Бен Бова - Венера

Маргарита посмотрела на меня с уважением, чего я прежде никогда не читал в ее взгляде.

- Глобальный вопрос,- вздохнула она.

- Так ведь и я глобальный парень. Тут она пристально посмотрела на меня.

- К тому же очень бледный парень. Как ты себя чувствуешь?

Я выпрямился, расправил плечи, но тут же услышал свой голос:

- Она возвращается.

- Анемия?

- Да.

- Значит, переливание не помогло?

- Оно прекрасно помогло, на несколько дней,- ответил я. -Но никакое, даже полное, переливание крови не излечит анемии. У меня в организме не производится достаточного количества красных телец, чтобы поддерживать мое бедственное существование.

С крайне озабоченным видом девушка проговорила:

- В таком случае тебе нужно еще одно переливание крови.

- А разве такое возможно? - спросил я, и мы оба поняли, о ком идет речь.

Маргарита очистила экран, ткнув в него пальцем, и вызвала медицинскую справку.

- Ни у кого нельзя забирать крови больше полулитра за несколько дней, Ван. Иначе можно убить донора.

- Поверь мне, он не настолько щедр,- фыркнул я. Она посмотрела на меня, как на врага.

- Откуда ты знаешь?

- У Фукса вполне здоровое чувство самосохранения, вот и все, что я хотел этим сказать.

- Тогда почему он решился дать кровь тогда, в первый раз?

- Потому что иначе ты обвинила бы его в убийстве, помнишь?

- Правильно,- согласилась она с печальной улыбкой.- Припоминаю.

- Не думаю, что это снова сработает.

- В этом нет необходимости,- сказала она.

- Почему?

- Он даст кровь добровольно.

- Правда?

- Правда,- твердо сказала она, с определенной уверенностью.

- Отчего ты так убеждена в этом? - поинтересовался я. Она посмотрела куда-то в сторону, намеренно отводя

взгляд от меня.

- Теперь я узнала его поближе. Он вовсе не чудовище, каким ты его себе представляешь.

- Ах, ты узнала его поближе? - фыркнул я.

- Да, узнала,- ответила она с вызовом.

- В «горизонтальном» смысле? - спросил я решительным тоном супруга, уличающего в измене.

Маргарита ничего не ответила.

- Ну, так как же?

- Знаешь, Ван, честно тебе скажу: не твое это дело.

- Да ну? Ты идешь в его койку, чтобы сохранить мне жизнь,- и это никак меня не касается? Меня не касается то, что ты делаешь для моего спасения?

Тут у нее вид стал просто недоуменный:

- Для твоего спасения? Ты что - серьезно думаешь, что я прыгну к нему в постель для твоего спасения?

- Ну, не то чтобы…- Я несколько потерялся от такой атаки.- Я имел в виду…

Взгляд черных глаз зажал меня, как в тиски:

- Ван, неужели ты не понимаешь, что все, что мы делаем: я, он, ты - мы делаем лишь из эгоистических соображений? Мы пытаемся выжить и делаем это для самовыживания.

Теперь я оказался совершенно выбит из колеи:

- Но… ты и Фукс,- пролепетал я.- Я думал…

- Что бы ты ни думал - все чепуха,- твердо объявила Маргарита.- На твоем месте я бы занялась одной проблемой: как получить достаточное количество переливаний крови от капитана, чтобы самому выжить - и его не погубить.

Я смотрел на нее, чувствуя, как закипает во мне магма - такая же красная, как под поверхностью планеты, на которую мы готовились совершить посадку.

- Не надо так волноваться,- процедил я.- Обо мне и капитане.

И, прежде чем она успела ответить, я протиснулся мимо нее в коридор и умчался в обсерваторию на носу корабля. Так далеко я не заходил ни разу.

На пути из открытого люка кубрика меня позвал голос Саньджи:

- Мистер Хамфрис, зайдите, пожалуйста.

Он один из всего экипажа проявлял ко мне нечто большее, чем подозрительную враждебность, человек, отвечавший за насосную станцию, мой прямой начальник по долгу службы.

Пройдя в люк. я увидел здесь Багадура и еще двух членов команды, в их числе одна женщина - они спрятались за переборкой.

Саньджа выглядел так себе - прямо скажем, не аховый. Скверный вид. Сложения он был хрупкого, почти птичьего, и кожа у него казалась темнее, чем у остальных.

Трое остальных астронавтов смотрели на меня в хмуром молчании. В глазах Багадура плясали зловещие огоньки.

- Мистер Хамфрис, нам надо сходить на вторую насосную подстанцию,- сообщил мне Саньджа.

- Прямо сейчас? - спросил я, обводя взглядом остальных. Как будто палач с подручными окружали меня со всех сторон после вынесения приговора.

Через силу кивнув головой, Саньджа ответил:

- Да. Сейчас.

Пульс стучал у меня в висках, когда мы все вместе направились по коридору, мимо мостика, на этот раз двигаясь на корму. Фукса в командирском кресле не оказалось, на его месте сидела Амарджагаль. Потом мы прошли мимо кают Маргариты и капитана. Двери оказались заперты.

«Прекрасно,- подумал я.- Они - в постель, а меня - в расход. Багадур правильно выбрал время».

Я не знал, что делать. Колени начали трястись по мере приближения ко второй насосной станции. Ладони взмокли от пота. Ни Багадур, ни остальные не сказали ни слова. Тут я на миг вспомнил старый вестерн. Мне показалось, что меня ведут линчевать. «Тебе повезло, что идет дождь,- как сказал палач приговоренному.- А мне еще назад возвращаться».

С каждым шагом Багадур казался все больше и опаснее. Он был выше всех на борту, и его бритая голова и густая борода придавали ему диковатый вид островитянина-людоеда. Бальдансаньджа смотрелся рядом с ним заморышем. Сопровождающие пара мужчин и женщина тоже имели крепкое сложение, чуть повыше меня и не в пример мускулистее.

Вторая насосная находилась двумя лестничными переходами ниже, в самом хвосте коридора. Впрочем, «станция» - слишком громкое название. Небольшой отсек, по форме - как треугольный кусок торта, в котором размещалась пара насосов, прикрытых полукруглыми металлическими кожухами.

- Садись,- приказал Багадур, указывая на одну из полусфер.

- Я знаю, о чем ты думаешь,- начал я.- Ты уверен, что я шпионю на капитана. Но я не…

- Сиди спокойно,- отрезал Багадур.

Однако я не мог держать язык за зубами в таком положении. Страх пробуждает красноречие. Я стал нести всякий вздор. Я не мог остановиться. Я рассказал им, можно сказать, в прозе и стихах, о том, как Фукс ненавидит моего отца и меня, и как он будет рад, когда они меня уничтожат, и как потом он сдаст их властям по возвращении на Землю, и…

Тут женщина ударила меня ладонью по лицу. Я почувствовал вкус крови. Моей и капитана.

- Помолчите, мистер Хамфрис,- прошипел Багадур.- Мы не собираемся причинять вам вреда, если вы сами не вынудите нас к этому.

Я растерянно моргал, лицо мое пылало от пощечины. Я глотал соленую горячую кровь. Женщина смотрела на меня и цедила мне в лицо что-то на своем родном языке. Я понял, что она говорит: «Закрой свой рот, глупец»,- что-то в этом роде.