Татьяна Лыткина - Попутный ветер

Секретарь поклонился и вышел. Гладиатор некоторое время постоял посреди кабинета, внимательно изучая присутствующих.

— Коулс, не стой столбом, и хватит пялиться на хозяев, — нарушил тишину жизнерадостный Челлт. — Это неприлично. Сударыня, вы простите моего невежливого друга?

— Тео, если ты немного помолчишь, будет просто замечательно, — моментально и как-то привычно откликнулся Коулс.

— Ты всегда меня зажимаешь, — не замедлил ответить Челлт, но замолчал.

И тут в наступившей тишине раздался смех Лиэлл. Она смеялась так же звонко и заливисто, как в зале час назад, причем так заразительно, что через секунду к ней присоединился сам Челлт. Спустя полминуты не выдержал Коулс и за ним — Фрэнк, хотя никто из них не понял, что особенно смешного произошло. Единственным, кто даже не улыбнулся, был Гео.

Пол, все еще смеясь, уселся на предложенный ему стул. На какой-то момент гладиатор с соэллианином оказались рядом, и Ардорини снова отметил их сходство.

— Вот из-за кого я пропустил этот удар, — все еще улыбаясь, Коулс потер челюсть. — Это ведь вы так веселились в зале?

Неожиданно Фрэнк понял, что было сегодня странным в Лиэлл. Она никогда, за все те годы, что он ее знал, не смеялась так открыто и по-настоящему весело. А за сегодня это был уже второй раз. Ардорини решил, что как бы не были потенциально опасны люди с измененной личностью, ее смех стоит этого риска.

— Да, это я. Прошу прощения за причиненные вам неудобства, — медленно успокаивалась Лиэлл.

— Ничего, сударыня, Полу иногда полезно получить парочку хороших затрещин, а то он слишком серьезен. Видите, как он веселится после моей мануальной терапии.

— Тео! — оборвал его Коулс.

— Ладно. Будем считать, что мы познакомились. Хотя имени моего, как я понимаю, Рик Кессини вам не назвал, — перебила их посол.

— Увы, мы были лишены этого счастья, — театрально огорченно покачал головой Тео.

Фрэнк обратил внимание, как Пол картинно закатил глаза и снова улыбнулся. Эти люди оказались гораздо более веселыми и живыми, чем могло показаться при наблюдении бойцовской арены из ложи хозяина клуба, и вообще мало соответствовали мрачному представлению Ардорини о людях, потерявших память.

— Я — Лиэлл Гор Матиэллт, в данный момент и предыдущие триста лет занимаю пост чрезвычайного полномочного посла Империи Соэлла на Земле, — на одном дыхании произнесла посол, а потом слегка нервно улыбнулась. — Это почти полное мое имя и статус. Для вас я могу быть просто Лиэлл, если мы договоримся о том, ради чего я пригласила вас.

Теодор Челлт снова улыбнулся, а Пол Коулс просто кивнул, не сводя с нее глаз. Фрэнк почувствовал, что ему не очень приятен этот пристальный взгляд, да и сама соэллианка, похоже, испытывала сложные чувства. Смущенной Фрэнк ее тоже практически никогда не видел.

— Для начала я представлю вам своих спутников, — начала посол. — Фрэнк Ардорини, шеф Службы Безопасности Центра Посольств при ООН Содружества. И Геллиот. Геллиот Гор. Мой личный помощник.

Фрэнк никогда не слышал полного имени Гео. И сейчас Лиэлл словно споткнулась на его имени. Стоп. Гор? Это второе имя членов Правящего дома Соэллы. То, что Лиэлл — сестра правителя, известно всей Земле. Но Гео? Фрэнк почувствовал, что голова плавно пошла кругом.

Он помнил, что имена у соэллиан дело сложное, но не намного сложнее, чем на Земле. Первое имя, собственно, личное имя, второе — родовое. Третье — это имя Старшего. Если глава рода — отец, то это имя отца. Если Старший — брат, то брата. Как это было с Лиэлл. Когда ее брат Матиэллт принял пост Правителя Империи Соэлла, его имя стало для нее третьим. То, что Лиэлл не назвала имени Матиэллта третьим — означало, что для Гео Старшим является кто-то другой. Но Ардорини не знал в роду Гор никого, кроме Правителя и его сестры. Какая-то дальняя ветвь? Фрэнк почувствовал, как мозги начинают медленно закипать, и решил отложить исследование генеалогического древа Гор до более благоприятного момента.

— Мистер Челлт, мистер Коулс, — начала Лиэлл. Голос ее стал деловым и жестким, как тогда, с Риком.

Правда, Челлт заставил ее снова улыбнулся, просто махнув рукой:

— Лиэлл, давайте будем проще. Я Тео, а он — Пол…

— По-моему, речь об упрощении обращения к послу шла при условии достижения определенных соглашений, — холодно заметил Гео.

Странно, почему он так жестко себя держит.

— Думаю, соглашения мы достигнем, — Челлт обезоруживающе улыбнулся.

— Я согласна с мистером Челлтом. Думаю, это не главное, пусть будут Пол и Тео. Я могу продолжать?

— Не обращайте внимания, — сказал Коулс. — Когда Тео волнуется, он трепет языком с повышенной активностью.

— Я зна… догадалась, — кивнула Лиэлл. — Так вот. Я думаю, вы пришли сюда, уже окончательно распростившись с Кессини. Каюсь, я способствовала разрыву вашего с ним контракта, Пол. И договор, который он обещал вам, Тео, сорвался тоже по моей вине. Впрочем, вы можете отказаться от моего предложения и вернуться к Кессини — я позабочусь, чтобы он принял вас с распростертыми объятиями.

— Спасибо, сударыня, но вам не стоит беспокоиться. Рик уже сказал, что ждет нас обратно, если мы не подойдем вам, — помотал головой Коулс.

Лиэлл кивнула и перешла к сути своего предложения. Фрэнк слушал ее вполуха, наблюдая за гладиаторами. Челлт был весь внимание, ему явно уже нравилось предложение посла. По Коулсу ничего нельзя было понять. Он сидел с каменным лицом, опустив глаза — кстати, удивительно, как у этого уже не юного человека сохранились такие длинные и пушистые ресницы, мимолетно удивился Ардорини. На вид обоим мужчинам было сильно за тридцать, точный же биологический возраст у спортсменов и военных определить бывает сложно, особенно если учесть, что люди выглядят молодо и в сто пятьдесят, не сильно меняясь внешне после тридцати-сорока лет.

Изредка Коулс поднимал взгляд на соэллианку и задавал вопрос, на который Лиэлл отвечала без колебаний. Видимо, опыт предыдущих столетий жизни в земном обществе способствовал умению врать гладко и убедительно, — но при этом она избегала смотреть на собеседника. Посол объясняла все Челлту, который истово кивал на каждое ее слово так, будто планировал уронить голову на пол, ей под ноги. Наконец, она замолчала.

— Вы недоговариваете, Лиэлл, — покачал головой Коулс. — Я чувствую, что вы о чем-то умалчиваете. Я понял, что вы хотите, я не понял только, почему вы хотите этого именно от нас.

— Вы чувствуете? — неожиданно растерянно спросила вместо ответа соэллианка. — Как?

— Трудно объяснить, — вмешался Челлт. — Лиэлл, вы не беспокойтесь. Это нормальное явление. Пол всегда чувствует, если вру я, если Барби что-то пытается скрыть. Ну, и еще пара-тройка людей, на которых он так чутко реагирует. Кажется, вы вошли в круг избранных!