Александр Зайцев - Мириады светлячков
– Неует.
По-моему, тут у всех привычка говорить с набитым ртом.
– Ты говорил, что пилот?
– Да.
– Пошли. – Хорошо хоть он не спросил куда? – Пульта пилота на этом нависе нет. – Удивленно вскинутые брови. Вот черт! А я так не умею, чтобы брови домиком. Талант у парня, очень выразительное лицо досталось ему от природы. – Но как следить за радаром, надеюсь, знаешь?
– Конечно.
Ну и то ладно.
– Когда появится на сканерах навис четверка под именем «Колокольчик», меня разбудишь.
– Понял.
– Сядешь в мое кресло – пришибу. – Сам не знаю, зачем я это сказал, так, с языка сорвалось. – Пропустишь прилет «Колокольчика» – разверну катер обратно к системе Мларр!
И отправился спать, мне все равно, как он отреагирует на эти слова.
Судя по всему, Одрак еще тот жмот и плетется на своем корабле по желтой мембране, экономя энергию. И сколько может продлиться его перелет, не знаю. Долго не мог уснуть, даже захотелось надеть на себя ошейник и нажать кнопку сна. Но, конечно, не сделал этого…
З-з-з-з-з-з-з.
Я сплю, и мне снится, как я играю на лужайке перед загородным домом.
З-з-з-з-з-з.
Мне пять лет, и я пытаюсь поймать ладошками бабочку. Скоро придет дедушка, и я счастлив, что его увижу.
З-з-з-з-з-з.
Но вокруг кружится назойливая пчела и так и норовит меня укусить.
З-з-з-з-з-з.
Отгоняю ее, но она не улетает, а все жужжит и жужжит.
З-з-з-з-з-з.
Вскакиваю на кровати. Это не пчела! Кто-то звонит в дверь каюты. Впрочем, что значит кто-то?
– Да, Табр, что случилось?
Открыв дверь, закономерно увидел недавнего пленника охотников.
– «Колокольчик» показался на экране радара.
– Отлично!
Бегом на мостик. Активация антигравов. Взгляд на сенсоры. Так и есть, Одрак, скупердяй, плетется на семи процентах от световой. И на орбите Пуна будет только через восемь минут. «Газ» в пол…
– А что мне делать?
Хм. И правда, может, пригодится чем?
– Ты же пилот, для тебя кресла нет.
– Ну-у. Я могу еще со щитами работать, не так хорошо, конечно, но…
– Понял. Садись на место. Все щиты держи строго на носу, пока не услышишь обратного приказа.
– Слушаюсь, капитан!
Капитан? А пусть. По дуге захожу в хвост «Колокольчику».
«Активация вызова. Ждите…»
– О! Дим! Ты быстро обернулся! – Радушная улыбка на лице Одрака выражает искреннюю радость от встречи. – Какими путями Древних тебя занесло в эту систему?
– Одрак, ты мне вот что скажи. – Мило улыбаюсь, откидывая заслонку гашетки. – Тебе капитан Ларг рассказывал, на что способен лимирский боевой «попрыгунчик»?
– Ну да, а что у тебя за интерес?
– Посмотри на свои щиты.
– Зачем?
– А ты посмотри.
– Ну? – Он скашивает взгляд в сторону. Нажимаю на гашетку. До-о-о-оу-у-у-у-у-у-у! – раздается из переговорного устройства. Свет на мостике «Колокольчика» мигает. Еще бы, получить из орудия четвертого ранга да еще и в упор! – Э-э-э! – Одрак зеленеет прямо на глазах. – Ты что творишь!
– Показываю, что, рассказывая о возможностях моего кораблика, Ларг нисколько не преувеличивал!
На самом деле нагло вру.
По пьяным россказням капитана «Путника» выходило, что «попрыгунчики» эти мифические могли справиться чуть ли не с фрегатом, так называли нависы третьего ранга. Такое было, конечно, чушью. «Цикада» и «Колокольчик»-то не одолеет. Хотя при определенной доле везения, при полном экипаже и удобной позиции, какую я сейчас занимал, вероятность победы у меня бы была.
– Если перекинешь щиты в мою сторону, сразу открою огонь из всех орудий! – Показываю в улыбке клык, намекая, что у меня на борту установлена не одна такая пушка. – Я не шучу, Одрак. Я зол и готов распылить твой навис по орбите Пуна.
– Но почему?!
А может, он и правда искренен?
– Твои пассажиры, Одрак. Те самые, кого ты мне подсунул.
– Что с ними не так?
– Не так! – Повышаю голос, надеюсь изобразить праведный гнев. Получилось у меня правдоподобно. – Эти ублюдки попытались захватить мой катер!
– Но… Но… Дим, я правда тут ни при чем!
– Ни при чем?! А то, что я летаю без пилота и оружейника, это нормально?
– Я… Я… Клянусь Древними, я искренне сочувствую гибели членов твоего экипажа. – Ага, купился! Я всегда говорил, что частичная правда намного лучше лжи. – Но я не знал…
– И как мне это вернет экипаж? Что мне до твоих извинений?
– Никак, Дим! Я признаю частично свою вину. Но только частично! И готов компенсировать те неприятности, что устроили тебе охотники за головами.
– Каким же образом?
Именно на такой поворот я и рассчитывал. Во время застолья я немного узнал о капитанской этике. И предложение Одрака вполне в нее укладывалось.
– Я могу оплатить тебе месячную лицензию ловца в этой системе. Она стоит десять тысяч!
О как. Оказывается, в некоторых системах приторговывают лицензиями на отлов светляков! Ничего себе бизнес. Полный светляк несет в себе от ста восьмидесяти до двухсот пятидесяти миэнов. Что в пересчете на шекели выходит… Можно примерно высчитать среднюю стоимость… В семьдесят тысяч шекелей за светляк в среднем. Раз продают за десять, значит, велик шанс ничего не поймать. Интересно, и сколько тут ловцов? Выгодное ли это предложение?
Да что он руками-то машет? Я о Табре, который усердно строит мне какие-то гримасы и пытается что-то сказать жестами. Судя по всему, он уверен в том, что мне следует согласиться. Краем уха слушаю объяснения Одрака. В принципе прекрасно понимаю, что очень маловероятно, что эти охотники присланы были специально для захвата «Цикады». Ведь никто не знал, что я летаю без экипажа. Следовательно, двое никак не могли гарантированно захватить навис с полной командой. Шодд с напарником, наверное, на ходу придумали свой план, да и то только тогда, когда поняли, что я один управляю катером. Не стал бы в таком случае кэп «Колокольчика» рассказывать о своем маршруте.
– Одрак, я согласен.
– Вот я и… О! Рад, что я в тебе не ошибся. Ты разумный человек. Надеюсь, что данный инцидент не испортит наши отношения.
Не хочется Одраку у себя во врагах иметь капитана «попрыгунчика». А может, и правда искренен?
Мы утрясли детали передачи лицензии. Оказалось, мне для этого не надо даже опускать навис в порту. С Пуна просто был послан сигнал ловцам, что «Цикада» также получила месячный сертификат на право отлова светлячков. Удобно. Распрощались мы с Одраком так, будто ничего и не произошло. Инцидент исчерпан, все утрясено. С точки зрения капитана пассажирского нависа это было вполне обычным поведением. Пришлось соответствовать и тепло улыбаться при прощании, хотя, надо признать, я по-прежнему был на него зол. Хотя… Надо было злиться на себя самого.