Майя Малиновская - Пленники Уэст

— Мы не там искали, — прокомментировал Игорь.

— Я тоже кое-что нашла, — сказала Ольга, но без энтузиазма.

— Начнем с Марата, — сказал Игорь.

— На каждого члена колонии есть набор жизнеобеспечения, и какие-то виды оборудования. Отсутствуют тринадцать грузовых платформ, горный инструмент, целый набор химпреобразователей и малый топливный генератор.

— Это подтверждает версию, что они ушли.

— Что у тебя Ольга?

— Я не могу дать заключения, мне нужен Лондер.

— Мили Дагерт, — позвал Игорь — Подключите к нам Лондера.

— Есть связь, — подтвердила Дагерт.

— Я слышу, — гулко отозвался Лондер.

— Макс, вы не могли бы поработать с терминалом?

— Я уже, и смею предположить, что вы напали на след.

— Я еще не уверена.

— Вы смотрели медицинские заметки? — спросила Оля.

— Нет, я занимался биологическими исследованиями. Вы нашли данные об эпидемиях?

— Да. За три года. Прошу всех молчать и не волноваться, — насторожено и твердо сказала Ольга. — А вас, инспектор Лувер, прошу фиксировать разговор. Рассел дублируйте. Дагерт, проверьте, не слышат ли нас колонисты.

— Нет, доктор, — ответила Милли. — Может вызвать капитана?

— Рано еще, — возразила Ольга, и начала медленно говорить, голос ее чуть вздрагивал. — Я нашла данные, что за последние три года в колонии произошло восемь эпидемий и погибло, в разное время, почти двадцать семь тысяч человек… Все прилетевшие за два последних года погибли, кроме одного ребенка. Куда делись оставшиеся, я не знаю. Они, скорее всего, покинули колонию. Это катастрофа. Лондер, мне нужны консультации.

— Я… Я нашел результаты биологических исследований. Это неудачные попытки борьбы с тем, что Ольга назвала эпидемиями. Все, что я мог понять — это то, что несчастные переболели всеми возможными заболеваниями, которые известны медицине на Земле. Основных причин указано три: спонтанные генетические коллективные мутации, вирус, цветение какого-то местного растения. Я требую эвакуации экипажа.

— Никто не улетит с планеты без медицинского освидетельствования, — подал голос инспектор Лувер.

— Дагерт… Верните разведку, — скомандовал Игорь.

— Димон возвращается, ответа от капитана нет, — сказала Дагерт.

— Дагерт, Димка ничего не должен знать, пока не сядет, — отреагировал Игорь. — Рассел, встреть его… Нет. Я поговорю с ним по связи. Пусть ночует снаружи, а Эл придется к нам присоединиться, она здесь уже побывала. Экипажу полчаса молчать, никаких переговоров. Оля начинай медэкспертизу каждого, включая и переселенцев. Прошу всех соблюдать спокойствие.

Игорь жестами запретил Димке выбираться из катера, настроил на личный канал связи и стоял в прямой видимости катера.

— Куда делась Эл? — спросил Димка, едва услышал запрос. — Я зову — ответа нет.

— Видимо она улетела из зоны охвата зондов, — спокойно ответил Игорь.

— Перестань, она же знает, что нужно периодически выходить на связь. Час прошел. Я поищу, — засуетился Димка.

— Дим. Сиди. У нас другие проблемы. Эл вернется.

Димка понял его не сразу. Игорь слышал, как он пыхтит.

— Пояс-ни, — протянул он.

— Гм… Большая часть колонии вымерла — это точно, — стал снова объяснять Игорь. — Остальные, кто выжил, а их немного, ушли неизвестно куда. Это только версия. Здесь шли эпидемии, о которых на Земле не знают или претворяются, что не знают. Ты не был в здании колонии и не войдешь туда, пока не будут выяснены обстоятельства. Я уйду — включи дезинфекцию в салоне, на всякий случай..

— Значит, я один не на карантине. Тогда я поищу Эл?

— Нет. Нам нужен пилот.

— А Лондер?

— Лондер — биолог и занят обследованием вместе с Ольгой.

