Yugoross - Семя и всходы
Руду сидел в рубке крейсера - разведчика в своём удобном ложементе капитана и, по штатному совместительству, первого пилота, привычно терпеливо, даже, меланхолично отслеживая на табло меняющиеся цифры последних, необходимых для ухода в гиперпереход, процентов так называемого прыжкового потенциала. Рядом, в кресле второго пилота, так же спокойно сидел их удивительный псион и привлечённый специалист по штату, Алекс Ясень. Время от времени он замирал буквально на несколько мгновений, впадая в свой, уже привычный для команды, псионический транс или медитацию. Руду знал, что каждую выпадающую свободную минуту его товарищ и подчинённый использует для тренировок и развития своего дара. Причём, это были тренировки почти всегда совмещаемые с очередным экспериментом. Опытных учителей и наставников у Алекса никогда не было, да и не могло быть, по ряду обстоятельств, и, развиваться далее, как псион, без постановки многочисленных и, вероятно, не всегда безопасных экспериментов и опытов, он не мог.
Получив однажды жёсткий отпор, на попытку заполучить от Алекса более подробную информацию о его даре и способах его развития и совершенствования, Руду больше ни разу не пытался повторить нечто подобное. Да и опасно было проявлять неразумное упрямство в отношениях с инициированным мощным псионом. Это могло кончиться для излишне любопытного максимально печально. Несмотря на прекрасные отношения между ним и Александром, плавно перерастающие в настоящую мужскую дружбу, Руду ни на секунду не позволял себе забыть о истинных возможностях таких, наделённых опасным для окружающих даром, людей. Его брат Нефу сейчас находился в роли «привлечённого капитана» в рубке транспортника. Вместе с ним в статусе пилота - стажёра сегодня управляла огромным кораблём Ирина.
Повторялась история с получением официальной отметки в нейросети и индивидуальной карте, о поднятии на более высокий профессиональный уровень в пилотском ремесле. Тогда земляне получали профессию пилота средних кораблей, по принятой в Содружестве основной их классификации. Теперь, к изученным пилотским базам знаний для получения права пилотирования больших кораблей, надо было опять совершить под опекой пилота - наставника хотя бы один реальный гиперпрыжок, с предварительной выдачей искину навигационных заданий. Демонстрировать навыки маневрирования в ручном режиме управления, теперь уже не требовалось. Всё равно, это было практически невозможное деяние и для самых опытных пилотов. Слишком большими массами и объёмами сложнейших конфигураций, в виде больших космических кораблей, мог в теории управлять только разумный с возможностями мощного искина.
Тут, опять, как и в случае с крейсерами, срабатывало несоответствие ранжирования кораблей в общей классификации и в отдельной ранговой линейке транспортников или грузовиков. Лёгкие или малые транспортники в общей классификации, числились средними кораблями, а их средний транспортник модели «Ан Сарври», по той же общей, был несомненно большим кораблём. Виктор, фактически являясь владельцем трофейного корабля, не мог быть признан его капитаном ни одним искином в Содружестве, без обретения нужной «засечки» на нейросети и отметки о получении соответствующей профессии в индивидуальной карте. Здесь ему карту пока заменял временный идентификатор пассажира корабля, вступавшего хотя бы однажды в юридические отношения с одним из субъектов Содружества. Этого уже было достаточно для обретения почти всех прав гражданина Содружества.
Особенно это правило касалось имущественной и профессиональной сфер. Вне освоенного космоса, капитан военного корабля Флота одного из субъектов конфедерации получал права, в принципе, не отличавшиеся от таковых у президента или канцлера при монархическом типе правления. Он принимал все необходимые правовые решения, строго в рамках действовавшего в Содружестве и его субъектах законодательства, которые, конечно, позже, подлежали утверждению вышестоящих ветвей власти. Но, это уже было скорее формальностью. Капитан, принявший ошибочное или не в полной мере правомочное решение, мог быть наказан с разной степенью суровости, но ещё не было в практике случая, чтобы принятое им правовое решение было отменено.
Так что, официальное признание Руду среднего транспортника модели «Ан Сарври» трофеем Викту Бера, обнаруженного им в космосе при явных свидетельствах давнего отсутствия живых членов экипажа, подтверждённого главным искином корабля, было по сути окончательным и отмене не подлежало. То же самое относилось и к получению отметок о профессии. Как владелец корабля Викту мог заключать контракт найма только «временно привлечённых специалистов». Каких либо ограничений на тип специалистов в инструкциях и правилах Брату не обнаружил. Так появился, с согласия Руду, временно привлечённый капитан корабля и, по совместительству, пилот - инструктор Нефу Чак. Вот такая юридическая казуистика. Но, тем не менее, всё было абсолютно по закону!
В принципе, Виктор получил заветную отметку о необходимой профессии уже после первого «возвратного» прыжка за вожделенными двигателями тяжёлого антранского крейсера, но в очереди на получение профессии стояли товарищи. Следующим стажёром отработал своё Леонид, а сегодня пилотские «корочки» получит Ирина. Алекс мог пока не спешить. Руду всё- равно в ближайшее время не намерен был отпускать от себя далеко волшебную «палочку - выручалочку». Так что Нефу продолжал оставаться в своей забавной временной должности.
Руду не без содрогания вспомнил их первый прыжок на пресловутой «Прелести». Растянувшийся на тридцать с небольшим часов разгон казался уже бесконечным. Хорошо ещё, что явно нарастивший свои возможности с поглощением ресурсов пары «десятиклассников» Брату, сумел, «припахав» и искин-кластер «Ската», организовать мощный направленный и управляемый силовой щит для их химеры. Система была достаточна замусорена, и без этого щита риск сброса уже набранного прыжкового потенциала на ноль при столкновениях с достаточно массивными помехами на треке разгона была весьма реальной. Но переход в результате был совершён к пси - активированному реперу вполне успешно, причём Брату уже при шестидесяти процентах набранного прыжкового потенциала сообщил, что и без дополнительной пси-накачки Алекса сумел завершить все рассчёты и точно «видит» репер в точке прибытия. Это уже было чем то новеньким.
Но «фанатеть» с экспериментами не стали. Заменив на корпусах по одному двигателю со средних крейсеров на благополучно снятые с «тяжа» мощные движки для джарварских тяжеловесов и слив остатки топлива из его баков, обратный переход совершили уже, с показавшимся куда более комфортным, двадцати двух часовым разгоном. Хотя и это пока было очень большим сроком. Хакданская двигательная четвёрка на основной площадке мало того, что была чуть менее мощной, чем штатная группировка, так ещё и порой норовила барахлить с дополнительным сбросом мощности.