Елена Горелик - Имя твоё — человек

— Надеюсь, от меня не станут требовать, чтобы я отчитывался куратору обо всех подробностях своей супружеской жизни?

— Знаешь, что написано в твоём личном файле, Нойгеш Рили? — едко усмехнулся министр. — «Дерзок до потери всякого уважения к начальству». Поверь, это большой минус для контрразведчика, но именно это — одна из главных причин, почему тебя ещё не списали в расход. Никакому умнику не взбредёт в голову, что подобный тебе раздолбай может работать на наше ведомство… Вашу безопасность на церемонии мы обеспечим, а дальше сам будешь крутиться. Дело о поставках маута и производстве хида пусть раскручивает «служба порядка». Не суйся туда сам и отговори женщин. Мы постараемся, чтобы его не спустили на тормозах. Там замазаны персоны, приближённые к дипломатическому ведомству, это для нас такой подарок! Шлюха Тирги и на этот раз отвертится, но будет вынуждена поумерить свою активность в Правительстве… Можешь идти, офицер первой ступени Рили. Твой куратор получит соответствующие инструкции. …Нойгеш не верил своим органам чувств.

Он жив. Его не списали. Воистину, наглость — второе счастье. Он даже вырвал у судьбы несколько более-менее спокойных шестидневий, а как дальше сложится, будет видно. Сейчас не получится просчитать ситуацию на десяток ходов вперёд. Слишком много неизвестных переменных в уравнении.

— Привет, Банчи, — едва оказавшись на площадке космопорта, Нойгеш включил коммуникатор и принялся названивать. — Как дела?.. Ну, вот и отлично, что хорошо. К тебе можно заскочить?.. Да, мне нужна твоя помощь… Послушай, Банчи, я тебе помог? Помог. Вот и ты мне помоги. Задержишься на работе на пару шатов, ничего от тебя не отвалится. Я же не задаром тебя задерживаю… Очень хорошо. Буду у тебя через половину шата. Ясного неба!

Нойгеш с едва заметной улыбкой поднял лицо к небу, наливавшемуся нездоровой краснотой заката. Завтра опять будет гроза. Ну и пусть. Свою грозу он только что пережил. Анна сегодня дождётся его. За это стоило побороться.

— Уважаемый, сюда можно только жильцам, — молоденький рунн, сидевший в «дежурке» у входа, хлопнув большущими глазами, резво нажал на сенсор, и перед носом Нойгеша возникла прозрачная стена.

Вместо ответа он продемонстрировал юнцу свою ношу — средних размеров коробку, обёрнутую не пластиком — тканью с нанесенными символами.

— Ох, прости, уважаемый, — мальчишка, только что исполненный своей значимости, расплылся в доброжелательной улыбке. — Не гневайся, я должен проверить.

— Валяй, — последовал ответ. Парень в своём праве, какие тут могут быть возражения? Да и нет в коробке никакого криминала.

— Ясного неба тебе, уважаемый, и счастья! — паренёк, просканировав визитёра и его ношу, встал и учтиво поклонился.

Ответом ему была кривоватая усмешка. Отставной «умаби» прекрасно знал, как щедра стерва-судьба на неприятные сюрпризы.

Как Анна отнесётся к его предложению? То есть, решив дело без её ведома и участия, он поступил строго в соответствии с законами рунн. Но у людей-то другие законы. Не пошлёт ли она его куда подальше? А ведь может.

«Ну, это если я поведу себя как полный идиот. Можно же обстряпать всё по-умному». Вот это как раз он и собирался сейчас проделать.

Он надеялся застать Анну одну, но у неё в комнате сидели обе подруги. Конечно, если его нет рядом, она от них ни на шаг. Разумно, но он-то рассчитывал на разговор вдвоём. Что ж, придётся соответствовать всем законам руннийского общества. Он же свататься пришёл, или где? А какое сватовство без свидетелей?

Нойгеш, честно говоря, уже сам не был рад своей затее. Демоны побери эту долбанную политику…

— Привет, солнце, — Анна явно хотела вскочить и чмокнуть его в щёку, как обычно, но удержалась. — Ой… Ты чего это такой… протокольный?

— Законы надо соблюдать, — усмехнулся Нойгеш. — Хоть немножко.

— Какие законы? — тари не удержалась, встряла со своим вопросом.

— У нас обычай есть: девушка принимает подарки только от родственников или подруг. Если она приняла подарок от постороннего мужчины, значит согласна выйти за него замуж, — Нойгеш не стал растягивать сомнительное удовольствие, тем более, что под синими «сканерами» глаз Да-Рэй много небылиц не наплетёшь. Пока он говорил чистую правду. — Вот, я и принёс… подарок. Тебе, Анна.

Пожалуй, впервые со дня их знакомства девушка не знала, что сказать. Попросту села на место, глядя то на него, то на коробку, будто в первый раз увидела.

— Зашибись… — ошарашено проговорила она. — Ты делаешь предложение? Мне?

— Ну, не долговязой же, — хмыкнул Нойгеш. — Ты можешь не принять подарок, я не буду навязываться, исчезну с твоего горизонта.

— Какой наивный шантаж, — Да-Рэй изобразила такую же кривую усмешку. — Ты ведь прекрасно знаешь, что Ань-Я ради тебя готова в броситься пропасть.

— Можно посмотреть? — Анна, сделавшись белее своей подруги, протянула руку к коробке.

Назревшая дискуссия угасла, не начавшись. Нойгеш молча поставил коробку на стол — как и требовал обычай, аккурат перед невестой.

— По традиции это свадебный наряд и украшения, — сказал он, стараясь подавить непривычное ощущение — страх. Почему-то отказа он боялся больше, чем возможных неприятностей со стороны непосредственного начальства. — Где-то на юге принято дарить ещё какую-то утварь, но я не вдавался в такие подробности. В общем, примерно так…

Сказал — и понял, что выглядит со стороны патологическим идиотом. Ну, здравствуй, ещё одно непривычное, зато правдивое ощущение. Если Анна сейчас высмеет его, будет абсолютно права.

А Анна тем временем открыла коробку. Свадебное покрывало было глубокого синего цвета с золотисто-белым узором — вещественное пожелание «ясного неба». Немудрёные серебряные украшения, которые он смог себе позволить, тоже сверкали синими камешками. Девушка легонько прикоснулась к одному из браслетов.

— Тёплый, — задумчиво сказала она. — Его делали с любовью. И дарят с любовью.

— Принимаешь подарок? — поинтересовалась тари, сменив гнев на милость.

— Это я должен спрашивать, — огрызнулся Нойгеш, обозлившись на собственную тупость.

— Так спрашивай.

Он чуть не зарычал, в который раз мысленно обозвав долговязую настырной тварью, а себя — придурком. Придурок и есть. Министру дерзил, а тут… Будь прокляты эти обычаи! Жили вместе без всяких церемоний — и дальше бы без них обходились. Нашёл бы способ обойти правила, пусть даже через голову куратора. Нет, надо было обязательно вылезти со своей инициативой, утони она в канализации…

— Анна, ты принимаешь мой подарок? — спросил Нойгеш, уже готовый провалиться от стыда до самого подвала. Да когда же это позорище закончится! Когда можно будет выставить за порог надоедливую тари и доброжелательную, но совершенно лишнюю здесь Осьминожку?