Олег Ерохин - Властелин Галактики. Книга 1

– Прости, Джонни, что я тебя перебиваю. Конечно, когда мы наедине, ты можешь называть меня по-прежнему по имени, мы ведь так долго вместе махали квадаком, но при посторонних тебе не следует обращаться ко мне так. Знаешь ли, все эти похлопывания по плечу… Люди могут подумать, что всякому дозволено вот так запросто разговаривать со мной накоротке. Не то чтобы я слишком много возомнил о себе, просто я хочу сохранить дисциплину в клубе такой, какой она была при отце. Что же это за клуб квадистов без дисциплины?

Джонни слушал Кастла с чувством возраставшей отчужденности. Когда Кастл замолчал, Джонни выдавил из себя:

– Я понимаю тебя, Дик. Да, ты прав, дисциплина в клубе должна быть.

– И еще, Джонни. Чтобы в присутствии посторонних ты смог взять правильный тон, не поперхнувшись, неплохо бы тебе прямо сейчас потренироваться, как это будет звучать. “Мистер Кастл”, “сэр”… Ну, ты меня понимаешь.

– Да, я все понимаю, сэр, мистер Кастл, – угрюмо проговорил Джонни.

– Теперь давай о деле. С чем ты пришел ко мне?

– Я хочу стать профессиональным квадистом, сэр.

Дик Кастл сделал большие глаза, откинулся на спинку кресла.

– Не ожидал, не ожидал от тебя! – Губы Кастла изогнулись в довольной улыбке. – А я – то думал, что мне придется упрашивать тебя остаться в клубе любителем! Стать профессиональным квадистом, это славно ты решил, старина Джонни! С твоим умением орудовать квадаком из тебя, ей-ей, выйдет классный профессионал!

Джонни тихо сказал:

– В контракте, мистер Кастл, мне бы хотелось, чтобы было указано вот что. За первое выступление я получаю двадцать тысяч кредов, за второе – тридцать тысяч. Все расходы на мою подготовку и на лечение, разумеется, оплатить должен клуб. Дик Кастл изумленно вскинул брови:

– Двадцать тысяч кредов за первое выступление и тридцать тысяч за второе? Это неслыханно! Прости, Джонни, но мне кажется, у тебя не в порядке с головой. Ты разве не знаешь расценки? Ни один профессионал не получил за свое первое выступление больше десяти тысяч кредов, уж можешь мне поверить. Что же касается последующих боев, то там плата обговаривается за каждый бой особо. Если публика полюбит тебя в качестве профессионального бойца и на твои выступления будут валить толпы, что же, я буду платить тебе больше, чем десять тысяч кредов за бой. Но ты должен отдавать себе отчет, тебе придется удачно провести не менее десятка профессиональных боев, чтобы публика накрепко влюбилась в тебя. Десять боев – это в лучшем случае. Немало профессионалов с солидным опытом имеют все те же десять тысяч кредов за выигранный бой.

– Так ты… Извини, забыл. Так вы, мистер Кастл, собираетесь платить мне только по десять тысяч кредов за выступление? – уточнил Джонни.

– Для начала по десять тысяч, а там посмот shy;рим.

– В таком случае, прощайте. Придется, видно, мне обратиться в другой клуб.

– Как тебе будет угодно.

Джонни направился к двери. Кастл и не подумал остановить его.

Выйдя из приемной, Джонни остановился. Или действительно сходить в другой клуб? Но как, чем он докажет, что стоит этих денег? Показать несколько упражнений с квадаком? Перед мысленным взором Джонни пронеслись знакомые ему лица клубных председателей – обрюзгшие, с висящими щеками и рыбьими холодными глазами, хищные худощавые, курносые и сальные, цвета красной меди… Даже если он примется отплясывать на острие кинжала, он не убедит этих типов, что достоин получать плату большую, чем прочие бойцы, делающие первые шаги на профессиональной арене. Да и с чего это он думает, что достоин высшей платы? Между прочим, он уже несколько недель не держал в руке квадак. Пожалуй, сейчас, без предварительной тренировки, он не сумел бы выполнить даже упражнение средней сложности.

Джонни повернул назад. Кастлу он сказал:

– Пусть будет по десять тысяч кредов за выступление, я согласен. Только… Мне нужно, сэр, через два месяца иметь на руках пятьдесят ты shy;сяч кредов. Месяц уйдет на подготовку, а потом нельзя ли устроить так, чтобы я за месяц провел пять боев, а не один?

– Ты же знаешь, что по Уставу квади-лиги профессионалу разрешается выступать не чаще чем раз в месяц. И это разумно. Победитель, каким бы он ни был искусником на арене, почти что всегда выглядит как жеванный ростбиф, и бойцу нужно не меньше месяца, чтобы раны как следует затянулись.

– Я попытаюсь стать первым победителем с неповрежденной кожей. Мне очень нужна эта сумма, пятьдесят тысяч кредов, мистер Кастл, за два месяца я должен ее собрать.

Дик Кастл забарабанил пальцами по столу. Что-то просчитав в уме, он сказал:

– Хорошо. Ты заработаешь пятьдесят тысяч кредов за два месяца. Для этого тебе придется дать шесть боев и, естественно, всякий раз ты должен будешь выходить победителем.

– Как, шесть боев? Вы не дадите мне по десять тысяч кредов за бой, сэр?

– Ты получишь не меньше чем десять тысяч кредов за бой, это я тебе гарантирую. Шесть боев – шестьдесят тысяч кредов, из них пятьдесят тысяч твои, а десять тысяч мне придется уплатить в виде штрафа. Штраф в две тысячи кредов, таково наказание за бой, проведенный раньше положенного срока, то есть проведенный бойцом до истечения месяца после последнего боя. Итак, за первый профессиональный бой ты получишь десять тысяч кредов, за последующие пять – по восемь тысяч, и всего у тебя наберется пятьдесят тысяч кредов, что тебе, я вижу, здорово как нужно.

– Я согласен, – сказал Джонни со вздохом. – Начать подготовку я хочу с завтрашнего дня.

– Приходи завтра к девяти утра, прогуляемся в министерство за сертификатом, а там и готовиться начнешь.

На другой день Дик Кастл повез Джонни в Бюро Лицензий и Сертификатов Министерства Зрелищ и Развлечений. Джонни без труда прошел медицинскую комиссию, после чего его подвергли маленькому экзамену. Ему пришлось немного пофехтовать квадаком с одним из ветеранов профессиональной арены, которого специально держали в штате Бюро для такого случая. Джонни смотрелся неплохо, отсутствие практики на протяжении нескольких последних недель было возмещено его энтузиазмом, и старый квадист поставил ему высший балл. Потом Джонни попросили обождать в коридоре, а Кастл остался в помещении, где заседала комиссия, со всеми необходимыми бумажками: свидетельством, что Джонни провел сто тридцать семь любительских боев (для сертификации требовалось, чтобы кандидат провел не меньше сотни любительских боев), со справкой, что Джонни психически здоров, с заявлением Джонни, что тот стремился стать профессионалом “согласно собственному умонастроению и без какого бы то ни было давления со стороны”… Через час Дик Кастл вышел к Джонни, помахивая пестрым листком.