Тайна космического цветка - Инна Ласточка (Ness Quik)

Кристина бросила на него недовольный взгляд, проверяя бластеры и цепляя к поясу защитную маску.

— Я зла как голодная собака.

— Почему? — Антон поднялся и тоже проверил наличие вооружения, а заодно и связь с МАРИ.

— Вы ещё спрашиваете! — огрызнулась Кристина, когда они отошли в теневую зону и стали пробираться мимо камер.

Антон приложил палец к губам, откладывая их разговор на время, пока он разблокировал дверь заброшенной лаборатории, осторожно проходил внутрь и сверялся с показаниями МАРИ, и только потом, в коридоре с мигающими лампами, переспросил.

— Так почему?

Кристина остановилась.

— Вы что там такое хотели мне сказать, а? — её прорвало, будто эти слова копились в ней всё время молчания, как вода у плотины.

— Когда? — не понял Антон.

Что-то стукнуло совсем рядом, и Кристина, собиравшаяся было кричать на него, заговорила страшным шёпотом.

— Вы там умирать собирались! С ума сошли?

— Ну знаешь, лучше успеть попрощаться, чем не успеть. И давай уже на ты, Кристина. Работать нам вместе пока «Пегас» в строю, а это надолго.

Крис недовольно фыркнула, выхватила с пояса бластер и, выставив его перед собой, пошла вперёд. Антон лишь усмехнулся в ответ на её реакцию и пошёл следом. Он хорошо помнил этот путь, и здесь будто совсем ничего не поменялось, кроме одного…

— Мари, — шепнул он, — подай энергию на наплечные светодиоды защитного костюма.

МАРИ, зная, что следует сохранять осторожность, выполнила приказ молча. Восемь светодиодов на наплечных вставках вспыхнули, разгоняя полумрак и значительно перекрывая освещение изредка мигающих ламп. Кристина ахнула и попятилась к нему. То, что они увидели, было невероятно, дико и… жутко. По некогда белым стенам ползли скользкие от влаги зелёные лианы, похожие скорее на водоросли, чем на растения — они были и на полу, и на потолке, будто живые скрывались во мраке, огибая лампы. Кристина отпрянула и надела защитную маску.

— Фильтр, активируйте фильтр, — предупредила она за мгновение до того, как Антон понял, в чём дело.

Жуткие лианы были не единственным, чего стоило бояться, а, возможно, и менее опасным. В воздухе летали споры, они скользили в их сторону по коридору от лаборатории, заполняя собой всё пространство от пола до потолка.

— Вы что-нибудь об этом знаете? — спросил Антон, отмахиваясь от жёлто-зелёной пыльцы.

— Нет, — Кристина осторожно пошла дальше, глядя под ноги и по сторонам, — но Нина говорила, что Ричард показывал ей лабораторию и какие-то споры, с помощью которых растения могут существовать вне закрытых зон. И, кажется, это разработала…

— Елена Нейтан? — упавшим голосом уточнил Антон и понял ответ без слов. — Ясно.

Чем дальше они шли, тем хуже становилась обстановка. Вход в саму лабораторию значительно сузился, лиан было несметное множество — словно слизняки они облепляли стены, копошились, скручивались, издавая чавкающие звуки. Кристину мутило, Антон видел это по её лицу, но она держалась и почти не выдавала своего состояния. Антону и самому было не по себе. Он уже мало надеялся на то, что они найдут здесь Гидеона живым, и почти не ошибся. Первый Советник сидел прямо на полу в центре кишащего растительного террариума, окутанный облаком спор, руки его, сцепленные наручниками, были плотно примагничены к одному из брошенных тут станков, из-под брюк, выправленных из форменных сапог и завёрнутых до колен, торчали пульсирующие лианы, присосавшиеся к коже точно пиявки. Гидеон был бледен и почти не подавал признаков жизни — МАРИ ошиблась с выводами. Споры сбивали показатели, блокировали и выводили из строя системы. Вот почему тогда, в кабинете Томпсона, где они искали с Ричардом следы Нины, МАРИ не смогла распознать сегменты личности и узнала обо всём, только когда Антон оказался прямо под дверью.

Антон нахмурился, вспоминая тот момент, а потом, не раздумывая, перевёл бластер в замораживающий режим и расстрелял жуткие лианы. Они взвились, зашипели и расползлись в разные стороны, оставляя Гидеона истекать кровью.

— Теперь ясно, почему так мало охраны, — сказала Нина, многозначительно указывая себе за спину.

Антон бросил туда взгляд и на миг замер — лианы затягивали дверной проём — однако делать ничего не стал. Сейчас важнее было не дать Советнику умереть. Он убрал бластер и, оставив Кристину следить за ситуацией, ввёл Гидеону свою собственную дозу обезболивающего и препарат останавливающий кровь, которые все офицеры по стандарту носили с собой, а Советники напрочь игнорировали, после чего сдёрнул с одного из станков ткань, сделал бинты и стал перевязывать раны.

— Капитан, — тихо произнесла МАРИ, активировав связь, — вы помните, что я говорила про сокрытие сегмента личности и теневые зоны?

— Да, не тяни, — бросил Антон, затягивая очередной бинт. — Нужна перезагрузка?

— Нет. В этом уже нет смысла. Вас обнаружили… что-то блокирует мои действия. Не все. Фрагментарно.

— Сколько у нас времени? — Антон затянул последний бинт и встал, поднимая за собой Гидеона и взваливая его на плечо.

— У меня нет ответа. Сигнал о вашем присутствии подан, но никакого движения в вашу сторону нет.

Антон тяжело вздохнул.

— Передай наблюдение за перемещениями охраны Советнику Терри, связь включай по необходимости.

— Готово, — ответила МАРИ и отключилась, но Антон её уже не слушал, он смотрел на Кристину. Она дрожала и с отвращением озиралась по сторонам.

— Бластер не опускай, стреляй без предупреждения, здесь нам некому помогать, — приказал он ей.

Кристина молча кивнула, вскинула бластер и выстрелила в скопление лиан в том месте, где был дверной проём, проделав дыру с обуглившимися краями. Лианы зашипели и стали срастаться, но Кристина выстрелила снова, а затем ещё раз, и ещё, и так до тех пор, пока выход в коридор не расширился до нужного размера. Однако лианы не намерены были сдаваться, потянулись за ними в коридор, выбрасывая в воздух споры и то и дело активно нападая со спины. Антону было сложно отбиваться и защищать Гидеона, Кристина не могла уследить за всем и сразу, а