Елена Силкина - Песня о неземной любви

Сказка оказалась ужастиком. Это не страшно, она же этого и ожидала. В реальной жизни ничего слишком хорошего не бывает. Это не страшно, надо просто всё обдумать и действовать, чтобы жить дальше. Ни думать, ни действовать совершенно не хотелось. Зато очень хотелось что-нибудь разбить и разметать. Сделать что-то вроде того, что творил в клубе Ирруор.

Краем глаза она уловила лёгкое движение и медленно повернула голову. В дверях стоял и смотрел на неё Интосайи. Лицо по обыкновению суровое и непроницаемое, золотые волосы туго стянуты в пышный хвост на затылке, чёрный форменный герлон со знаком отличия инспекторов и эсперов — серебристой восьмилучевой звездой на груди слева — делал фигуру массивнее.

— Я не спрашиваю, как понимать твоё сообщение и просьбу «присмотреть». Я спрашиваю, как понимать твоё бегство, да ещё такое внезапное. Что произошло?

Он говорил совершенно спокойно, не давил и не требовал, она ответила так же мирно.

— Ты ведь давно и хорошо знаешь его, так? Когда-то я хотела расспросить о нём именно тебя, как-то сразу поверила тебе.

— Так расспроси.

— В этом уже нет необходимости. Но ты мог бы рассказать мне, как погибла Риольга.

По дороге в убежище Мэнью поведала ей об одной из семнадцати.

— Не понял. Глупая молоденькая девочка покончила с собой, влюбившись безответно. Не вижу криминала, из-за которого необходимо убегать без оглядки.

— Так ли? В самом ли деле тебе известно в с ё? А другие? Другие шестнадцать? Что сталось с н и м и?

— Какие другие? Ты о чём?

— Как часто у вас проходят психиатрическое обследование, и каким образом можно узнать результаты, если речь идёт не о собственной персоне?

— Серьёзное заявление. Говори немедленно, кто и что тебе сказал!

— Не просто сказал, есть свидетели. Я обещала не выдавать источник.

— Что за свидетели, я потом расследую. Говори! Ты не понимаешь, с чем имеешь дело!

Ира гневно сжала губы и промолчала, резко отвернувшись.

— Говори! Речь идёт о жизни и смерти!

— Чьей? — невольно вырвалось у Иры. — Ей грозит опасность за то, что она меня предупредила? Или угрожают свидетелям?

— Кто?! — лицо у Интосайи сделалось страшным.

— Мэнью… Канна Манейр.

Инто нехорошо усмехнулся.

— Канна — обращение эрнианское. Имя также эрнианское. Можешь благополучно забыть всё, что она придумала…

— Придумала?! А врач-психиатр, маурка, между прочим, тоже всё придумала? А молоденькая девочка, вся в ранах от когтей, тоже их придумала?

Инто снова еле заметно усмехнулся, словно чему-то обрадовался. А потом как будто внутренне собрался.

— Спектакль можно устроить любой. Я сказал, что расследую это. Ирруор — не сумасшедший, я знаю его очень давно. Можешь благополучно забыть любые свидетельства, если ты сможешь жить благополучно после того, как посмотришь на последствия своего поступка.

— Что?!

— Я предупреждал его, чтобы он не связывался с землянкой…

— Тебе тоже землянка попадётся, увидишь…

— …Он не послушал меня, вот и результаты.

— Какие результаты? Он жив и здоров, с ним всё в порядке.

— Значит, он тебе ничего не сказал?

— О чём?

— О том, что с ним будет, если ты его бросишь.

— Ах, это. Говорил когда-то. И что?

— Ты ему не поверила?

— А почему я должна была верить? Он слишком здравомыслящий для того, чтобы играть в Меджнуна! На Земле мне многие говорили нечто похожее, но при этом никто ничего фатального не делал. Впрочем, иногда я даже клеветать на себя начинала, чтоб они не жалели о потере такого «сокровища»…

Выражение лица Инто немного смягчилось.

— В данном случае клевета не помогла бы.

— …Самоубийством угрожали, да, и не раз, так что я привыкла к шантажу.

— Значит, не поверила. Так поезжай и убедись. Он сильный, поэтому, должно быть, ещё жив.

— Это ты серьёзно?

— А ты думаешь, шучу?

— Почему же ты так спокоен и ничего не делаешь, чтобы спасти его?

— Спасать бесполезно, он всё равно жить не будет. Спасать надо было раньше — тебе. Или от тебя.

— Так это всерьёз?

— Нет, розыгрыш! — рявкнул Интосайи. — Где корабль стоит, знаешь? Тогда езжай и полюбуйся на дело рук своих!

Ноги у Иры вдруг стали ватными. Она медленно вышла из комнаты и побрела по коридору, ведя пальцами по стене, словно там было за что зацепиться в случае падения.

Пальцы Инто ухватили её за плечо, как клещами.

— Поторопись, если в самом деле хочешь спасти его.

Он заглянул ей в лицо, молча взял её покрепче под локоть и потащил бегом вон из здания. Возле входа их ждала корабельная шлюпка. Инто бесцеремонно втолкнул девушку на заднее сиденье, прыгнул за пульт и с места рванул машину в зенит.

«Блюдце» сияло защитным полем ярче солнечного дня. Возле опор кто-то отчаянно суетился, пытаясь попасть внутрь корабля. Мелькала рыжая грива волос. Когда шлюпка приземлилась, рыжеволосый незнакомец исчез из виду.

Ленточка с кодом по-прежнему была на руке у Иры, люк быстро открылся. Когда они готовы были зайти, кто-то прыгнул на плечи Инто, пытаясь ворваться вместе с ними на борт. Инспектор выстрелил мгновенно, не целясь, от бедра. Фигура в странном комбинезоне с латными наплечниками свалилась с трапа и замерла внизу, разметались роскошные рыжие волосы. Парализованная Манейр лежала на бледной выжженной земле, с бессильной злобой провожая глазами тайрианина и землянку. Ира оглянулась на неё только один раз.

В полутёмной рубке на всех экранах торжественно плыл густозвёздный космос, создавалось впечатление, что корабль летит в пространстве. Маур был здесь, лежал, вытянувшись во весь рост в разложенном кресле. Ира подбежала и испуганно присмотрелась. Он дышал, его лицо заметно осунулось.

— Ирруор!!!

Ресницы дрогнули, губы шевельнулись, но он то ли не смог, то ли не захотел говорить вслух.

«Инто отвезёт тебя на Землю».

— А ты?

«Мне ничего не нужно, я отдыхаю».

Он так и не открыл глаза, то ли был не в состоянии это сделать, то ли не хотел на неё смотреть.

Ира в растерянном удивлении смотрела на него, не в силах поверить своим глазам. Как такое может быть? Сильный, уверенный в себе, здравомыслящий…

— Как это понимать? Он же сказал, что отправится домой!

— Маурский эвфемизм. Домой — значит, к предкам, на тот свет, — мрачно пояснил Инто.

И тут ей показалось, что она уже не слышит дыхания кахурианина.

— Ир, подожди! Ирруор!!! Мне нужно сказать тебе! Да погоди же!!!.. Почему он больше не отзывается даже мысленно, Инто?!