Хельге Каутц - Легенда Фарнхэма
Елена еще несколько секунд оставалась в кресле пилота, проверяя предполетную готовность корабля, позиция за позицией, и через какое-то время удовлетворенно улыбнулась. Судя по всему, «Гетсу Фун» не претерпел заметных структурных изменений при прохождении через сингулярность, машины тоже были в полном порядке, будто только что сошли с конвейера.
Космолетчица внесла в бортовой журнал сведения о последних событиях и, покончив с этим, задумчиво взглянула на пустующее кресло второго пилота справа от себя. ОКО совершенно точно не хотел рисковать еще одной человеческой жизнью, кроме того, ее сочли достаточно квалифицированным космолетчиком, чтобы самостоятельно справиться с миссией спасения. Насколько она знала Бреннана, он бы занял место второго пилота на обратном пути, несмотря на его высокий военный чин. Приказ, полученный Еленой, гласил: «„Икс" уничтожить и вернуться вдвоем на „Гетсу Фун"». Слева от Елены находилось еще одно пустующее кресло, предназначенное для специалиста Миссии или астрогатора.
Елена еще раз напомнила себе, что ее первоочередной задачей является сбор информации о местонахождении Бреннана, а значит, то, что пребывание на станции может оказаться весьма заманчивой идеей, не должно волновать ее. Не может быть, чтобы его проникновение сюда, в эту часть космоса, осталось незамеченным. И хотя его энергетический скачок был, по идее, совершенно «бесшумным», «Икс» должен был появиться здесь в сиянии различных видов излучения, сопровождаемый мощной гравитационной волной, и просто не мог не привлечь к себе внимания. И чем дальше, тем больше Елена обретала уверенность в том, что Бреннан, если он пережил катастрофу корабля, все еще где-то здесь, потому что как люди, так и инопланетяне, обитающие в этом секторе, не могли не позаботиться о нем, какие бы формы эта забота ни приняла. Почему бы не обратиться официально к правительству? Елена хотела приберечь этот шанс на будущее. В данный момент ее устраивало, что ее приняли за гонера и тем самым предоставили возможность собирать информацию, не привлекая ненужного внимания, до того, как она точно решит, какие шаги ей предпринять.
Она встала и направилась к средней палубе, где кроме входа в грузовой отсек находился шлюз. Стоит ли брать с собой оружие? Елена решила не делать этого. До сих пор она не встретила враждебного отношения к себе, и, следовательно, вряд ли возникнет необходимость прибегать к оружию. А скафандр, легкий компрессионный костюм, маска? Судя по показаниям приборов по атмосферной ситуации на станции, в них тоже нет настоятельной необходимости. Готова ли она покинуть корабль и встретиться лицом к лицу с неизвестной внеземной цивилизацией? Будут ли ее и дальше принимать за гонера? Вряд ли, поскольку ее форма сразу даст понять, что это не так. Может быть, стоило снять с рукава знак ОКО или как-то его замаскировать, чтобы не вызывать ненужного любопытства? Но с другой стороны, может быть, ее уже встречает спецотряд, чтобы немедленно арестовать, а затем разобрать на части ее корабль. И в таком случае уже не будет играть никакой роли, есть у нее на рукаве эмблема ОКО или нет. В конце концов Елена достала из шкафа серо-голубую куртку пилота с воротником из искусственного меха. На ней не было логотипа ОКО, и она могла отлично скрыть тот знак, что находится на рукаве комбинезона.
Елена сделала глубокий вдох. Где-то в области желудка у нее возникло примерно такое же ощущение, какое она испытала при нервом многодневном глубоководном погружении без спецснаряжения. Тогда у нее блокировались все дыхательные рефлексы, а все полости в теле, включая легкие и череп, заполнились выравнивающей давление жидкостью. К системе кровообращения подключили наносимбионты, которые, с одной стороны, извлекали кислород из морской воды и вводили его прямо в кровь, а с другой, так изменили биохимический состав ее кожи и глаз, что они не испытывали никакого вредного воздействия. Еще один тип симбионтов почти вдвое ускорял сгорание питательных веществ и тем самым препятствовал переохлаждению организма. Все четыре дня экскурсии Елена испытывала чувство неутолимого, непрекращающегося голода и за это время съела столько, сколько на Земле не съедала за две недели. Ныряние без спецснаряжения, как правило, не имело какой-то определенной цели и поэтому не одобрялось профессиональными ныряльщиками вроде Гизберта. Это был, скорее, экстремальный вид спорта и одновременно вызов, перед которым Елена не смогла устоять. Она еще очень хорошо помнила то пугающее чувство, когда ты понимаешь, что не можешь дышать, но все равно продолжаешь жить. Ей все подробно рассказали еще до погружения, и она знала, что, если соблюдать все правила, никакой непосредственной опасности нет и быть не может. И все равно уже сама мысль о том, что ей предстоит биохимическое изменение организма, а главное — остановка дыхания, которая была похожа на приближающуюся смерть, ужасно пугала ее.
Тогда ей пришлось взять себя в руки и встретить опасность лицом к лицу, как это бывало не раз до того, да и после того тоже. Сейчас ей предстояло сделать то же самое.
Елена нажала на нужную кнопку.
С легким шипением одновременно открылись внутренняя и внешняя переборки, и Елена увидела перед собой туннель из прозрачного материала, который был как бы надет сверху на шлюз. Он вел вперед и вверх. Елена мельком подумала о том, как будет отсюда выбираться. Она не заметила ни ступенек, ни какой-либо лестницы, единственное, что ей оставалось, — карабкаться вверх. Потом она разглядела, что в нескольких сантиметрах ниже пола находится почти прозрачная подвесная платформа, которая легким покачиванием деликатно старалась привлечь к себе внимание Елены. Девушка решительно шагнула вперед, и платформа тут же тронулась с места. Елена еще успела услышать, как Марк закрыл за нею створки шлюза «Гетсу Фун». В то время как платформа несла ее все дальше вверх, Елена смотрела сквозь стеклянные стены туннеля на посадочную площадку, которая становилась все меньше. Некоторые корабли были в три, а то и в четыре раза выше земного, некоторые парили на небольшом расстоянии над площадкой. Но все корабли были связаны похожими прозрачными проходами с зоной, которая находилась высоко над Еленой. На высоте примерно пятидесяти метров Елена поняла, что туннели от самых больших кораблей не функционировали как ведущие вверх лифты, такие, как у нее. Они либо уходили прямо вверх, либо выглядели как вытянутые наклонные лестницы, идущие уступами.
Платформа остановилась, и Елена огляделась. Зона посадки напоминала огромную трубу диаметром от ста до двухсот и протяженностью от пятидесяти до шестидесяти метров. Коридор, в который попала Елена, сойдя с платформы, вел прямо к проходу, находящемуся в нескольких шагах от нее. Она бросила взгляд вверх, но не смогла на этой высоте обнаружить механизм, управляющий движением стеклянных туннелей. «Каждая достаточно прогрессивная технология в чем-то близка волшебству», — написал несколько веков тому назад автор по имени Кларк. Но Елена родилась уже в век цивилизации, далеко устремившейся по пути прогресса, и лишь ее разум, прошедший хорошую техническую и научную школу, позволял себе иногда задавать вопрос «Как?», пусть даже на очень короткое время — ведь были вещи гораздо более важные, чем это «Как?»!