Синхронизация - Инна Ласточка (Ness Quik)
— На это место есть другая претендентка.
Маргарита вздрогнула за спиной Нины от этих слов. Ричард заметил, нахмурился и снова перевёл взгляд на Нину.
— У тебя нет выбора. Мне будет жаль убивать тебя, Нина, если ты откажешься…
Нина старалась сохранить голову ясной, но чувствовала, как внутри бурлит ярость, которая способна разнести здесь всё к чертям. Её останавливал только бластер, приставленный к виску Антона.
— И что? Я должна стоять и смотреть на то, что ты делаешь, так же, как ты стоял и смотрел на происходящее с твоим отцом?
— Разве ты не слышала? Кристофер мне не отец, он…
— Погиб, — закончила за него Нина. — Я знаю, что ты сделал, я знаю всё о тебе и могу это доказать!
В глазах Ричарда на краткий миг мелькнул отголосок боли при известии о смерти Кристофера, но он хорошо держал себя в руках. Нет, либо Кристофер ошибался о его болезни, либо лгал… больше было похоже на психическое расстройство, нежели на болезнь.
— О, вот как? Давай-ка посмотрим, что у тебя за доказательства... — Ричард сложил руку в кулак и стал отгибать пальцы, начиная с большого, — слова бывшего Командующего, обвинённого в убийствах и заговоре против Совета, безвозвратно удалённый видеофайл, твои собственные слова, которые не примут на веру, если я засвидетельствую обратное. Тебе нас не обвинить. Ты настоящий бесценный дар и так легко добываемый. При тебе всё: и ключ, и красота, и способности… всё, что нам нужно.
— Вам? Тебе и твоей матери?
Ричард ещё улыбался, но вдруг снова посмотрел поверх головы Нины на Маргариту, и изменился в лице.
— Слишком много вопросов, дорогая, — он взял Нину за подбородок и склонился для поцелуя.
Нина буквально ощутила ярость Антона и ревность Маргариты, она и сама была в ярости, и всё же не сдвинулась с места. С того момента, как Ричард заикнулся о «будущем муже», она ждала, когда он решит её поцеловать. Нина ответила на поцелуй, усмиряя его бдительность, и в какой-то момент потянулась наугад, почти сразу нащупала его табельный фазер, выхватила и приставила к груди. Она знала, что если выстрелит, оставит в нём пятисантиметровую сквозную рану, и Ричард тоже хорошо это знал. Фазер был заряжен и выставлен в боевой режим. Ричард замер, Нина крепко вцепилась ему в руку.
— Пусть твоя охрана опустит оружие, — тихо сказала она.
Он кивнул и дал знак охране подчиниться.
— Прикажи отпустить майора Чехова! — Нина сделала шаг назад, держа его на прицеле.
Ричард склонил голову и вдруг рассмеялся.
— Как скажешь, дорогая.
Нина не учла, что позади неё находится тот, кто всегда будет на стороне Ричарда. Шаги Марго, как она верно подметила, почти невозможно было услышать заранее. Нина поняла в последний момент, слишком поздно для того, чтобы защититься. Что-то просвистело над головой... взмах, глухой удар и темнота.
Глава 21. Октавия Асмирату
Снова огромная волна, утягивающая за собой, не позволяющая вдохнуть, не позволяющая выбраться… и снова Алекс.
— Найди меня, Нина… — Нина слышала её голос гулко, будто Алекс говорила с ней, через призму времени, — Нина…
— Нина… Нина… — позвал её уже другой голос. Голос Антона.
Нина подала признаки жизни и вздохнула. Голова раскалывалась, запястья сильно саднили от сдавливающих кожу наручников, а ноги онемели и словно превратились в тяжёлое неповоротливое тесто. Звуки работы систем впивались в мозг как тысяча острых иголок. Нина попыталась открыть глаза… В лаборатории стоял полумрак, ни Ричарда, ни охраны, ни даже Маргариты не было, только Антон, система и Нина.
— Система деинициации готова на восемьдесят пять процентов, — громко сообщил компьютер, и Нина, вздрогнув, прикрыла глаза от прострелившей голову боли.
— Нина… — позвал Антон успокаивающе и тихо, но, тем не менее, настойчиво привлекая внимание. — Нина, — он не смотрел на неё и не открывал рта, но она определённо слышала его.
— Как ты это делаешь? — произнесла она пересохшими губами.
Антон вздрогнул и с трудом приподнял голову.
— Я видел… тот же сон… что и ты… — хрипло ответил он. — Не в первый раз… Ты оставила капитанский доступ, и я разблокировал твой чип, чтобы тебя разбудить. Рич думал, что я не смогу, но Мари… всё ещё…
— Даже ребёнок догадается, что система чипов не способна позволить пилотам вести мысленный диалог. Только на уровне эмоций и чувств. Телепатическая способность не является привилегией нашей расы, — возразила Нина. — Хочешь сказать, ты позвал меня через чип?
— Ты права, с людьми не работает... или, по крайней мере, не со всеми. Не чип делает нашу связь особенной, а ты. В тебе причина.
— Во мне?
Антон не ответил, снова опустив голову. Между ними повисло тягостное и безысходное молчание. Нина подождала ответа, и когда не услышала его, обвела взглядом лабораторию. Было не ясно, прослушивают их или нет, наблюдают или нет, но Нина и без того понимала — шанса на побег нет, хотя, конечно, это совсем не значило, что им не удастся спастись. Она вздохнула, и сердце её пропустило один удар, потому что Антон вдруг заговорил.
— Помнишь, после первого опыта синхронизации я спрашивал тебя о твоих снах?
— Конечно.
Он тяжело вздохнул.
— Пришло время рассказать тебе всё…
— Всё... — Нина усмехнулась, но тут же скривилась, почувствовав головокружение и тошноту. Всё-таки за последние галактические сутки она потеряла сознание дважды, и это не могло не сказаться на её состоянии, но Нина, на удивление, быстро приходила в себя, — сколько тайн хранит Антон Чехов?
— Не обижайся, это было слишком важно, никто не хотел, чтоб ты знала... просто... это может быть последний шанс рассказать.
С самого начала их работы Антон недоговаривал, забывал рассказывать о важном, но сейчас это действительно не имело значения. Будущее казалось если не туманным, то весьма трагичным. Успеет ли кто-то прийти за ними? А если да, то для того ли, чтобы спасти? Нина даже не знала, есть ли кто-то на Авроре, принявший их сторону? Известно ли Совету о происходящем? И не замешан ли в этом сам Совет?
— Я тот мальчик из твоих снов, — выпалил Антон, прерывая ход её мыслей и погружая их в полный хаос.
Нине потребовалось несколько долгих минут, чтобы осознать весь смысл сказанной им фразы. Она затаила дыхание, прислушиваясь к своему, казалось, небьющемуся сердцу, и отрицательно покачала головой.
— Нет. Нет, этого не может быть. Я бы помнила, я бы знала и