Джулиан Мэй - Рукав Ориона

— Короче, сырая нефть.

— Угу. Именно этого я и боялся. Пошли, Ильди.

Мы направились на север к Штопору. По пути пересекли большую равнину, на которой практически не встречались торчащие красные глыбы. Поверхность состояла из темного камня, испещренного трещинами и заваленного кучами песка и гравия. Кое-где виднелись нефтяные струйки, пропитавшие песчаные горы или текущие в трещинах. По мере приближения к Штопору подземные нефтяные резервуары становились все больше то и дело на глаза попадались горелые участки, где раньше пылала нефть.

А вот и первое еще тлеющее кострище. Сканер называет эти пятна «остатками нефтяного возгорания и сплавом неизвестных пород», внизу под ними всегда располагалась ниша с точно таким же веществом, а соединяло их некое подобие трубы или клапана. Чем дальше на север мы продвигались, тем причудливее под землей перемешивались угли с кусками красных скал.

Скоро сканер сообщил, что мы добрались до еще горящего пятна. Я резко остановился посредине плоской равнины, напрочь забывая, что мы с Ильди совершенно открыты для взглядов врага, тем более что подул легкий ветер и зашевелил защитные пончо. Впереди в 144 метрах возвышался Штопор — глыба из красного и желтого песчаника, частично скрытая черным дымом.

Я приказал компьютеру растянуть изображение подземного мира до ширины всей маски и, стоя на месте, медленно вращался вокруг своей оси.

Дагасатт света и воздуха исчез, и моему взору предстало глубинное царство. Я почувствовал себя снова в пещерах Кашне: во всех направлениях тянулись бесчисленные галереи, коридоры, вырастали гроты. Под коркой застывшей лавы открывался настоящий лабиринт катакомб — но не вымытых водой, а образовавшихся вследствие целого комплекса природных явлений. Скала под ногами больше всего напоминала термитник с кучей дыр разнообразной величины — начиная от самых крошечных и заканчивая довольно широкими, размером с комнату. На поверхность в некоторых местах выходили своеобразные трубы.

Почти все комнаты оказались набиты угольями, лишь немногие заполняло нечто черное и холодное. В некоторых залах отчетливо выделялся ярко-красный, пульсирующий, словно сердце, эпицентр. Впереди меня лежала настоящая сеть резервуаров, связанных между собой многочисленными сосудами; в них пылали и горели алые угли, пропитанные нефтью куски породы. Через трещины в эти печи поступал необходимый кислород — а заодно через них же на поверхность выходил дым.

— Самолет! Самолет! — зазвенел у меня в шлеме голос Ильдико.

Я мгновенно рухнул вниз, пряча ноги под пончо, захлопнул сканер и убрал его чувствительный зонд. Сюрреалистическое изображение преисподней исчезло. Добро пожаловать в настоящий ад!

— Сколько их? — спросил я. — Ты можешь определить модель?

— Один хоппер на высоте шестьдесят метров. Появился из-за башенки. Выглядит совершенно как человеческий — похож на «Ворлон ESC-10».

— Вполне возможно, если агенты «Галафармы» следят и охраняют завод — как это было на Кашне.

Мы лежали без движения. Жужжание двигателя слегка изменилось, но громче практически не стало, как будто самолет медленно кружил над Штопором. Наконец он приземлился, и мы решились выглянуть из-под пончо.

Хоппер сел метрах в семистах к северу от нас, частично спрятавшись под прикрытие каменных валунов вокруг башенки. Да, делали его люди, и, судя по всему, это действительно «Ворлон»: выкрашенный в черное, без каких-либо опознавательных знаков и в полном боевом снаряжении — через маску мне видно было целых четыре движущиеся фигуры на борту.

— Ильди, ты можешь нацелить на них скоп?

— Сейчас, подожди минутку… О Боже. Четверо гомо сапиенс, вооруженные только ручным оружием, в простейшем хоппере первого класса. Один парень имеет при себе какой-то сложный прибор, возможно субтерральный сканер, у другого еще какое-то неизвестное устройство; остальные двое безоружны. Хоппер идентифицируется как ESC-10XA. Модель оснащена одной пушкой типа «Харвей НА-2» и двумя каги-бластерами BRB-200.

— А что говорит аудиосканирование?

— Подожди, сейчас проверю… Идет настройка. Черт, их передачи засекречены, а наш дешифратор не может их поймать. Похоже, они просто рапортуют на базу. Теперь все тихо.

— Отлично. Продолжаем наблюдение. Они кажутся возбужденными?

— Нисколько. Парочка ученых ушли за скалы, их теперь не видно. Еще двое остались сзади, похоже, не особенно стремятся выяснять, что за дым, пока не убедятся в полной безопасности. Никаких попыток прочесать весь район. Теперь никого не видно.

Минут через двадцать фигуры в масках и капюшонах вернулись; они постояли некоторое время перед хоппером, видимо, совещаясь. Затем все залезли обратно в «Ворлон» и улетели.

— Ты уверена, что их было четверо? — спросил я.

— Абсолютно. Ты беспокоишься, не нашли ли тело О'Тула? Они ничего не внесли в хоппер, кроме небольшого количества снаряжения.

— Ладно. Пошли дальше.

Мы поднялись на ноги. Я не видел выражения лица Ильдико, но, казалось, она пристально смотрит на меня.

— Нет, не тело… Ты боялся, что О'Тул жив и они прилетели забрать его. Ты думал, он предал нас, да?

Я не стал отвечать.

— Это нелогично, Адик. Зачем бы ему так долго ждать и ничего не делать?

— Затем, чтобы солдаты «Галафармы» уничтожили бы нас и наших в капере, не подвергая его самого опасности. Но, похоже, я недооценивал старину Зорика. Он, конечно, редкостная задница, но не предательская задница. — Я уселся поудобнее и вытащил контейнер с кофе. — Давай подождем еще минут пять, а то вдруг хоппер решит еще раз облететь вокруг места.

Мы довольно быстро совершили последний марш-бросок, следуя по следам Зорика. Они сливались в петляющую тропинку, которая огибала кучи горящих углей. Пару раз подземный сканер показывал опасно тонкий слой застывшей лавы и настоящее пекло под ним.

Мы вскарабкались по окружающим Штопор красным валунам и продолжили путь на восток, к источнику дыма. То и дело мне приходилось убирать сканер в чехол, чтобы использовать обе руки для покорения скал.

Глазам нашим открылся вид на плоскую равнину у подножия Штопора — она имела вид широкого коридора, усыпанного песком и маленькими камнями. Я бы спрыгнул вниз, чтобы идти по удобной поверхности, но на песке не обнаружилось следов Зорика, — значит, он продолжал лезть по валунам. Пришлось и нам следовать за ним.

И не зря.

Источник дыма мы нашли на совсем небольшом расстоянии от цели — места, откуда просматривался завод халуков. Стоя на одном из утесов, мы заметили внизу небольшой участок земли, занесенный песком. Посередине обнаружилась дыра шириной метра два, по краям испачканная черной сажей. Клубящийся дым поднимался из отверстия, а в глубине зловеще поблескивали оранжевые язычки пламени.