Александр Кипчаков - Фактор Древнего.

— Насколько я могу судить об этой хреноте, сейчас она находится в инертном состоянии. — Он оглянулся на подходивших Вегу и Шепард. — Все готовы? СУЗИ?

— Галактическая карта активирована, лейтенант, — отозвалась ИИ, стоящая у терминала управления голографической картой Галактики.

— Энн?

— Да, можно начинать.

Энн Брайсон уселась на притащенный Джеймсом стул и, мотнув головой, опёрлась о его спинку.

— Я готова.

— Джеймс — отключай щит.

Вега нажал ладонью на кнопку включения-выключения силового поля. После чего подошёл к стулу и встал за спиной Энн, готовый, в случае необходимости, удержать её от чего-нибудь непредвиденного.

— Энн? — Красс внимательно всмотрелся в лицо учёной.

— Нет, пока ничего, — отрицательно покачала та головой. — Непохоже, чтобы он сейчас… стойте, погодите…

Красс и сам уже почувствовал идущий откуда-то из недр шара поток пси-энергии, однако он тут установил внутри своего разума ментальный щит, чтобы не позволить себя обнаружить. Хотя ещё неизвестно, поможет ли этот щит в случае со сверхтелепатом.

Энн дёрнулась всем телом и резко выпрямилась, продолжая, тем не менее, сидеть на стуле. Но это была уже не она. Её глаза горели каким-то потусторонним огнём, а лицо напряглось и будто одеревенело.

— СУЗИ? — Красс посмотрел на ИИ.

— Есть контакт, но я только начала лоцирование, — отозвалась СУЗИ, работающая с терминалом карты. — Продолжайте.

— Что вам надо? — услышали все, кто находился в этой части лаборатории, утробный голос, который никак не мог принадлежать Энн. — Зачем вы меня тревожите?

— Ты убил Жнеца, — заговорила Шепард. — Мы хотим знать, почему. И кто ты такой, в конце концов?

— Жнеца? — эхом повторила Энн — или тот, кто сейчас ею управлял. — Они — наши враги. Думаю, теперь вы не станете задавать подобных вопросов.

— Но что ты такое?

— Я выше вашего понимания, человек. Вы вряд ли сумеете это понять.

— Так объясни нам!

— СУЗИ? — Красс отчётливо видел, что Энн держится на пределе своих сил.

— Недостаточно данных. Поддерживайте соединение.

В этот миг Энн сильно дёрнулась, словно бы собираясь накинуться на Шепард, но Джеймс схватил её за плечи и прижал к стулу.

— Она долго не продержится, — пробормотал он.

— Вы не понимаете! — произнесла Энн. — Вы вторглись туда, куда вам вторгаться не следовало! Тьма была неприступна на протяжении веков, и так и должно оставаться!

Алариец выругался про себя. Может, стоило всё же самому попытаться выйти на контакт с этим Левиафаном? По крайней мере, ему было в разы проще, нежели Энн, у которой уже показалась струйка крови из носа — верный признак того, что давление на её мозг уже начало превышать допустимые для обычного человека нормы.

— Так, хватит! — Джеймс глухо выругался. — Я включаю щит!

— Нет, лейтенант! — Шепард предостерегающе подняла руку.

— СУЗИ? — рявкнул Красс.

— Всё ещё недостаточно. Поддерживайте соединение!

— Идёт война, — продолжила капитан. — Почему ты не хочешь нам помочь? Жнецы — враги не только нам, но и тебе, так почему бы нам объединиться?

— Война? Нет никакой войны. Есть лишь Большая Жатва.

Энн неожиданно сильно дёрнулась, но Джеймс был начеку и не позволил ей предпринять какие-либо действия.

— Шасст! — Красс подскочил к стулу и нагнулся к доктору. — Ты! Ты знаешь, к кому я обращаюсь! Ответь нам на вопросы, которые жизненно важны для нас!

— Вопросы, которые вас интересуют, для меня ровным счётом ничего не значат, — прозвучало в ответ. — То, что происходит, вы совершенно неверно понимаете.

— Так помоги нам понять!

— Зачем? Это всё равно не изменит ничего. Цикл должен продолжаться.

— Для чего? Чего хотят этим добиться Жнецы? Или это не они придумали все эти циклы и всё, что с ними связано?

— Вы задаёте слишком много вопросов. И ответы на них не принесут вам никакого облегчения.

Энн снова дёрнулась, кровь из носа заструилась сильнее.

— Достаточно, Бога ради! — Джеймс сделал шаг по направлению к панели управления щитом. — Иначе мы её потеряем!

— Давай! — кивнула Шепард.

Вега ударил кулаком по кнопке и артефакт тут же оказался внутри сдерживающего щита. Энн зашаталась и упала бы, если бы Красс не успел подхватить её.

— Как вы, в порядке? — спросил он, внимательно глядя на неё.

— Более-менее… голова как будто чугунная…

Она оглядела всех присутствующих в лаборатории слегка виноватым взглядом.

— Получилось что-нибудь?

— Да, но информации всё же оказалось недостаточно, — ответила СУЗИ, — так что поиски будут долгими.

— Нет, не будут, — усмехнулся Красс.

— Почему это? — Лиара с интересом взглянула на аларийца.

— Потому. СУЗИ — что удалось выяснить во время этого, так сказать, сеанса?

— Мне удалось отследить сигнал от этого артефакта, который и вправду по своим характеристикам оказался близок к квантовомеханическому коммуникатору. Однако времени на то, чтобы определить, откуда именно идёт сигнал, было недостаточно, и я смогла определить местонахождение Левиафана — предполагаемое, заметьте — в пределах скопления. Сигнал исходил из Колыбели Сигурда.

— Интересно, сколько времени займёт обследование всего скопления? — пробормотал Джеймс. — Оно ведь отнюдь не маленькое…

— Не нужно этого делать. Я, кажется, успел засечь эхо пси-передачи в тот момент, когда он начал нести ахинею про циклы. Я не знаю, что это за планета, но мы спокойно можем определить её, используя подсказки.

— Какие? — с интересом спросила Энн Брайсон, вытирая салфеткой, которую ей подала Шепард, сочащуюся из носа кровь.

— Джеймс — вызови машину «Скорой помощи», — сказал Красс, глядя на девушку. — Энн — вас отвезут в госпиталь Гуэрта, где вас надлежащим образом осмотрят. А подсказки — да она одна, собственно. Вода.

— Вода?

Спутники Красса с недоумением уставились на него, не понимая, что именно он хочет сказать.

— Когда Левиафан брал своих… э-э… ну, кого-нибудь брал под контроль, у всех после того, как контроль исчезал, оставалось одно и то же ощущение — темнота и холод. Ведь так, Энн? Именно это вы и почувствовали сейчас и тогда, на Намакли?

— Да, именно так. Темнота и холод. Но что это нам даст?

— Многое. Что это может означать, задался я вопросом. Первоначально я думал, что это может быть пещера, но потом я понял, что это не так. Это вода.

— Вода? — переспросила Лиара. — Почему ты так решил?

— Именно. Вода. Темнота и холод — это может означать только одно. Почему я пришёл именно к такому выводу? Возможно, этого никто не ощутил, но я, будучи телепатом, почувствовал ещё и присутствие некой субстанции, отдающей влагой и сыростью. Если это не вода — тогда что это, по-вашему?