Антон Валеев - Пилот Дома Арнгейм

— Сволочь!.. — если бы не привитая с детства любовь к животным, парень бы ударил пламенем резака в темноту решив наконец сегодня хоть одну проблему… Но не мог, и поэтому бессильно опустив на ящики, даже не включенный резак, взятый им скорее в качестве дубинки, смотрел в темноту дыры. Почему это именно животное он сам не знал, хоть механизм не стал бы воровать еду… Но и тупой хищник не стал бы придумывать такой хитрый маневр…

— Отдай хоть бутылку…гад — Вадим почти решился вооружившись фонарем залезть внутрь и показать твари кто здесь хозяин… Но неожиданно из отверстия легко вылетели, чуть не попав в отскочившего парня, консервы… Через пару минут, видимо находившиеся в мешке упаковка сигар, салфетки, порванный пакет с булочками и еще пара всякой салатно–конфетной ерунды… Бутылка так и не вернулась…

— Хорошо… — сказал парень, отойдя на пару метров назад и присев на корточки силился разглядеть хоть что–нибудь- Вместе дружная семья… Оставь хоть сто грамм, и так день дурной был, не будь сволочью… А то вылазь, в самом деле.

Ответа не последовало и, просидев так с десяток минут, разочарованный Вадим поднялся, собрал валявшиеся припасы и побрел к кораблю. Подошел и, глядя на брошенный, на стульчик компьютер стал раздумывать стоит ли в такой невезучий день раскрывать для себя что–то новое, не то что бы он был таким уж суеверным но… Как ни хотелось ему узнать все про свой собственный корабль, он решил отложить это дело на завтра.

Он отошел и, потягивая ароматный дымок из новой самокруточки, стал разглядывать корабль. Потом нашел то место, которое, по всей видимости, без особого успеха, обрабатывал резаком «папаша» — тускло–бронзовый сплав потемнел, но полоса сваренного шва не поддалась…

Снаружи, набирая силу, зашумел дождь. Все сильнее и сильнее… И вот, словно водопад обрушился на крышу ангара. Вадим стянул с себя одежду и голый босиком пошел к выходу…

Жесткие струи ливня хлестали землю, поднимая фонтанчики в лужах, молнии высвечивая причудливые клубы темных туч, чертили по небу негаснущие зигзаги… Красно–розовые вспышки сливались, и огненная феерия не давала темноте спрятаться тенями в тупиках и проходах между стоящими сооружениями… Мокро блестело железо и бетон контейнеров и зданий, сверкая под игрой света льющегося с небес…

Вдоволь насладившись буйством природы, набегавшись под водопадом–дождём и наоравшись от души, довольный Вадим вернулся в ангар. Где фыркая и ухая от удовольствия принялся отряхиваясь вытираться, пожертвованной для этой цели майкой.

Посреди ангара, блестя под светом потолочных ламп, стояла на две трети пустая бутылка…

— Я надеюсь, хорошее виски?… — невольно усмехаясь, Вадим подошел к ней, взял и осторожно принюхался. Бутылка ничем подозрительным не пахла, пробка была наполовину воткнута в горлышко и на просвет, медового оттенка жидкость, была чиста и прозрачна. Он достал пробку и принюхался. Крепчайший алкогольный аромат местной пшеницы вперемешку с чем–то пряным, мягко ударил в нос… Вадим несколько минут раздумывал на предмет медицинской безопасности, и, сперва, всё–таки попробовав на вкус, взял и отпил половину оставшейся в бутылке жидкости.

Спиртное, пробежавшись по пищеводу, мигом согрев грудь и живот, вызвало прилив крови. И Вадим сразу почувствовал, как он проголодался за сегодняшний день. Быстро одевшись, соорудил себе ужин, который в минуты и проглотил. Потом, попыхивая табачком, допил виски.

Ливень на улице стихал. Парень нашел какое–то покрывало среди выгруженного барахла отца Теренция и с ним забрался в свой корабль. Он чувствовал полнейшее спокойствие с удовольствием растягиваясь в который раз на полу тамбура и даже «капля» — маячок не ухудшала его настроения. И ни что не мешало заснуть…

Сквозь приоткрытый люк и стены ангара стали доноситься редкие и далекие пока звуки громов. Дождь опять набрал силу и сильный ветер так сдувал капли, что они стучали уже не по крыше, а в сами стены. Ветер метался по промзоне, гоня перед собой стены воды, редкие теперь молнии только подчеркивая стелившуюся мглу, создавали причудливые тени. И никто не смог бы разглядеть, как, ныряя в проходы после, взмывает над крышами зданий, в потоках воды и поперек ударов ветра, воздушный призрак. Становясь на секунды видимым, мечется, словно играя ажурный силуэт. Как будто одна из тысяч теней вдруг ожила и теперь окутываемая вспышками молний танцует под дождём.

Дождь… Вадиму почему то особенно не хватало его, в безводной пустыни окружающего их камня, планеты Центральной Станции. Ему, уже неделю живущему в скромном номере «Двадцатого Х…», всё время казалось что сейчас, вот–вот за иллюминатором–окном его номера упадут капли дождя, крупные и редкие вначале, отбрасывая брызги на стекло, тяжело застучат по козырьку. И на улице тихо зашумит–зашлёпает мокрый ветер, гоня ворохи опавшей листвы, по заливаемым осенним дождём тротуарам…

Вот такое настроение появилось у него после исчезновения, «по делам служебным», Лени. Уже четыре дня она не отвечала, по оставленному Вадиму номеру, и сидя в любимой тишине небольшой комнаты, он ставил пред собой бутылку коньяка, к которому неожиданно пристрастился и плавая в эфемерных просторах Глобалнета, так потихоньку за день её и «уговаривал». А завтра по новой… «Арчер» тоже не изъявлял желания скрасить его одиночество своим внезапным появлением, на каком–нибудь аукционе и по приемлемой цене. Да и информации о нём было как–то крайне мало в основном для любителей, профессиональных же статей, начиная даже с самой первой, писанной еще армейскими «маркетологами» в рекламных целях, не находилось…

Но потихоньку, бродя по всяким «крутым» и «закрытым» форумам, ему удалось поузнавать мнения людей об этом корабле. И к тому же разжиться «ознакомительным пособием» всё по теми же «армейскими», ещё тогда, выпущенным. Заплатив немного денег за солидного размера файл, он получил в итоге нечто, а-ля «рекламный буклет № 2». С кучей изображений, в старинном уже формате и подробным описанием — объяснением каждой, находившийся на панели корабля, кнопки. Плюс с техническими, явно завышенными и не особо существенными, характеристиками. Всё это, по быстро сложившемуся мнению профессионала, было писано для слабоумных, никогда самим не летавших личностей, составлявших вероятно, по мнению «маркетологов», абсолютное большинство гражданских пилотов…

Так бы он и продолжал «отдыхать» неопределённое время, не желая покидать понравившийся, несмотря на отсутствие горячей воды номер, впрочем последнее особо его не волновало, если бы не неожиданно пришедшая к нему информация о «его» корабле. Пришедшая рано утром, на двух довольно красивых ножках…