Андрей Негрий - Мост в Ниткуда

Воинов уже и сам начал сомневаться в правильности принятого решения, проклиная свою буйную фантазию, не основанную ни на каких научных, не то что знаниях, но даже гипотезах, когда рев оборвался и последовал толчок отстреливаемой рубки. Он тихо сидел в кресле, утомленный и разбитый, тихо молился и прощался с родными и близкими. Как только заработали маршевые двигатели, страшная сила подхватила аппарат. Звездолет, исчерпав все топливо, вспух невероятным по силе энергии взрывом, и словно пробку из бутылки «Шампанского», выбросил рубку в открытый космос. Двигатели продолжали работать, унося утлое суденышко все дальше и дальше от опасного места.

Как только движение стабилизировалось, Андрей включил радиомаяк и без сил откинулся на спинку кресла. В пространство несся сигнал «СОС», и оставалось уповать только на то, что поблизости окажется какое нибудь судно, которое его услышит, пока метеориты и космическая пыль не уничтожат этот маленький обломок с жизнью на борту.

Экипаж, замерев сидел кто где, занимая почти всю площадь рубки и все еще не веря в свое спасение. Наконец, по–прошествии какого‑то времени все начали приходить в себя, и рубка буквально взорвалась от криков радости.

— Ну, вот. — Устало себе под нос пробормотал Воинов, пожимая тянущиеся к нему руки. — А какие‑то идиоты говорят, что андроиды всего лишь бесчувственные куклы. Бред. Умирать никому не хочется, а жизни радуются все одинаково… — С этой мыслью он уснул, вымотанный напряжением последних часов.

Почти трое суток звездные ветра носили маленькое суденышко, лишенное всякого управления, в пространстве. Все слабее и слабее звучал сигнал бедствия, расходуя последние крупицы энергии из разряженных аккумуляторов. В горячке подготовки последнего рывка, как то не подумалось о том, что бы перенести в рубку хотя бы немного продуктов питания и это стало неприятным для Андрея открытием, когда он, проспав почти сутки, захотел поесть. Учитывая его добровольную голодовку, когда предпринимались поиски решения, и он использовал стимуляторы, шли уже девятые сутки его голодания. Хорошо, в рубке был небольшой запас воды, и его Воинов экономил, как мог.

Судьба оказалась благосклонна к потерпевшим кораблекрушение. Наконец в пространстве зажглась яркая звезда, которая быстро увеличиваясь в размерах, превратилась в звездолет стремительных очертаний и неизвестного дизайна. Гравитационные захваты мягко охватили и втянули рубку в шлюзовый приемник, опустив на плиты ангара. Шлюз закрылся, зашипела нагнетаемая атмосфера, и в просторное помещение вбежали люди, окружив помятый аппарат.

Дверь капсулы раскрылась, и на плиты ангара соскочили два человека, что бы помочь спуститься и поддержать третьего, который неуверенно держался на ногах.

На него стоило посмотреть: ввалившиеся, горящие глаза, запавшие щеки, заросшие темной многодневной щетиной с проблеском седины, комбинезон, шитый когда‑то по размеру, а теперь висевший на нем мешком. Все говорило о том, что он, судя по внешнему виду его спутников, либо тяжко болен, и требует врачебного вмешательства, либо перенес тяжелые испытания.

Командир корабля, подтянутый энергичный, молодой человек с полковничьими шевронами на петлицах мундира, подошел к нему, чтобы представиться, но когда внимательнее присмотрелся к лицу нежданного гостя, который стоял, опираясь на своих спутников, внезапная догадка пронзила его сознание и ошеломила. Еще не веря своим глазам, он приблизился, и отдал честь:

— Мой адмирал! — Голос предательски «дал петуха». Офицер откашлялся и под удивленные взгляды подчиненных продолжил. — Мой адмирал! Вверенный мне крейсер, совершающий глубокий рейд в квадрат Г-218–184, выполняет поставленную задачу. Корабль в полном вашем распоряжении и ждет дальнейших приказаний. Командир корабля полковник Антипов!

— Антипов? — переспросил Андрей, пытаясь сосредоточиться и вспомнить, где он слышал эту фамилию. Но слабость взяла свое. — Извините, полковник, за мой внешний вид. Несколько последних дней у меня не было возможности даже побриться.

Постепенно из рубки вышли все, кто там находился, и построились в одну шеренгу, бритые, свежие и подтянутые. Догадка мелькнула в голове полковника, но он промолчал, только странно посмотрел на своего командира.

— Адмирал, давайте пройдем в мою каюту, она в полном вашем распоряжении, там вы приведете себя в порядок. А потом мы пообедаем. О ваших людях позаботятся. И поддерживая его за локоть, повел из ангара в свои апартаменты. Он не мог себе представить, как человек, настолько истощенный, мог думать и говорить о чем — то еще, кроме пищи, и не успевал отвечать на его вопросы. У Антипова и самого готовы были сорваться с уст десятки вопросов, но он себя сдерживал. Всему свое время.

Бритвенная мазь и контрастный душ сняли усталую одурь и вернули бодрость телу. А белье, которое Антипов подобрал ему из своего гардероба, было не то что в пору, но выглядело более пристойно. Осмотрев себя в зеркало, Воинов иронично усмехнулся. За девять дней, что он провел фактически на одной воде, остались кожа да кости. Интересно, но есть почти не хотелось. Желудок смирился со своим скудным рационом на четвертые сутки вынужденного голодания, и не очень беспокоил его. «Ничего, были бы кости, а мясо нарастет!»

Запах, доносящийся из салона капитанской каюты, заставил Андрея поторопиться. «Антипов, Антипов… — Вспоминал он. — Одного Антипова я помню по операции на Троке, я ему тогда присвоил капитана. Но тот был немного младше меня. Этому уже за тридцать пять. Брат? Вообще‑то есть схожие черты, надо поинтересоваться». Он расчесал отросшие волосы, в которых появилось изрядное количество седины, положил расческу на полочку и вышел из душевой.

— Послушайте, полковник, вы, случайно не родственник капитана Антипова, проявившего себя при штурме крепости Трок? Чем — то вы схожи.

Тот как‑то странно посмотрел на него. Налив в бокал белое вино, подал Воинову:

— Попробуйте этот букет, адмирал, много вам нельзя, медики предупредили, так что вы пока будете на диете, — Натянуто улыбнулся тот. — Да, я, в какой‑то мере, родственник тому Антипову…

— Ну, и как ему служится? Не разочарован службой в гвардии? — Теплая волна растеклась по венам. Вино было действительно насыщено ароматом южного винограда, но быстро пьянило.

— Попробуйте этот салат. — Антипов пододвинул маленькую тарелочку адмиралу. — Прекрасные устрицы с планеты Виллар, они организовали прямые поставки на Варпану и ряд других миров, в обмен на комплектующие. Молодцы! Хотя, за их вклад в общее здравоохранение различных человечеств, все поставки им идут бесплатно… — Полковник тоже отхлебнул из бокала и поставил его на богато инкрустированный столик. — Вообще‑то, командир, я и есть ТОТ Антипов, который руководил операцией по вашему освобождению…