Анатолий Шинкин - Космические перевозчики

– Хорошо, что Ирина без сознания, – выговорила Женька.

Светка тормозила по нижней, щадящей границе перегрузки, рискуя проскочить точку входа в атмосферу планеты, но угадала в самый раз. Транспорт перешел в орбитальный полет, и мы вздохнули: теперь только пережить перегрузку при посадке.

Ирина шевельнула губами, судорожно вздохнула, широко распахнула глаза и умоляюще уставилась на Женьку.

– Мальчик, – торопливо затараторила наша акушерка. – Отличный мальчишка. Почти четыре кило, – богатырь.

– Андрей будет рад, – отчетливо выговорила Ирина и замолчала.

Мы не отводили глаз, ожидая продолжения, но Женька крикнула:

– Она мертвая,… – и бросилась к шкафу за дефибриллятором.

"Врач общей практики" суетливо, но умело делал непрямой массаж сердца и искусственное дыхание; я молча лежала, привязанная к Ирине системой переливания крови. Женька приложила к груди Ирины "утюги" и торопливо выдернула мои иглы.

– Отошли! Разряд!

Навалилась новая перегрузка. Транспорт "Надежда", укутавшись огненным шлейфом, пошел через атмосферу вниз.

Пока Леха и служба наведения вели истерзанные, "дышащие на ладан" миноносцы "Быстрый" и "Торопливый" до космодрома на Нептуне, прошел по крейсеру и задержался в машинном отделении, длинном коридоре, стены которого – разноцветные соты-гнезда-ячейки всех возможных, но не повторяющихся форм и размеров с управляющими блоками и рядами предохранителей. Конструкторы позаботились, чтобы команда в горячке боя не запихнула в ячейку "неправильный" блок, – перепутать невозможно. Неисправное оборудование "сигналило" красным индикатором и немедленно заменялось из имеющегося запаса.

Ежедневный и, тем более, "послебоевой" осмотр корабля для меня обязателен не по склонности к педантизму: уверенность в надежной работе техники, вооружения, экипажа – залог победы и выживания. В центральном отсеке мы только нажимаем кнопки пуска ракет и крутим штурвалы, выводя крейсер на линию огня, но вся тяжесть боя: перегрузки, встречные залпы – сваливаются в машинное отделение, наполняя отсек дымом и осколками горящих и взрывающихся блоков. Умудряющиеся в такой обстановке быстро и безошибочно работать механики – настоящие герои. Будто бы случайно чиркнул рукавом по горизонтальной панели, белоснежная материя осталась чистой. Сашка не пропустил мою уловку и победно ухмыльнулся:

– Стерильность, как в операционной, командир.

– Я и не сомневался, но должность обязывает проверять. Ты не обижаешься?

– Я профи! – Сашка гордо вздернул подбородок.

С центрального поста позвал Леха:

– Смотри вперед, – пробежался пальцами по "клаве", и во весь экран разулыбалась моя инопланетная сестренка.

– Дрю, привет.

Родной климат и жареные короеды, заглавный деликатес в меню Путникских аборигенов, быстро вернули румянец на щеки девочки и задорные искорки в глаза, – настоящая красавица.

– Нэля, солнышко, устал без тебя.

– Дрю, дождаться звонка не могла,… – Нэлькин радостный взгляд скользнул за мою спину и превратился в счастливый, заставив оглянуться.

Василий и Сашка обрабатывали обожженное космическим холодом плечо раздетого до пояса Никиты. Парень превращается в моего злого гения: сначала увел девушку, теперь сестренка в его глазах тонет. Никита, забыв о боли, восторженно смотрел на Нэльку и беззвучно шевелил губами.

– Нэля, ты меня слышишь? – без надежды на ответ помахал перед экраном рукой.

– Дрю, познакомься с моим замечательным другом Никитой, – пафосно произнесла Нэлька "романтическую" фразу: чтение явно не пошло девочке на пользу.

– Спасибо, мы знакомы… кажется. Стало быть, ради этого парня ты досрочно завершила свою миссию на Земле? – наконец удалось остановить Нэлькин взгляд на себе, и я разочаровано повернулся к Лехе. – Не мой сегодня день. Давай ужинать, пока влюбленные наговорятся. Может быть, еда утешит. Что у нас?

– Консервы и концентраты.

– Спасибо, брат, добил.

"Космический паек" с Земли-2 несколько съедобнее просто земного, но, на мой взгляд, искусственные заменители так и останутся суррогатами и эрзацами, противными живому организму. Натуральный кофе немного скрасил впечатление, а сигарета вернула жизнь в привычную колею.

Ожог у Никиты оказался серьезным, в полторы ладони. Заклеили стягивающей бактерицидной пленкой и подвесили согнутую в локте руку на перевязь к шее.

– Голова работает, а рука до свадьбы заживет, – храбрился Никита.

– Если космолетчик заговаривает о свадьбе, – пробасил Федор, – то закрадываются сомнения в работоспособности головы.

– Хотя сейчас она становится насущной. Андрей, – Леха подозвал к своему монитору, не решаясь озвучить "нарытую" информацию.

Добравшись до наблюдательной спутниковой системы Земли, наш хакер получил в режиме реального времени картинку космодрома, на котором рабочие команды готовили к старту пять боевых кораблей.

– Решили задавить количеством. Отловить ребят поодиночке будет затруднительно. Время старта не узнал?

– Точно нет, но заправка только началась, значит, не ранее завтрашнего утра.

– Лучшая защита – нападение.

– До Земли прогуляться? – Леха округлил глаза и оглянулся.

Экипаж давно застыл в выжидательных позах, и я повысил голос:

– До Земли шесть часов лета. Вполне успеваем, но как незаметно убраться с орбиты?

– Ни единого шанса, – возразил Леха. – Служба слежения Нептуна заметит и поднимет панику мгновенно.

– И предатель, окопавшийся там, незамедлительно отправит на Землю соответствующую цидулу,[9] – продолжил Федя Боцман.

– Надо незаметно связаться с Никитиным папой-президентом.

– Типа, секретность сохранить? – Сашкиным голосом переспросил Василий и был награжден улыбками. Сашка поощрительно хлопнул помощника по плечу:

– Ничего нет проще: Никита раненый, отправим лечиться в госпиталь на космокапсуле.

– Отличный план, – Федор поворочался в кресле. – Обмотать бинтами погуще. Папа напугается, но овчинка выделки стоит. Быстрее примчится в больничку.

– Пусть встречает на космодроме. Алексей, туманно сообщи о ранении и настоятельно о желании сына видеть отца, – проследил, пока Леха включил связь и продолжил. – Никита, шепнешь президенту, чтобы отключили слежение за нами, можешь объяснить почему, но информация не должна выйти за круг посвященных: ты, президент. Василий, космокапсулой рулить умеешь?