— А-а-а! — Дмитрий кулаками ударил по подлокотникам, так что Игорю было слышно. — Черт бы побрал эти секреты! Нас обманули!

— Ты нашел что-нибудь? — спокойно спросил Игорь.

— Только рухнувший астероид, он ушел из зоны видимости.

— Астероид?

Игорь вызвал Мили Дагерт.

— Да, — отозвалась она.

— Проверьте, был ли астероид в зоне видимости зондов?

— Нет, инженер, ничего подобного.

— Точно?

— Абсолютно.

— Все, спасибо.

Игорь потер подбородок, уже покрытый щетиной и посмотрел на Димку недоверчивым взглядом.

— Точно астероид?

— Не знаю, не уверен. Я его глазами видел, а поиск молчал.

— Тогда это могло быть что угодно, даже твоя галлюцинация.

— Сам ты — галлюцинация, — обиделся Димка. — У меня не бывает галлюцинаций… Слушай, кожей чувствую неладное! Отпусти поискать капитана! А!?

— Нет, — отказал Игорь и отрицательно замотал головой.

Он знал, что Димка сейчас начнет напирать. Ему было тяжело отказывать другу. Больше всего ему сейчас хотелось самому лететь искать Эл, но обстановка тому не способствовала.

— Игорь, ты что? Она же, сам знаешь, не совсем нормальная. Вдруг случилось что-то.

— Она не маленькая и знает, и, думаю, побольше нашего. Сиди здесь.

— Я не согласен. Давай сроки, — не унимался Димка.

— Утром, если ничего не изменится, полетишь. До утра даже рта не раскрывай.

Димка посмотрел на Игоря и пожалел его. Так неожиданно на «поэта» легла ответственность за весь экипаж. Игорь нервничал, у него дергалась одна бровь, Димка хорошо видел его лицо на экране. Игорь выглядел уставшим, бледным и унылым. Димка вспомнил, как еще на Земле Игорь выдвинул «тезис», что в полете обязательно что-нибудь случится с Эл или с экипажем. Вот, пожалуйста, накликал беду. И Эл пропала, и экипаж попал в переделку.

Игорь ушел, а Димка стал приставать к Дагерт с вопросами, он допек ее до того, что Милли, со свойственной ей выдержкой и тактом, послала Димку подальше, попросив не отвлекать ее.

Как ни пытался он успокоиться и думать о другом, исчезновение Эл не давало ему покоя больше, чем угроза заражения экипажа. Он слышал от «стариков» Космофлота, что лучше не летать в одном экипаже с близкими людьми, но никогда не разделял такой точки зрения. Сейчас он ерзал в кресле, как на раскаленной сковородке, в полной мере осознав, что предупреждение ветеранов — сущая правда. Потом он осознал, что провести ночь в одиночку на чужой планете, в таком состоянии, оказывается, достаточно страшно. Из головы выветрилось все, чему учили, и те многочисленные тренировки на выдержку казались детской шалостью перед лицом реальности.

За эту ночь Димка осознал, что высокого мнения о себе, о своем мужестве, подготовке пилота и прочих достоинствах, что он способен трястись от страха. Ему было действительно страшно, он совсем не спал и думал, что поседеет, когда на экранах появились местные летучие существа. Одно из них врезалось в борт и погибло. К еще большему ужасу Эл так и не вернулась. Когда он вспоминал о ней, ему становилось совсем плохо, он клал руку на панель управления, чтобы сорваться с места и полететь ее искать без всякого разрешения, но удерживался всякий раз не только из-за отсутствия приказа, но и из элементарного страха. Он сделал себе дозу успокоительного, потом еще, пока система жизнеобеспечения не запротестовала, подав сигнал передозировки. После третьей порции успокоительного забрезжил рассвет, и отупевший пилот уже не соображал, где находиться. Возможно, поэтому он, открыв рот наблюдал рассвет, когда местное светило пробило своими лучами плотную пелену облаков. Первый в его жизни инопланетный рассвет напугал Димку больше, чем ночь. Эта необычная феерия, виденная им только в записи приковала на час его внимание. Красивое, но зловещее представилось ему.