Джеймс Лусено - Лабиринт зла

Спецназовцы, в мрачном свете похожие на привидений, двигались к толстой двери в конце зала, держась у стен и подняв оружие. Задира уже был у двери, за командиром с термальным детонатором в руке стоял спец по взрывчатке.

Дайн в сопровождении ТС-16 прошёл между двумя выключенными дроидами-разведчиками, и в этот момент его ухо уловило жужжание голосов. Капитан почувствовал, что дроид-переводчик за его спиной внезапно остановился.

— Да, кто-то говорит по-джеонозиански, — подал голос ТС-16.

Обернувшись, Дайн обнаружил, что на него смотрят широкие дула двух акустических бластеров, зажатых в толстых пальцах едва заметных в тени джеонозианских солдат-трутней с ниспадающими на грязный пол крыльями.

Следующие несколько секунд тянулись, как в замедленной съёмке.

Он увидел, как спецназовцы падают, будто сметённые штормовым ветром. Заметил, как Задиру и спеца по взрывчатке швыряет прямо в дверь. Смотрел, как позади него кружится смерч из деталей дроидов-разведчиков. Почувствовал, как его приподнимает и впечатывает в стену, расплющивая внутренности.

В то бесконечное мгновение тишины ещё могло показаться, что солдаты отреагировали достаточно быстро и сумели несколько раз выстрелить, потому что, когда Дайн взглянул вправо, туда, откуда они пришли, ни джеонозианцев, ни ТС-16 там не наблюдалось.

Потом он опять впал в беспамятство. Разведчик смутно осознавал, что прижат к стене в позе, неестественной для представителя человеческой расы, как будто все кости стали мягкими.

Дальняя дверь бесшумно открылась, и в коридор хлынул свет. Свет был красным, или такой оттенок придавала кровь, заливавшая Дайну глаза.

Всё ещё двигаясь очень медленно, окружающий мир то фокусировался, то терял чёткость. Дайн смог нащупать взглядом помещение, заполненное мерцающим электронным оборудованием, экраны с бегущими данными, голопроекторный стол, над которым висел боевой корабль Торговой Федерации, разорванный пополам и объятый пламенем. Из помещения вышли две разумные машины, судя по узким цилиндрическим телам — дроиды-убийцы. Вслед за ними, невозмутимо перешагнув через гротескно изогнутое тело Задиры, подошёл человек среднего роста и телосложения.

Несмотря на разжижающийся мозг, Дайн всё же смог изумиться — потому что сразу узнал этого человека.

Невероятно, подумал он.

Как и подозревали джедаи, ситу удалось проникнуть на высочайший уровень республиканского правительства.

Человек не делал попыток скрыть лицо, и Дайн понял, что сейчас умрёт.

Осознав это, он умер.

— Где канцлер? — требовательно спросила Шаак Ти у трёх алых гвардейцев, стоявших у входа в апартаменты Палпатина в доме 500 по Республиканской улице.

Рядом с ней быстро шагала Стасс Алли, положив руку на рукоять светового меча. Джедаи непреклонно двигались вперёд, за ними следовали четверо бойцов из маленькой армии охранного персонала, которой располагал дом 500. Они сопровождали джедаев от ангаров среднего уровня к уровню пентхауза.

Несмотря на то, что алых гвардейцев уведомили о прибытии представителей Ордена, они держали свои силовые пики в защитном положении.

— Где? — повторила Алли, давая понять, что они всё равно войдут — так или иначе.

Шаак Ти уже подняла руку, чтобы распахнуть двери волной Силы, но тут гвардейцы опустили пики и отступили в сторону.

Один из них отстучал код на стенной панели, и полированные двери разъехались в стороны.

— Сюда, — сказал гвардеец, жестом приглашая джедаев внутрь.

Широкий коридор, уставленный скульптурами и творениями голоарта, вёл в сами апартаменты, где, как и в кабинете Палпатина в здании Сената, преобладали красные тона. Не стоит говорить, что квартира была огромной. Стена гигантской гостиной была наружной стеной дома и сверху вниз смотрела на разорванные облака, которые обычно собирались вокруг здания поздним утром. Пересекавшиеся вдалеке трассы автонавигации, ведущие с орбиты и на орбиту, были запружены неподвижными машинами. Между ними и домом 500 парили два СНДК и стайка патрульных скиммеров.

Характерное возмущение на гребне защитного зонтика Сенатского округа означало, что из-за продолжающейся бомбардировки сепаратистов защитные поля ослабли. Над сверхгорячей кромкой щита, внутри серых кучевых облаков вспыхивал свет.

Молнии или плазма, предположила Шаак Ти.

Палпатин, едва осознававший её присутствие, метался по комнате, сцепив руки за спиной, словно зверь в клетке. Подол сенаторской мантии волочился по застеленному коврами полу.

Ещё несколько алых гвардейцев и советников Палпатина стояли, глядя на него — некоторые с гарнитурами комлинков в ушах, другие — с информационными планшетами и прочими устройствами, без которых, как поняла Шаак Ти, было невозможно руководить обороной республиканской столицы. Случись что с канцлером, вся власть — в том числе и право вести боевые действия и издавать указы — временно перейдёт к спикеру Сената, Масу Амедде, который уже водворился в надёжном бункере глубоко под Совещательной палатой.

Шаак Ти не могла не заметить, что два ближайших советника Палпатина — Пестаж и Айсард — похоже, нервничали.

— Почему он всё ещё здесь? — обратилась Стасс Алли к Айсарду.

Тот поджал губы.

— Спросите его сами.

Чтобы обратить на себя внимание канцлера, Шаак Ти практически встала у него на пути.

— Верховный канцлер, нам надо проводить вас в бомбоубежище.

Они уже были знакомы. Палпатин лично благодарил её за подвиги на Джеонозисе, Камино, Дагу, Брентаале IV и Центарисе.

Он на мгновение остановился, чтобы окинуть её быстрым взглядом, затем развернулся и зашагал прочь.

— Мастер Ти, я признателен вам за заботу, но сейчас нет необходимости меня спасать. Как я уже сообщил моим советникам и защитникам, моё место здесь — где проще связаться с нашими командующими. Если я куда и поеду, то только в рабочий кабинет.

— Канцлер, связь из бункера может быть надёжнее, — внёс предложение Пестаж.

Айсард добавил:

— И все учения, которые вы так презирали, проходили по тому же сценарию, сэр.

Палпатин криво улыбнулся.

— Учения и реальность — разные вещи. Верховный канцлер Галактического Сената не станет прятаться от врагов Республики. Вам это ясно?

Ясно, что Палпатин был взволнован, смущён и, вероятно, испуган. Но когда Шаак Ти попыталась прощупать его в Силе, она не смогла понять, что он чувствует на самом деле.

— Простите, канцлер, — вмешалась Стасс Алли, — но джедаи вынуждены принять это решение за вас.