Абрам Кнопов - Проданная Луна

— Вы угадали. Мы пришли к тому же выводу, — сказал Касымов. — Никто из нас не обнаружил до сих пор падения метеорита.

— Следовательно, метеорная опасность на Луне не больше, чем на Земле! — воскликнул конструктор.

Касымов ответил утвердительно.

— Итак, — продолжал Линье, — мы решили произвести посадку. Долгое время я не находил удобного места для посадки. Не успевала кончиться одна горная система, как начиналась другая. Прошло около часа, прежде чем мы увидели равнину и смогли опуститься. От сильного сотрясения Диас и Альварес потеряли сознание. Я же еще держался и попытался выйти. Но у меня хватило сил только надеть скафандр, а дальше я уже ничего не помню. Если бы не ваша неожиданная помощь, наша ракета превратилась бы в первую гробницу на Луне. Сумеем ли мы отплатить вам за все, что вы сделали для нас?!

— Но почему у вас в аптечке не оказалось препарата? — поинтересовался Касымов.

— О, это длинная история, — неохотно ответил Линье после небольшого молчания. — Я расскажу вам как-нибудь в другой раз.

Касымов поспешил к своим товарищам и передал им рассказ Линье.

— Значит, Ренар ошибся в действии препарата? — задумчиво спросил Рощин.

— Нет, Андрей Егорович, он, оказывается, предупредил Линье, что препарат ненадежен, — заявил Лядов среди общего молчанья.

— Предупредил? — переспросил Рощин. — Откуда вам известны такие подробности?

— Да, я совсем забыл рассказать вам, какие получены новости с Земли.

— Ну, ну, рассказывай, в чем дело!

— Передают, что в Альберии в связи с этим космическим рейсом поднялась небывалая шумиха. Профессор Ренар возбудил дело против главы компании «Альберия — Луна», обвиняя этого господина в том, что он не передал Линье адресованную ему телеграмму. В этой телеграмме Ренар предупредил Линье, что действие препарата недостаточно проверено, что человек, над которым проводились испытания, умер.

Сообщение Лядова вызвало негодование астронавтов.

— Значит, Линье даже не подозревает, какую «шутку» сыграл с ним этот негодяй? — спросил Коваленко.

— Да, для него это будет открытием. Пожалуй, не стоит пока рассказывать им об этом, — решил Касымов.

Весь экипаж согласился с мнением доктора.

Приближалась 14-суточная лунная ночь с ее сто шестидесятиградусными морозами. Ночь на Луне, как и день, наступает из-за отсутствия воздуха внезапно, без перехода через сумерки. Так же быстро происходит переход от тепла к холоду. Палящий зной сменяется холодом межпланетного пространства. Лишь в лунных пещерах колебания температуры не так резки.

Ночевка на Луне требовала серьезной подготовки. Людям нужны были энергия, топливо, воздух, продукты питания. Все настоятельней ощущалась потребность в дополнительных источниках энергии. Мощности батареи фотоэлементов не хватало для полной зарядки аккумуляторов, которые постепенно разряжались. Немало энергии уходило на отопление, освещение, питание приборов, радиосвязь.

Астронавты с нетерпением ожидали с Земли ракеты с гелиоэлектростанцией. Наконец, на седьмые земные сутки прибыла автоматическая ракета с долгожданным грузом. Она была быстро найдена, так как имела периодически работающий радиопередатчик, позволивший запеленговать его.

В сборке гелиоэлектростанции приняли участие все астронавты. Зеркало диаметром в шесть метров установили на той же вершине, где стояла антенна. Специальное часовое устройство поворачивало изогнутое зеркало вслед за Солнцем. Сконцентрированные солнечные лучи падали на парообразователь, помещенный в фокусе зеркала. Полученный в нем пар высокого давления поступал в паровую турбину, вращающую электрогенератор. Энергетический баланс научной станции резко возрос. Теперь под сводами пещеры горело, отражаясь в бесчисленных кристаллах, множество электрических лампочек. Мощность гелиостанции была достаточной не только для питания всех потребителей, но и для непрерывной зарядки множества аккумуляторов, накапливающих энергию на долгую лунную ночь.

До начала лунной ночи оставалось четверо земных суток. Альберийские астронавты к этому времени почувствовали себя настолько хорошо, что доктор разрешил им совершить первую лунную прогулку.

Почувствовав себя нормально, Линье прежде всего попробовал установить связь с Альберией. После многих попыток он, наконец, услыхал знакомые позывные и коротко сообщил обо всем, что произошло. Дежурный радист долго не мог поверить, что они живы.

— В печати сообщают, — сказал он, — что экипаж альберийского корабля зверски уничтожен высадившимися на Луну русскими коммунистами. Можно ли быть уверенным, что у микрофона Линье?

— Откуда у вас такие сведения? — спросил Линье.

— Это утверждает господин Оливейра.

— Передайте ему, что это вздор, — закричал Линье. — Мы не знаем, что теперь делать…

На этом связь неожиданно оборвалась.

«Зачем понадобились господину Оливейра эти измышления, — подумал Линье, ведь штурман Лядов регулярно сообщает все новости с Луны. О том, что мы обязаны русским своим спасением, вероятно, знает весь мир».

В тот же день он сообщил Касымову о своем разговоре с Альберией и о странном поведении председателя общества «Альберия — Луна».

— Оно покажется вам менее странным, если вы узнаете кое-какие подробности, касающиеся вас, — ответил Касымов и рассказал альберийским астронавтам об иске, предъявленном профессором Ренаром господину Оливейра.

Узнав о поступке Оливейра, Линье и Диас долго не могли прийти в себя. Конструктора охватил приступ бешенства, он задыхался от негодования, потом он впал в не свойственное ему состояние уныния. В глазах Диаса вспыхнул мрачный огонь.

— Если бы судьбе было угодно, чтобы мы встретились! — прошептал он и больше не проронил ни слова.

Один Альварес отнесся ко всему безразлично,

Экипаж «Циолковского» всячески старался рассеять мрачные мысли альберийских астронавтов.

— Ну, ну, не вешать носа, друзья, — говорил Рощин. — Побудете с нами, поработаете, а потом свезем вас на старушку-Землю. Здесь не оставим.

Осуществить космический рейс с Луны было гораздо проще, чем с Земли. В свое время Рощин очень неохотно согласился увеличить экипаж ракеты с трех человек до четырех. Ведь на каждый килограмм полезного груза приходилось девять килограммов ракетной оболочки и сто двадцать килограммов топлива. Таким образом, из-за одного человека приходилось брать лишних десять тонн топлива, не считая запаса пищи, питья и воздуха. Но при отлете корабля с Луны увеличение экипажа на три человека не представляло больших трудностей. Во-первых, ракета была теперь на много десятков тонн легче за счет израсходованного топлива, пищи и воздуха. Во-вторых, отсутствие атмосферы на Луне и меньшее притяжение, чем на Земле, намного облегчало старт. Поэтому скорость отрыва от Луны значительно меньше, чем от Земли. Чтобы добраться от Луны до точки равного притяжения, достаточно развить скорость два и четыре десятых километра в секунду.