Александр Кипчаков - Фактор Древнего.
Мягко спружинили амортизаторы и тяжёлая машина твёрдо встала на ноги. Алариец огляделся. Видимость была не очень хорошей, что и не удивительно для такой глубины, но абсолютного мрака здесь всё же не наблюдалось. Что-то подсвечивало толщу океанских вод, и это «что-то» было явно природного происхождения. Но над этим Красс ломать голову не стал, ибо он уже увидел то, что приковало его взгляд. Плато на деле было небольшим, метров шестьсот на триста, и один его край заходил за массивные скальные колонны, похожие на результат работы воды. Только ли воды? Эйнар отчётливо видел следы работы каких-то инструментов на колоннах, которым, судя по их состоянию, было очень и очень много лет. Так, похоже, нам туда и надо. Тем более, что плотность пси-поля в этом месте явно была повышенной. Однако ничего похожего на Жнеца или нечто в этом роде пока не наблюдалось.
Красс усмехнулся и двинулся в сторону колонн. Как там говорили в его время на Инештре? «Если хо'лайстер не идёт к охотнику, то охотник идёт к хо'лайстеру». Ладно, поступим в точности с этим советом, хотя живого хо'лайстера на момент сражения на орбите Вельда Красс, да и все аларийцы, что ещё оставались в живых, не могли видеть — Камаста, планета, на которой некогда обитали эти грозные хищники, против которых выходить в одиночку, даже будучи вооружённым роторным лучемётом, являлось всего лишь изощрённым способом самоубийства, давно была сожжена при прорыве имперских войск из окружения. Ему довелось лишь видеть объёмные фото этих грациозных и смертоносных существ.
По мере приближения к колоннам мощность пси-поля начала нарастать и аларийцу пришлось включить созданный им самим в мастерской «Нормандии» пси-экран. Внешне это устройство напоминало гарнитуру рации и крепилось за ухом, но оно генерировало достаточно сильное поле, способное подавить пси-импульс. Правда, в случае с Левиафаном было неизвестно, поможет ли это. Что ж, поживём — увидим.
«Тритон» дотопал до края плато и остановился. Эйнар внимательно осмотрелся, переключив систему обзора в инфракрасный диапазон. Было похоже, что он очутился в некоем подобии тронного зала — во всяком случае, мощные каменные колонны и огромные арки создавали именно такое впечатление. Обиталище Левиафана? Красс уже начал сильно сомневаться, что это существо вообще Жнец. Нет, тут что-то совершенно иное. Но вот что?
Ответ на этот вопрос не замедлил сказаться. Внизу, за краем плато, вдруг забурлила вода и наверх начало подниматься НЕЧТО.
Именно так показалось Крассу в первые секунды, едва лишь он увидел появившиеся над обрывом похожие на рога выросты. Вслед за ними показался и сам их обладатель.
Алариец внимательно рассматривал диковинное существо. Он отлично понимал, что скоро Левиафан — а это мог быть только он — вступит с ним в телепатический контакт, поэтому нужно было запомнить мельчайшие детали. Установленная в кокпите «Тритона» видеокамера исправно работала, но Эйнар не знал, сохраниться ли запись при контакте с этим существом. Что мешает ему просто пережечь цепи мысленным усилием?
Больше всего Левиафан походил на некое ракообразное, покрытое тёмным панцирем, только огромного размера — длины в нём было, как минимум, метров триста. На морде — или что вообще это было у него — светились шесть синих явно глаз, по бокам огромного туловища шевелились массивные щупальца. Чего-либо похожего на рот не было видно вообще.
Внезапно в голове Красса будто подул ветер — это таким образом алариец ощутил телепатическое проникновение в свой разум. И почти сразу он увидел себя, стоящего на некоей гладкой и блестящей, как ртуть, поверхности, вне кабины «Тритона», с убранным шлемом. Поверхность эта уходила во все стороны, причём ничего даже отдалённо похожего на горизонт не было видно. А впереди виднелся самый обычный рабочий терминал, каковые можно было встретить в любом уголке Галактики, и возле этого терминала стоял человек, как две капли воды похожий на ассистента Гаррета Брайсона.
— Хедли? — спросил Красс, и тут же мысленно обругал себя. Никакой это не Хедли, уж кому-кому, а ему, как телепату непростительно этого не знать. Это всего лишь пси-проекция, как и окружающее его пространство с терминалом. — Э-э… я так понимаю, что ты и есть Левиафан?
— Ты употребляешь название, которое даже близко не отражает нашу суть, но пусть будет так, — произнёс «Хедли» гулким утробным басом, глядя на аларийца ничего не выражающим взглядом. — Скажу честно — даже удивительно видеть тебя здесь.
— А что в этом удивительного? — не понял Красс.
— Ты сумел проникнуть в наше убежище и найти нас, а ведь мы очень тщательно скрывали от всех сам факт своего существования. тем самым, ты поставил под угрозу наше убежище, ведь Жнецам не составит особого труда вычислить его местонахождение.
— Идёт война, так что вряд ли тебе удастся отсидеться под толщей вод океана. ты уже показал свою силу, убив Жнеца много лет назад — почему бы не продолжить это делать сейчас?
— Зачем? Чтобы Жнецы узнали о нас?
— О нас?
Без какой-либо перемены вместо Хедли у терминала возникла Энн Брайсон. Проекция, пси-проекция, повторил про себя Красс и тут же сосредоточился на перечислении известных ему планет-колоний Империи, ибо он почувствовал, как некий пси-зонд вонзается в его мозг и пытается выудить оттуда информацию.
— Да, ты действительно серьёзный противник, если относиться к тебе с этой точки зрения, — произнесла «Энн». — Полагаю, что тебе интересно знать, что вообще происходит…
— Технически — да, — перебил Левиафана Красс. — Хотя мы и начали подозревать о существовании некоей формы жизни, которая может быть причастна к появлению самих Жнецов, правда, для того, чтобы подтвердить сие, нам просто не хватило времени.
— Я знаю. Твой народ стойко сопротивлялся, но всё равно в итоге цикл был завершён и Жнецы выполнили своё предначертание, как и в последующие за этим циклы. Однако этот цикл, мы это чувствуем, несколько особенный.
— Особенный?
— Да. — На месте Энн Брайсон возник лже-Гарно. — Вы близко подошли к разгадке сути явления… и мы, хотя нам это совершенно безразлично, согласны рассказать тебе то, что вас всех так интересует.
— Ты ведь знаешь, кто я такой на самом деле? — прищурился Красс.
— Да, мне это известно. Твой народ существовал шесть циклов обратно. Ты — единственный оставшийся в живых алариец.
— Завидная осведомлённость. А кто есть ты на самом деле и что ты можешь рассказать о Жнецах? Ты прячешься от них, как какая-то трусливая вельдская песчаная мышь, вместо того, чтобы сражаться с ними на войне!