Юрий Гулин - Герцог Клим (СИ)

– Ну, ну, все уже позади!

Светлана отстранилась от него, отступила на шаг и покачала головой.

– Если бы только знал, как я за тебя переживала.

– А я за тебя, – улыбнулся Клим.

– Но ведь ты уже, наверное, в курсе, что за меня переживать не стоило?

– Так, в общих чертах, без подробностей.

– Будут тебе подробности, – улыбнулась Светлана. – Но только после завтрака. Я распорядилась накрыть его здесь в твоих покоях, ты не против?

– А если я скажу что против, ты распорядишься все это отсюда убрать? – поддразнил подругу Клим, но увидев в ее глазах растерянность, которая могла перерасти во что угодно: от гнева до слез, поспешил добавить: – Шучу. Ты, конечно, все сделала правильно!

После завтрака они пересели на диван, подождали пока уберут со стола, и лишь после того как за последним лакеем закрылась дверь Светлана приступила к своему рассказу…

… После того как граф Властмил буквально внес ее в портал замаскированный под зеркало Светлана впала в забытье, вызванное по‑видимому воздействием магии. Что с ней происходило в этот период, она помнила весьма смутно: какие‑то перемещения, какие‑то лица… в общем, ничего конкретного. Полностью в себя Светлана пришла только тогда когда оказалась сидящей на диване в роскошно обставленной комнате. И тут ее захлестнули противоречивые эмоции. Одна ее половинка испытывала праведный гнев и обиду на то, как с ней обошлись. На что другая половинка ей возражала: «А не ты ли сама ждала от графа поступка, который польстил бы твоему женскому самолюбию? Вот и дождалась». Первая половинка аж фыркнула от возмущения: «Я ждала поступка от слегка увлеченного мной мужчины, а здесь целая уголовная статья!». На что вторая половинка ничего ответить не успела, поскольку раздался вежливый стук в дверь.

– Войдите!

Голос Светланы звучал не слишком любезно. Если бы в эту минуту в комнату вошел граф, то он тут же был бы отдан «на съедение» ее первой половинке. Но вошла женщина, молодая и очень красивая. Ни простота наряда, – в том, что это эксклюзив у Светланы сомнений не было – ни минимум украшений – «А камушки‑то, похоже, натуральные!» – не могли ввести в заблуждение относительно высокого социального статуса этой особы. Будь она одета в одни лишь лохмотья – гордая осанка и властный вид ни у кого не оставили бы сомнения в том, что перед ним если не королева то, как минимум, принцесса.

– Принцесса Зоря, – представилась женщина, прежде чем опуститься в кресло стоящее рядом с диваном.

– Советник Райт, – машинально ответила Светлана.

Принцесса улыбнулась.

– Мне хорошо известно кто вы. Ведь это по моей вине вы оказались здесь.

Окажись в этот момент в комнате преподаватели из Дипломатической Академии Земного Содружества они порадовались бы за свою ученицу. Лицо Светланы приобрело приличествующее моменту холодновато‑вежливое выражение, а в голосе отсутствовали посторонние эмоции.

– Не вполне понимаю, ваше высочество, что вы имеете в виду?

Перемена, произошедшая в Светлане, не могла остаться незамеченной принцессой. Но та предпочла языку дипломатии самый обычный язык, на котором женщина рассказывает своей лучшей подруге о накопившихся проблемах. Это не могло не подействовать. В скором времени дипломат управляющий сознанием Светланы почувствовал, как его легонько похлопали по плечу. Обернувшись, он увидел позади себя женщину с усталыми и мудрыми глазами, которая произнесла спокойным и рассудительным голосом: «Ты вот что, дружок, погуляй где‑нибудь в сторонке, а мы тут пока по‑бабьи потолкуем». Поэтому, когда принцесса закончила излагать свою историю, голос Светланы звучал уже совсем по‑другому:

– Значит, говоришь, Оракул избрал в отцы твоему будущему ребенку Клима Снегова?

Принцессу ничуть не покоробила прозвучавшая в словах Светланы неприкрытая фамильярность, она, похоже, даже обрадовалась этому. Ведь вести дружескую беседу можно только на равных.

– Да, и зачатие должно произойти в самое ближайшее время. Ведь к моменту восшествия на трон императору должно быть не менее восемнадцати лет.

– Жаль мне тебя, твое высочество!

– Это еще почему? – удивилась Зоря.

– Да потому! По части сделать ребенка Клим конечно мастер да вот только муж из него никакой.

– А причем тут муж?

– Как это причем? – пришел черед удивляться Светлане. – Ты что ребенка без мужика растить собираешься?

– Ты все не так поняла, – с облегчением рассмеялась Зоря. – Снегов нужен только для зачатия, а моим мужем будет другой мужчина. Он и будет воспитывать будущего императора.

– Вот оно как… Бедный будущий император.

– Почему ты считаешь, что мой будущий ребенок бедный?

– Так зачат‑то он будет не по любви.

Принцесса гордо вскинула голову:

– Вот тут ты ошибаешься. Краткосрочную любовь я обеспечу!

Светлана внимательно на нее взглянула и легонько вздохнула.

– Не сомневаюсь. Ладно, от меня‑то что требуется?

– Ты должна написать письмо, в котором объявишь Снегова своим Защитником.

– И он, по‑вашему, помчится меня выручать?

– А разве нет?

Светлана снова вздохнула.

– Помчится. Он такой… А если я откажусь?

Зоря пожала плечами.

– Тогда ты вернешься домой, а Властмилу придется придумывать иной способ, чтобы заманить сюда Снегова.

– То есть, если я правильно поняла, вы от своего не отступитесь?

– Воля Оракула должна быть исполнена, – твердо произнесла принцесса.

… ‑ И я согласилась. А что ты на меня так смотришь? Кто бы их знал, чтобы они еще удумали.

Клим накрыл своей ладонью ладошку Светланы.

– Успокойся. Я тебя ни в чем не виню. Наверное, в этой ситуации у тебя не было иного выхода.

Глаза Светланы озорно блеснули.

– Клим…

– Чего тебе?

– Скажи, а как оно было… с принцессой я имею в виду? Получилось у нее по любви?

Снегов хотел было ответить резкостью, но передумал, ответил коротко:

– Получилось. И давай больше не будем об этом!

Они немного помолчали, потом Светлана произнесла:

– А ты молодец. Как лихо ты дракону башку рубил, а когда со Смерогом схлестнулся у меня аж мурашки по коже побежали.

– Постой, – Клим с подозрением уставился на подругу, – откуда тебе известны такие подробности?

– Так твои подвиги пять вечеров по магвизору показывали. Вчера была заключительная серия…

Посмотрев на враз посуровевшее лицо Снегова, Светлана спросила:

– Так ты ничего не знаешь?

– Что я должен знать? И как это меня могут показывать по какому‑то там… не поймешь чему уже пять вечеров, если позавчера еще ничего не было?