Иван Граборов - Гончая свора

     - В самом деле? Тоесть, ты хочешь сказать, нарушим его прямо как те разведчики?

     - Это другое... Ты не понимаешь как здесь всё устроено. - она отвернулась.

     Флойду показалось что упёршийся в небольшую рассаду взгляд преисполнился грусти и словно бы скрывал за собой внутреннюю борьбу. Всё стало вдруг ясно. Так же очевидно, как и то что облака на этой планете имеют оранжевый оттенок.

     - Насколько их больше? - спросил он.

     - Не могу сказать точно, но гораздо больше чем нас. - сопя и отвернувшись, медленно проговорила Адайн. - Их силы стоят недалеко от перевала Ном`тиг, в двух днях пути. У нас же защищены в большей степени лишь восточные равнины. Прикрываем тылы от всякой плотоядной живности. Глупо. Как глупо. - она встала и растирая шею прошлась по комнате. - Но даже будь у нас столько же охотников сколько у Мулга воинов, то мы едва ли сдержим врага. Тогда, на поляне, сказался эффект внезапности, а в открытой войне боюсь история великого селения навсегда окончится. Если я смогу стать Гаату, то возможно удастся повлиять на старейшин. У Орно есть план. Не знаю сработает ли, но иначе наш конец станет вопросом времени.

     От избыточной для человеческого организма влажности и резких колебаний атмосферного давления раскалывалась голова. Статические разряды, особенно бурно подсвечивающие сплошное небесное покрывало к утру и вечеру, огромными количествами выжигали драгоценный кислород, вызывая у человека периодические скачки артериального давления. И всё же, не смотря на агрессивную среду, будучи по природе человеком честным, Флойд пытался войти в её положение. В положение иного, чуждого инопланетного существа, будучи сам выброшенным где-то среди далёких звёзд. Это было удивительно и тем, что, как он думал, способность к глубоким переживаниям предыдущая жизнь из него всю вырвала на корню.

     - Проводи меня к месту. Если мы ничего не найдём там, то до храма, следуя твоим указаниям, доберусь сам. - медленно поднялся и свесил ноги с высокого настила, упёршись кистями о край кровати.

     - А если опять повстречаем разведчиков?

     Флойд опустил взгляд на свой револьвер. Адайн хмыкнула.

     - Вы должно быть часто воюете в своём мире, если ты про него не наврал. Гораздо чаще чем мы здесь, на Гирвалме, ведь так? Поэтому и придумали такие хитроумные устройства и, как и яммтеты, не боитесь металла. Но ты всё же не яммтет, нет. - три круга коллоидных колец гипнотизировали, вводили Флойда в транс. Он словно попал в художественную галерею и сейчас рассматривал лучшее её полотно. - Ты не поклоняешься бездушному орудию, лишь используешь его в своих целях. - Адайн коснулась его руки, развернула к верху ладонью и поглаживая стала с интересом осматривать. - Так вы и выживаете, верно?

     - Выживаем? Я порой думаю, что всё, что мы когда-либо делали, это поколениями учились умирать. Об этом вся наша история. - расхожая банальность, сказанная вслух представительнице иного мира, незаметно перестала таковой быть. - В мире где уже нет радости беспечного вольнодумства, где нужду подменило желание, где сострадание удел слабых, где чтобы твой народ жил в мире - чужой должен быть утоплен в крови. - песчаные поля лазурных филиппинских пляжей, изъеденных глубокими воронками от мин и ракетных снарядов, всплыли в его сознании интуитивно, очень явно. - Мы научились невероятно скоро, самыми разнообразными, хитроумными способами убивать друг друга, калечить миллионы жизней как по щелчку, а другие миллионы заставлять об этом не сожалеть. Возможно это неискоренимая закономерность нашего вида - тяга не к развитию, но покорению. Да, возможно. Плохо это, ужасно, чудовищно или же предопределённость сулит новые откровения, но другого мира мы не породили.

     Им предпринялась робкая попытка встать. Вторая за последний час. Получилось, хотя все тело и пребывало в настоящей агонии. Шаг, за ним второй. Дойдя до гладко выделанных стенок дверного проёма, он остановился, оперевшись правой рукой о выступающую из стены полку, после чего сдавленно сглотнул.

     Адайн не нужно было просить. Она уже стояла рядом, поддерживая его за надорвавшееся плечо кожаной куртки.

     - С тебя новая, охотница. - стараясь сбросить неловкость, витавшую средь лучезарного помещения, он едва заметно улыбнулся.

      Но ей улыбаться не хотелось, нет, она всё увидела, почувствовала и ощутила, как если бы сама пережила те мгновения и ту боль. Сокрытое за взглядом Флойда, сожжённые волокна его нервов, само его существо, надломленное и выжитое - она почувствовала всё. Мгновением позже, будто вспомнив что-то важное, Адайн отстранилась от него.

     - Послушай, таким тебе нельзя идти. - завела она песню, повторявшуюся в течении дня шестью различными вариациями. - Едва ли ты осилишь и половину пути. Пару дней придётся переждать, благо лагри быстро залечивает твои кости и плоть.

     - И дня достаточно. - возразил Флойд, оглядывая рану. - Я смогу добраться до места. Как-нибудь выдержу.

     Охотница резко отдёрнула его за помятую куртку и заглянула в серые радужки глаз, источавшие бесконечную усталость. Прошлая ночь прошла без сна и вот теперь, в преддверии новой ночи, он всё ещё бодрствовал, не находя себе места от осознания происходящего, занозой донимающего его мысли.

     - А что если не найдёшь того, что ищешь? - отпустила она его. - Или, что если ты найдёшь другое, отличное от того, что ожидаешь? - голос бойкой девушки теперь шептал, подобно позабытой им колыбельной.

     Фдойд промолчал, ведь эти сомнения уже сутки обивали пороги самых страшных картин в его сознании. Он мог никогда не вернуться назад.

     - Ты болен и таким не сможешь завершить задуманное. Как бы ни старался и как бы того не хотел. - многозначительно протянула охотница.

     - Если я не пойму как выбраться отсюда в свой мир, то так и останусь здесь.

     - А это плохо? - подбросила она, шагнув на встречу, словно произнесённые слова были столь же легки как и надкушенный плод, потрясаемым в ладони.

      'Пожалуй превосходно, не будь у меня пищевой аллергии на мак, но какое-либо отсутствие выбора слишком меня пугает'. - подумал Флойд, но вслух этого конечно не произнёс.

     - Так нужно. - лаконично ответил он.

     Адайн разошлась в скромной улыбке, как будто прочла его мысли и всё о нём уже знала наперёд:

     - Кому-то другому или, в самом деле, тебе?

     Слова охотницы разили Флойда наповал.

     Земля. Действительно, что ждёт его там? Могилы родителей, могилы друзей, могилы боевых братьев, могила любимой собаки и груз личных переживаний, изводящих по ночам. Там он не будет свободен, никогда не будет счастлив. А здесь? Это место особенное и что-то захватывающее витало в запахах отсохшего пошчака, вместе с тем умиротворяя, но долго ли длиться сказке? Его ли это земля обетованная?