Дэйтон Вард - Во имя чести

– У вас есть мнение по этому вопросу, коммандер?

Почувствовав, что взгляды всех на мостике буравят ее, Ухура сглотнула застрявший в горле комок размером с трикодер.

– Да, господин посол. Очевидно саботажники намеревались сорвать конференцию. Если вы отмените ее теперь, после достигнутого вами прогресса, то сыграете им на руку и они победят. – Бросив ободряющий взгляд на Мурга, она добавила. – Это означает признать поражение, а мне трудно поверить в то, что клингоны могут признаться, что им знакомо значение этого слова, особенно когда у их противника не достает мужества, чтобы показать себя.

Черты лица удовлетворенно кивающего К’трана смягчились до улыбки, которая могла бы быть приятной, если бы не его зазубренные неровные зубы.

– Заявление достойное истинного клингона. – Повернувшись к Калджагу, он добавил. – Я согласен с человеком. Если вы позволите трусам разогнать вас, то опозорите всю Империю.

Калджаг смерил капитана скептическим взглядом.

– Я думал что как воин вы приветствуете войну с Федерацией.

– Как воин я служу Империи. Если Совет желает искать мира с нашими врагами, значит пусть так и будет. Я найду битву в другом месте.

Ухура едва смогла сдержать вздох облегчения. В конце концов возможно был повод надеяться на мир.

На мостике «Энтерпрайза» Спок развлекался похожей дискуссией. Посол Джокуэл, которая прибыла на мостик всего за мгновение до окончания связи с «Тертосом», была непреклонна.

– Мы не можем допустить дальнейших срывов этих переговоров! Еще один из подобных… инцидентов, и весь процесс рухнет. Просто катастрофа!

Спок согласился с сутью утверждения, но не с его неприятно эмоциональным выражением. Длительный мир все еще был проблемой, которая займет немало лет доверия и совместных усилий, но успехи, достигнутые на последнем раунде переговоров, были многообещающими. Он был уверен, что здесь можно достигнуть многого.

Звук открывающихся дверей турболифта привлек его внимание, он обернулся, и увидел входящих на мостик Чехова и лейтенната Лорту. По выражению лица Чехова Спок мог сказать, что у шефа службы безопасности было что-то важное. Однако Чехов обуздал свои эмоции, когда увидел посла Джокуэл и Толадала. Надеясь отвлечь их внимание от вновь прибывших, Спок повернулся к послу и Толадалу.

– Посол Джокуэл права, – сказал он. – Остановиться сейчас, значит признать, что мир между Федерацией и Империей не стоит борьбы.

Толадал кивнул.

– У меня такое же мнение, капитан. Я лишь говорю, что противники этой инициативы без сомнения заявят, что эти нападения – дополнительное доказательство того, что мир между нашими народами невозможен.

– При условии, что посол Калджаг думает также, – сказала Джокуэл более сдержанным и менее энергичным тоном, – мы сможем продолжить несмотря на все это. – Повернувшись лицом к Чехову и Лорте, она сказала. – Коммандер Чехов, надеюсь ваше прибытие означает, что у вас есть какой-то прогресс?

С выражением, которое говорило, что ему неловко за то, что он должен сказать, Чехов ответил:

– Прошу прощения, посол, но мне не разрешено комментровать продолжающееся расследование. Надеюсь скоро у меня для вас будут кое-какие ответы.

Не удовлетворенная ответом, Джокуэл однако любезно кивнула.

– Мне не нравится выслушивать все это, коммандер, но я понимаю ваше положение. – Обратившись к Толадалу она сказала. – Может быть нам связаться с послом Калджагом и заняться спасением конференции.

Когда посол и помощник клингон исчезли в турболифте, Спок повернулся к Чехову и Лорте.

– Полагаю у вас есть новая информация, которую не должен был слышать посол?

Чехов кивнул.

– Мы изучали регистрационные журналы сенсоров, отматывали назад с самых последних записей и искали что-нибудь необычное.

Двинувшись к научной станции Спока, шеф службы безопасности приспособил один из верхних мониторов. Появилось изображение «Тертоса», и Чехов ввел новую серию команд, которые заставили изображение изменить масштаб, увеличивая поверхность корпуса клингонского судна пока не стала видима только одна часть правой гондолы.

– Это «Тертос» незадолго до 1800 часов, – сказал Чехов.

В углу монитора Спок увидел, что указатель времени демонстрировал 17:59:57, с изображением замороженным в этой точке.

– Теперь смотрите.

Чехов ввел команду, чтобы повторить извлечение из регистрационного журнала, и они увидели, как первые несколько секунд прошли без изменений. Потом, когда время изменилось на 18:00:24, металлическая поверхность гондолы осветилась краткой вспышкой оранжевого света.

– Луч транспортера, – сказал Спок.

– А если точнее, то клингонского транспортера, – поправила Лорта, когда луч погас, и на внешнем корпусе гондолы показался новый объект. В отличие от приглушенной серовато-зеленой окраски, характеризующей линейные крейсеры класса К’тинга, узкий, похожий на трубу объект, был черным, без внешних маркировок или идентификационных символов, которые смог увидеть Спок.

– Снаряд, который нанес повреждение гондоле, – сказал Спок.

Лорта кивнула.

– Это клингонская торпеда, и возможно, что она прибыла из оружейного склада самого «Тертоса». Я подтвержу это, когда проведу визуальный осмотр.

Это открытие заставило Спока выгнуть бровь.

– В самом деле весьма любопытно. Если это так, то мы можем быть вполне уверены, что наш саботажник является членом либо команды «Тертоса», либо дипломатического корпуса.

– Луч транспортера, который доставил туда торпеду, был нестандартный, а судя по журналам сенсоров размещение бомбы было рассчитано так, чтобы совпасть с транспортировкой Толадала на «Энтерпрайз». Очевидно для того, чтобы это не было обнаружено командой «Тертоса».

– К тому же этот луч был очень маломощный, – добавила Лорта, – локализованный и ослабленный для того, чтобы не потревожить сенсоры «Энтерпрайза».

– Мы не смогли определить место нахождения источника луча транспортера, но при данном уровне мощности он мог исходить только с самого «Тертоса».

Спок изучил изображение корпуса «Тертоса» и зловещий темный объект, прицепившийся к нему. На экране хронометр продолжал отсчитывать время, секунды складывались в минуты, и произошло то, что как знал Спок, случилось в 18:14:47.

– Мог ли взрыв быть вызван коммуникационным источником на борту «Энтерпрайза»? – спросил он.

Нахмурившись Чехов покачал головой.

– Сенсоры не зарегистрировали ничего подобного, сэр. Даже когда мы внимательнее просмотрели регистрационный журнал, и обнаружили вот это. – Он указал на экран.

– Вы полагаете, что за это может быть ответственен Толадал? – сказала Лорта.