскольку правителю без таёри было просто не обойтись. Таёри было пропагандой, слухом, сплетней, информацией, причем основанными на достоверных фактах или на лжи свидетельствующей о том, что у людей на уме.
Горо-сан узнал ужасный таёри насчет амигдалы и радостный таёри насчет смерти Хайго Годзаэмона. Впервые услышав об этом, Рюдзи забеспокоился, что секрет вырвался на свободу, но Горо-сан тогда просто поднял костлявую руку и его лицо, похожее на лицо мертвеца убедило Рюдзи, что все будет в порядке.
Он сказал, что это известие поступило от предсказателя от разведчика, который продал его паломнику, который был знаком с продавцом лапши, который был кое-чем обязан одному приятелю, который во весь опор примчался из Хараки, чтобы повидаться с братом, который служил стражником в резиденции и который рассказал об этом горничной одной из придворных дам, которую частенько выслушивал Горо-сан.
Рюдзи терпеливо ждал пока хисё не расскажет до конца все, что он слышал и в конце концов понял, что все эти слухи основаны на правде: Хайго Годзаэмон и вправду был мертв. И амигдала в самом деле вот-вот должна была прибыть в Мияконодзё и более того — она находилась в руках гайдзина, того же самого, который убил хатамото. Говорилось там что-то и о каком-то крушении, но подробности были не совсем ясны.
— Наш государственный корабль готовится неподготовленным нырнуть в нексус, — прошептал он Горо-сану, опасаясь, что его планы могут сорваться. — Ты разве не согласен? Если слухи об амигдале просочатся наружу, мы окажемся в серьезной опасности.
Но Горо не побоялся ему возразить. Он один был способен на такое — честно говорить все что думает и чувствует префекту квадранта совершенно не опасаясь последствий. Для образованного и равнодушного Горо интриги Мияконодзё были просто академической игрой ума — своего рода игрой в го — и его единственной целью было аккуратно измерить их для своего необычайно мудрого хозяина. Он стиснул руки так, что даже хрустнули похожие на шарниры суставы.
— Прошу прощения, повелитель, но вы ошибаетесь. Есть другой путь…
Хидеки Рюдзи выслушал его, встал, прошелся по залу и наконец удовлетворенный дал Горо-сану разрешение обращаясь со слухом со всей осторожностью снова распространить его среди людей. Уже к концу утра вся Гинза только и говорила об этом: изрядно приукрашенные рассказы об убийстве и нексус-катастрофе и войне, и магии — особенно о магии. Как же быстро подобные слухи овладевали гейшами! Да, и странствующие актеры Кабуки наверняка разнесут эту историю по сотне вечерних выступлений во всем Кюсю за месяц или два. А те кто увидит их выступления захотят добавить свои личные наблюдения к тому, что на самом деле было попросту сказкой!
Все должно быть так будто развернулась настоящая кампания по дезинформации.
— О, погоди, ты еще вот чего не слышал…
— Голубка, не поверишь, но…
— Слушай-ка, а я тебе разве еще не рассказывал…
— Только обещай, что никому не расскажешь и…
— Один абсолютно верный человек рассказал, что…
Рюдзи улыбнулся про себя. Несомненно, то, чем бурлит сегодня Гинза на Мияконодзё, завтра станет достоянием всех Гинз на Эдо. Вопрос о преемнике сёгуна вдруг окажется у всех на устах и с ним будет связано имя Хидеки Рюдзи. Сёгун же, Сакума Хиденага, слабеет с каждым днем и вскоре наверное умрет, потому что ну сколько же может еще жить столь старый человек! И в Ямато возникнет вакуум власти. Иначе и быть не может, поскольку Сакума Хиденага держался у власти силой оружия, затем благодаря своему уму, а затем с помощью магии.
Слишком много лет Сакума Хиденага полностью зависел от кенсей но катана — Меча Мастера, второго по уровню священности для любого самурая после меча самого императора, хранящегося на Киото. С его помощью ему удавалось держать в узде самураев Эдо на протяжение долгих лет, но теперь и циничные чонины из многонаселенных городов промышленных миров, уверенные в себе купцы из класса досо, да и другие низшие классы считают его своим законным повелителем, поскольку амигдала, вставленная в рукоять меча. Удивительный драгоценный камень якобы позволяет своему обладателю читать мысли других людей. Все что ему нужно сделать, так это приложить камень ко лбу. Кто знает, а вдруг это правда? Но если да, то насколько же это удобный инструмент сначала для захвата власти, а потом для ее удержания!