Дж. Грегори Киз - ТЕМНОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ: РОЖДЕНИЕ ПСИ-КОРПУСА

У ворот их встретил щеголеватый юноша в черном костюме-тройке.

– Вы, должно быть, разыскиваете местный виноградник? – спросил он.

– Ага, – откликнулся Стивен. – Я ищу бутылку "Шалди" урожая шестьдесят первого года.

Парень удовлетворенно кивнул.

– Добро пожаловать, мистер и мисс Декстер, мистер Уолтерс. К вашей поездке все готово. Самолет ждет вас. Меня зовут Ринальдо д'Агуила, я буду иметь удовольствие сопровождать вас во время путешествия.

– Несомненно, удовольствие, – ответил Стивен.

Фиона на пробу дважды подпрыгнула на огромной кровати.

– Я, кажется, совсем забыла, каково это, – заметила она, распластавшись под пологом.

– А будет еще лучше, – сказал Мэттью, заглянув в соседнюю комнату. – Душ. Может, помоемся, перед тем, как изгваздаемся, миссис Декстер?

– К чему это разделять? – подняла она бровь. Она еще раз подпрыгнула на кровати и катапультировалась ему в объятья.

Позже, когда они лежали вспотевшие и прижавшиеся друг к другу, Фиона обвела комнату сонным взглядом:

– Знаешь, а мне даже в голову не пришло, что здесь может быть камера.

– Теперь поздновато об этом беспокоиться.

"Ты им доверяешь?"

"Я валяюсь голым в одном из их сьютов, что говорит совсем не мою в пользу, потому что нет, я им не доверяю. Но они всегда хорошо играли за нас. Мы бы потратили чертову уйму времени, готовя подрыв фабрики "усыпителей" без их помощи, а смыться оттуда и вовсе не было бы шансов. А теперь мы в прекрасной комнате и имеем в запасе день или два, чтобы прогуляться по Французскому Кварталу, note 70 пока они готовят следующий переезд. Это как небо и земля по сравнению с нашими обычными маршрутами". Он погладил рукой ее по животу.

(скептицизм) "Они помогают нам вовсе не из любви к тэпам, а потому, что Уотерс – их конкурент по фармацевтическому бизнесу", – ответила Фиона.

"Совершенно верно. Но если бы подполье держалось на одном альтруизме, оно имело бы весьма бледный вид".

С этим она не могла не согласиться.

Фиона спала беспокойно. Кровать чересчур удобна, комната – слишком хороша. Некоторые из ее народа спали по ночам на улицах, некоторые – в концентрационных лагерях. Ей казалось неправильным, что ее окружает такая роскошь.

Но это было еще не все. Она вылезла из кровати и подошла к окну, вглядываясь в огни Нью-Орлеана. Внизу раскинулся новый Французский Квартал, отстроенный заново после жуткого наводнения 2092 года. note 71 Но слишком новым он больше не казался. Вообще, наводнение уничтожило столь значительную часть города, что многие предлагали переименовать его в Новый Нью-Орлеан, но это предложение оказалось не самым популярным.

В глубине души она гадала, не стоит ли и ей стать Новой Фионой.

Она по-прежнему любила свое дело, но в ней самой многое переменилось за те четырнадцать или около того лет, что она занимает место Манки. Сначала была вера в то, что она обязательно победит, изменит весь мир. Это было чудесное, наилучшее чувство. Небольшие победы – когда им удавалось выхватить ребенка из лап Пси-Корпуса или взорвать фабрику "усыпителей" – были неплохи, но в прежние времена они оставались только приправой к главному блюду – мечте о последней битве, после которой все будет хорошо.

Но годы незаметно подтачивали эту мечту, и вот однажды, не осознав даже, когда или почему, она поняла: эти маленькие победы – все, что у них есть, потому что войну – войну выиграть невозможно. Вода заполняла их шлюпку быстрее, чем они могли вычерпывать.

В конце концов, ей пришлось согласиться, и даже отчасти смириться с этим. Беда была в том, что она не могла и заикнуться об этом другим, даже Мэттью. Людей приводило к ним и поддерживало во всех испытаниях только одно: вера в то, что однажды все закончится, и они выйдут на свет. Их поддерживала надежда.

И они с Мэттью, лучше или хуже, к добру или худу, стали воплощением этой надежды, ее сосредоточием. Что почувствуют остальные, если узнают, что у нее, Фионы, матери революции, в сердце больше не осталось надежды?

Осторожный стук в дверь прервал ее мысли. Она нашла и надела джинсы, натянула майку и заглянула в дверной глазок.

Это был д'Агуила. Что ему понадобилось?

Она приоткрыла дверь.

– Мисс Декстер?

– Это я.

– Я надеялся, что не придется вас беспокоить, но возникло дело особой важности, и мы очень рассчитываем, что можем просить вас об одолжении.

– Вам нужно кого-то просканировать? Сейчас?

– Пожалуйста.

Она задумалась. Это одна из разновидностей платы за помощь, которую им оказывают корпорации. В штате "Рентек" состоит, пожалуй, сотня тэпов, но все они из Пси-Корпуса, а значит, не будут проводить незаконных сканирований.

Заранее чувствуя себя по уши в грязи, она кивнула. Мэттью спал, и она не стала его будить.

"Делом особой важности" оказался молодой человек около двадцати пяти лет, блондин с вьющейся шевелюрой и симпатичным круглым лицом. Фиона отметила про себя, что оно было бы еще симпатичнее, если бы не рассеченная губа и разбитый нос. Она рассматривала его через поляризованное стекло, за которым в серой комнате стояли небольшой стол и два стула.

– Он тэп, – сказала она д'Агуиле, – и сильный.

– Достаточно сильный для пси-копа?

– Да.

Д'Агуила, казалось, скрипнул зубами:

– Он около года работает в нашем департаменте технической поддержки. Попался на том, что пытался переслать куда-то наружу файлы, но при задержании сумел стереть и файлы, и адрес назначения.

– И что вам нужно от меня?

– От вас требуется узнать, что он тут делал – что знает о наших соглашениях с подпольем, и так далее.

– Это непросто. Он будет блокировать.

– Делайте, что считаете необходимым.

– Он может оказаться сильнее меня.

– Мы просим только попробовать.

Она кивнула, хотя в животе заныло.

Но вошла.

И сразу же почувствовала его прикосновение.

– Ты – одна из нас, – мягко промолвил он.

– Я в этом очень сомневаюсь, – отрезала она. – Ты ведь пси-коп. Как насчет этого?

"Да, я пси-коп. И горжусь этим. Но я хотел сказать, что ты одна из нас, тэп. В Корпусе или нет, мы одинаковые. Родня".

– Говори вслух, – потребовала она.

"Ты не захочешь, чтобы я сказал вслух то, что знаю. Догадываюсь, ты из подполья".

"Хорошая догадка", – ответила она.

"Вы много работаете с этими людьми. А знаешь, они ведь вас используют".

"Как и мы их. Чтобы бить твоих головорезов. В чем разница?"

"Так я и думал. (пауза) Они собираются убить меня".