Дэвид Файнток - Надежда смертника
Через час я снова надел пиджак, нашел в сети и изучил городской справочник, после чего запер комнату и на лифте поднялся в холл к стойке администратора.
– Скажите, пожалуйста, как пройти к управляющему?
– Кто его…
– Филип Таер.
– Он сейчас занят. Я передам ему.
– Я подожду здесь.
Прошло полчаса. Было ужасно трудно сидеть неподвижно, и я начал дергать пиджак. Возможно, лучше вернуться в номер и присесть на корточки у стенки. Основание семь мне показалось интересным из-за не правильностей, и я принялся решать в уме уравнения со случайными коэффициентами, постукивая ногой по стулу.
Через час я снова подошел к стойке.
– А сейчас управляющий может поговорить со мной? – спросил я, стараясь устранить из голоса агрессивность. – Я жду с половины третьего.
– Сейчас спрошу.
Устроить скандал – значит привлечь к себе внимание.
Я просмотрел все голографические журналы в холле.
В четыре к стойке начали подходить вновь прибывшие. Я встал в очередь и дождался, когда администратор обратит на меня внимание.
– Извини, сынок. – Тип в дорогой одежде протиснулся мимо меня к дежурному.
– Мальчик, поиграй где-нибудь в другом месте, – бросила женщина средних лет с тремя огромными сумками.
Я отошел. Как бы отец поступил на моем месте? То есть если бы его никто не узнал?
Обед я пропустил, и терпение мое подходило к концу. Набрав побольше воздуха, я вернулся к стойке, где женщина с тремя сумками спорила с администратором по поводу номера. Все дежурные были заняты, и приезжие ждали своей очереди.
– Простите, мне нужен…
Я замолчал, почувствовав, что нужно говорить громче.
– Простите, я уже давно жду, когда можно будет поговорить с управляющим.
– Мальчик, мы заняты. Подойди попозже…
Я заговорил еще громче:
– Я хотел сказать ему, что один из охранников неприлично обнажился в коридоре.
Женщина ахнула.
– Три раза. Объективно говоря, я нахожу это огорчительным. Мама обязательно захочет, чтобы вызвали полицию и…
Через тридцать секунд я уже сидел, болтая ногами, в офисе управляющего на стуле с прямой спинкой, а узколицый человек с торчащими усами суетился, успокаивая меня.
– …ужасное происшествие. Ты можешь описать…
На столе стояла табличка с его именем.
– Мистер Феннер, у вас в отеле творятся дела похуже, чем охранник с расстегнутой ширинкой.
– …или прочитал имя на его пиджаке – что?
Дело сделано. Путь к отступлению отрезан.
– Забудьте про охранника, я его выдумал.
– Ах ты, маленький… – Он позвонил в холл гостиницы. – Выдворите этого маленького негодяя…
Я вспомнил отца, когда сенатор Уэйд пытался заставить его вмешаться во время расследования, и заговорил ледяным голосом:
– Вы заставили меня прождать впустую несколько часов в вашем проклятом холле. Как, по-вашему, к этому отнесется мистер Кредвин?
– Вы знаете мистера Кредвина? – поразился Феннер.
Только из отчета в справочнике, где он был назван главным администратором сети отелей «Шератон». Я постарался не прибегать к прямой лжи.
– А еще наша семья хорошо знакома с сенатором Боландом и его сыном Ричардом. Я мог бы назвать и Джозефа Мартинса, городского инспектора по строительству, но в этом нет необходимости, не правда ли, сэр?
Управляющий внимательно смотрел на меня, не говоря ни слова.
Я разозлился:
– Если я еще не стал взрослым, это не значит, что со мной можно обращаться, как с грязью!
Возможно, меня выручила уверенность, с которой я говорил. Он моментально переменился.
– Послушайте, мистер… э…
– Таер.
– Должно быть, произошло недоразумение. Что я могу сделать для…
Я наклонился вперед и произнес:
– Джер Адамсон.
Выражение его глаз на долю секунды переменилось, но и этого было достаточно. Я попал в яблочко! Джаред выглядел точно так же, когда отрицал, что у него есть порнографические чипы. Я спросил только для того, чтобы посмотреть на его реакцию.
– Какое вам дело до этого человека, мистер э… Таер?
Отец, я знаю, ты бы не одобрил мою грубость, но отступать нельзя. Я должен. Ради Джареда.
– Зачем скрывать, мистер Феннер? Почему Джаред… мистер Адамсон не выписался из отеля обычным образом? А как насчет его карточки от «Террекса»?
– Откуда вы знаете? – выпалил управляющий.
Я внутренне расслабился. Теперь все в порядке. Я продолжил холодным тоном:
– Лучше расскажите все, ничего не скрывая. Или вы предпочитаете иметь дело с полицией?
– Нам нечего скрывать, молодой человек, – сердито ответил Феннер. – Поступайте как вам…
– Можно воспользоваться вашим телефоном или лучше позвонить комиссару Йохансону из холла? – Я потянулся к его столу.
Я пришел к выводу, что нужно называть имена, а не просто должности: инспектор по строительству Джозеф Мартинс, комиссар Йохансон. Нехитрый трюк, но, как я и думал, он сработал. Управляющий поспешно передвинул телефон подальше от меня:
– Ну-ну, не спеши, паренек. Скажи, чего ты хочешь и почему.
– Все полицейские, начиная от Канзаса, ищут Адамсона под его настоящим именем. Думаю, вам это известно.
– Продолжай.
– Его зовут Джаред Тенер. Его отец – личный секретарь… человек со связями. Джаред зарегистрирован в номере 3023, ел у вас в ресторане. А что случилось потом?
– Каким образом это касается вас, мистер Таер?
– Джаред Тенер болен. Он нуждается в гормональном балансировании. Его отец, друг нашей семьи, очень расстроен. Я помогаю искать его сына.
По-моему, я сказал правду.
– Возможно, мальчик здесь и останавливался, но выписался…
Я встал.
– Благодарю за то, что выслушали меня. Видимо, полиция сумеет…
Он заговорил, когда я был на полпути к выходу:
– Постойте, будь оно все неладно!
Я обернулся.
– Мы не совершили ничего противозаконного.
Я попытался говорить спокойно:
– Вы не выписали его из номера и не конфисковали кредитную карточку, хотя на ней стояла метка «известить полицию». Вы не оповестили власти. Уверен, что полиции будет интересно узнать почему. Лично я заинтересован в одном – отыскать моего дру… Джареда. Я еще не дорос до того, чтобы интересоваться гостиничным бизнесом.
– Это обещание?
Я чувствовал себя вывалявшимся в грязи.
– Если вы будете со мной откровенны.
Он в удивлении покачал головой:
– Ну и детки нынче пошли!
Я ждал.
– Ладно. Он поселился четыре дня тому назад. Заплатил наличными. Назвался Адамсоном. В этом нет ничего противозаконного, хоть он и несовершеннолетний.
– Конечно, сэр. Я сам несовершеннолетний и знаю об этом.
– Он воспользовался кредитной карточкой, чтобы расплатиться за обед. Ночной аудитор обратил внимание на метку, когда проверял данные бухгалтерии. Я послал к нему в номер руководителя нашей охранной службы.