Вебер Дэвид - Космическая станция "Василиск"

— Джим, как я знаю точно, не собирается ее отзывать. А если Джим и Люсьен Кортес упрутся, то и Яначек не сможет. Думаю, они так и сделают.

— А если Юнг вернется на станцию?

— Вот это-то, — признал Александер, — и есть самый щекотливый момент. Джим и Люсьен не могут запретить ему возвращение так же, как Яначек не может отозвать Харрингтон. Если, конечно, у них не возникло желания выступить в открытую и объявить войну консерваторам. В случае прямого столкновения между ними и Первым лордом — они проиграют. Им придется отступить, иначе вся концепция гражданского контроля над военными пойдет псу под хвост.

— Этого-то я и боялся, — вздохнул Вильям. — Согласно донесениям наших шпионов во вражеском лагере, Северная Пещера под давлением Высокого Хребта настоятельно «посоветовал» своему сыночку стиснуть зубы и, если нужно, отправиться на Медузу без корабля.

— Не выйдет, — твердо произнес Александер. — В смысле, без «Колдуна» он не сможет выполнять обязанности старшего офицера.

— Что ты имеешь в виду?

Вильям выглядел озадаченным, и его брат пояснил с самодовольной улыбкой:

— Одна из проблем тамошнего пикета, Вилли. Видишь ли, официально станции «Василиск» не существует — в том смысле, что система не относится к флотскому округу Мантикоры или Грифона. Сам Яначек постарался со своим ненаглядным Актом об Аннексии. Положение старшего офицера пикета не равнозначно положению командира эскадры. В случае с эскадрой, официальной станцией или округом командующий ими отвечает за все операции на подотчетной ему территории и за каждый приписанный к ней корабль. Но благодаря путанице, творящейся у нас на Василиске, там вообще нет официально оговоренной зоны военного присутствия. Основной обязанностью Юнга считается осуществление командования тяжелым крейсером, и поскольку он на Василиске имел самое высокое звание, считалось, что он и есть командир пикета. Или, иными словами, «Колдун» — его «установленная зона командования», и власть Павла за пределами корабля ограничивается именно физическим местонахождением этого самого корабля. Если бы он с самого начала додумался перейти на «Бесстрашный», Адмиралтейство не усмотрело бы ничего предосудительного. Так Юнгу и полагалось поступить. Но когда он официально передал полномочия старшего офицера коммандеру Харрингтон, а сам вывел корабль из пикета, то в одностороннем порядке освободил себя не только от ответственности, но и от власти на станции «Василиск». По закону сын Пещеры не может теперь отправиться назад без «Колдуна», не записавшись в дезертиры. Разве только Люсьен отдаст ему соответствующий приказ, чего я себе представить не могу. Зато я легко могу представить себе Джима, который внезапно начал строго придерживаться буквы устава.

— Но насколько Юнг близок к получению «Колдуна» с верфи? — встревоженно спросил Вилли. — Может ли он вернуться на станцию вместе с кораблем до того, как будет рассмотрен запрос Уоллеса?

— Может. — Александер откинулся на спинку кресла и забарабанил пальцами по столу. Несколько секунд он думал, потом покачал головой. — Вполне.

— Хорошо. — Вильям глубоко вдохнул. — Ты, разумеется, понимаешь, что весь дальнейший разговор строго неофициален, Хэмиш?

Александер кивнул, уже догадываясь, о чем пойдет речь.

— Герцог просил меня передать тебе следующее: Правительство Ее Величества вполне устроит, если лорд Павел Юнг будет занят ремонтом тяжелого крейсера КФМ «Колдун» весь следующий месяц.

— Я понял, Вилли. — Александер несколько секунд пристально смотрел на брата, потом пожал плечами. — Посмотрю, что можно сделать, — неофициально, разумеется.

— Спасибо, Хэмиш. Мы надеемся на тебя.

— Ради правого дела, Вилли… До встречи.

Брат кивнул, и адмирал отключился. Секунду он сидел в напряженном раздумье, затем набрал на коме шифрованный номер. На экране загорелась надпись «ждите», а затем возникло заспанное лицо Джеймса Вебстера.

— Какая?.. О, боже ты мой, Хэмиш! Неужели нельзя дать честному человеку поспать?

— Боюсь, что нет. Я только что говорил по интеркому с Вилли, у него есть для нас небольшая работенка.

Александер в нескольких коротких фразах пересказал свою беседу с братом. Глаза Вебстера округлялись, по мере того как из него выветривались остатки сна.

— Не много они хотят, а? — сардонически воскликнул он, когда Александер закончил.

— Не больше нашего. Звучит, как заманчивый шанс поймать оппозицию со спущенными штанами, Джим. Судя по тому, что Вилли говорил мне раньше, подавляющее большинство в Палате лордов пребывает под впечатлением от достижений Харрингтон и готово встать на сторону правительства. У нас уже есть сильное большинство в Палате Общин. Если Уоллес поднимет свой запрос, пока коммандер является старшим офицером на Василиске, правительство может подготовить ответ, опираясь на ее деятельность, а не на бездействие Юнга, — и таким образом представить Харрингтон решительным офицером, впервые за двадцать лет взявшимся полностью исполнять обязанности Флота. Собственно, так оно и есть. Появится возможность убедить Парламент в необходимости требовать и от других офицеров, оказавшихся на станции, такой же добросовестности. Представляешь, мы действительно сможем превратить Василиск из ночного кошмара в нечто осмысленное. Харрингтон сделала за нас большую часть работы. Нам остается только прикрыть ей задницу, как можно дольше продержав Юнга здесь, на Мантикоре.

— Хэмиш, признаю, я мечтал о подобном шансе, но как именно ты предлагаешь все провернуть? Могу гарантировать, что Люсьен не даст ему разрешения бросить корабль, а я не позволю Павлу вернуться на Василиск без него… но «Колдун» слишком близок к окончанию ремонта — и мы не можем тянуть с ним до бесконечности.

— Я знаю, Джим. Но даже лучшим ремонтным бригадам случается время от времени выбиваться из графика.

— Не думаю, что Первому Космос-Лорду следует знать о таких вещах, — Вебстер скроил чопорную мину.

— Так не говори ему, — Александер стал похож на мальчишку. — И не рассказывай мне, будто ты никогда не забывал упомянуть о чем-нибудь подобном своему официальному начальству!

— Как ни прискорбно, подобное случалось время от времени, — признал Джеймс. — Чего на этот раз я не должен себе говорить?

— Я собираюсь съездить потолковать с Крейгом. Могу я во время моей миссии сослаться на твое благословение? Неофициально, разумеется.

— Благословляю. Неофициально, но всей душой.

— Хорошо. Спасибо, Джим. Прости, что вытащил тебя из койки.

— Не переживай. Только с Крейгом договорись.