Токацин - Синтез

— А ты думал, Линкена просто так называют психом? — невесело ухмыльнулся Иджес. — Хорошо, что не в глаз попал.

«Не надо было ставить на нос бластер,» — думал Гедимин. «Плохая была идея.»

Гедимин поднёс неэкранированный брусок ирренция к защитному полю, и оно вспыхнуло зеленью, — так по договорённости подавался сигнал к вскрытию купола. Досчитав до пятидесяти, сармат выбрался из-под поля. Ирренций — уже заэкранированный — он бережно держал в ладонях. Ровно триста граммов — столько, сколько нужно было для реактора; остальное, расплющенное в фольгу и проложенное плутонием, уже с утра было отправлено в хранилище.

Путь к «грязной» лаборатории был свободен — всех сарматов предупредили, что в это время по коридору пронесут ирренций. Гедимин опасался — или, скорее, смутно надеялся — что Ангус выглянет из реакторного отсека, проявив хоть немного любопытства, но оператор действовал по инструкции, и отсек был наглухо задраен.

В «грязной» лаборатории не должно было быть никого, но Гедимин, едва открыв дверь, увидел рядом с самодельным трубопрокатным станом сармата, накрытого защитным полем. Тот развернулся к ремонтнику и криво усмехнулся.

«Уходи,» — жестом сказал ему Гедимин, убирая ирренций под лученепроницаемый экран. Линкен качнул головой.

«Мы работали вместе,» — ответил он, притронувшись к стану. Ремонтник сузил глаза.

«А сейчас — нет,» — он, обойдя Линкена, прикоснулся к рычагу запуска. Взрывник не уходил — молча стоял за его плечом и смотрел на станок. «Пусть стоит,» — Гедимин тщательно проверял механизм и старался не замечать Линкена. «Тут места много.»

Он опасался, что Линкен схватит ирренций — или что-то на станке — и оттолкнул его, когда он протянул руку к защитному экрану, но взрывник ничего не схватил и даже не ударил Гедимина в ответ. Он отошёл на пару шагов и остановился там, всё так же пристально следя за действиями ремонтника, пока тот работал с ирренцием. Там же Линкен стоял, когда сармат поставил готовые цилиндры остывать и пошёл к выходу. Подошло время обеда, а раскалённые части нельзя было скреплять с холодными, — Гедимин решил сделать перерыв.

Хольгер успел поесть раньше и занял место за телекомпом Константина — просмотр и зачитывание вслух новостей с атлантисских сайтов уже стало традицией. Гедимин отметил это про себя и весело хмыкнул — традиции размножались со скоростью лабораторных крыс.

— Есть что-нибудь научное? — спросил он у Хольгера. Тот покачал головой.

— Учёные работают, атомщик. Им некогда болтать с журналистами. Но кое-что интересное для тебя тут есть. Ты, наверное, помнишь подполковника Ригейру…

Гедимин едва заметно вздрогнул и навис над экраном.

— «Малый пассажирский глайдер, пропавший позавчера вечером во время перелёта над Центральным Атлантисом, так и не обнаружен. Поиски продолжаются. Напоминаем, что на борту барка, принадлежащего Академии Космофлота Атлантиса, находились шестеро офицеров Космофлота, в том числе служащий Академии подполковник Жералду Матеуш Ригейра…», — Хольгер оглянулся на Гедимина. — Такое ощущение, атомщик, что ты стал очень дорог не только мистеру Мартинесу и Кенену Маккензи…

Ремонтник недоверчиво ухмыльнулся.

— Просто совпадение. У макак часто ломается техника. Глайдер упал в какой-нибудь водоём.

За его плечом кто-то с присвистом втянул воздух.

— Обогнали, — пробормотал Линкен, обходя Гедимина и становясь за спиной Хольгера. — Я сам должен был это сделать — ещё тогда, зимой… Ah-hasulesh!

Он стиснул зубы и резко дёрнул головой.

— Я должен был убить эту макаку. Я позволил ей дожить до лета, я упустил её… Ты правильно презираешь меня, атомщик. Большего я не заслужил.

Гедимин изумлённо замигал. «Вот псих,» — подумал он с досадой. «Он что, сам не понимает, что ничего не мог сделать с… Он что, всерьёз собирался убивать Ригейру?!»

— Уймись. Ты просто не мог до него добраться. И хорошо, что не пытался. Пристрелили бы на месте, — сердито сказал ремонтник. — Хольгер, прочитай ещё что-нибудь. Линкен слишком волнуется из-за новости. Может, там есть что-нибудь про взрывы? Чем больше взрывов, тем лучше.

Линкен странно булькнул, но Гедимин уже повернулся к экрану.

— Рад бы помочь, но не могу, — отозвался Хольгер. — Никаких взрывов. Может быть, это? «Загадочное убийство в Валенсе: расследование продолжается. Полтора года назад легендарный адмирал Космофлота Земли Родригеш да Коста был убит при загадочных обстоятельствах, и расследование всё ещё продолжается. Федеральная полиция никак не комментирует такое неоправданное промедление. Версия о «сарматском следе», выдвинутая сразу после обнаружения тела адмирала, была отвергнута без рассмотрения — ни один сармат якобы не мог покинуть закрытые территории и добраться до Валенсы. Однако два дня назад на окраине города рядом с предназначенными для сноса ангарами был обнаружен труп искусственнорождённого. Его имя было установлено с помощью базы ДНК искусственнорождённых. В интересах следствия оно не раскрывается, но нам удалось узнать, что сармат бежал из Коцита — поселения под контролем Австралии. Как беглец сумел преодолеть океан и добраться до Валенсы, связан ли он с убийством да Косты и что было причиной его собственной гибели, пока установить не удалось….» Нет, кажется, не то.

— Из Коцита? — Линкен, забыв на время о Ригейре и неудавшемся возмездии, стоял у телекомпа и перечитывал заметку. — Что ж, не так плохо. Пусть макаки лишний раз побегают. Так или иначе, живым бы он не выбрался.

Гедимин мигнул.

— Ты о чём? Этот сармат действительно связан с да Костой?

— Откуда мне знать? — Линкен едва заметно усмехнулся. — Но вот с Маркусом он связан был — это точно. У нас был атомщик, был корабль, и то мы не выбрались с территорий. И этот eateske не смог бы покинуть Коцит. Ему помогли. Даже если для того, чтобы заставить макак побегать… он умер свободным.

Гедимин озадаченно хмыкнул.

— Не знаю. Я предпочёл бы остаться живым в Коците, чем… — он не договорил — при попытке достроить план Маркуса его начинало мутить, и ощущение было очень неприятным. Линкен положил руку ему на плечо.

— Ты не знаешь наверняка, атомщик. Слишком мало был на свободе. Когда-нибудь мы все станем свободными, — он улыбнулся, и Гедимин впервые увидел, что он может это делать, не перекашивая рот. — Тогда ты поймёшь.

Сбоку потянуло тёплым воздухом, край чертежа, недостаточно плотно прижатый к столу, шевельнулся. Гедимин повернулся и увидел открытую грузовую шахту — и не увидел не только Иджеса — механик давно поднялся на верхний ярус — но и Линкена. Сверху доносился его приглушённый голос.