Константин Хвостополосатов - Засланец

— Давай, помогу, — сказала Светлана, легко подхватив броню.

— Спасибо, — поблагодарил я, принимая броню на плечи.

Броня частично охватила мое туловище и полностью голову, видимо, запустив программу диагностики. Через несколько секунд я вздохнул с облегчением. Конечно, некоторые блоки брони оказались повреждены, заблокированы или рассогласованы, но общий вердикт гласил, что все устранимо. Основная система интеллекта брони не пострадала, хотя частично были утеряны данные, находившиеся в ячейках хранения поврежденных фрагментов. Ремонт начался со смены всех элементов питания брони. Затем я получил инструкции и визуальную маркировку необходимых запасных блоков. Приняв все нужные части, броня начала интеграцию и настройку. Далее мое присутствие стало не обязательно, судя же по полученному прогнозу, ждать мне предстояло почти два дня.

— Вы что-то смогли понять из происшедшего? — задал я давно ожидаемый вопрос.

— Предположений много, есть кое-какие теории, — ответила Светлана, — все требует проверки на месте. Точно можно сказать только то, что энергия для атаки была взята из этого энергетического компота, окутывающего планету. Абориген каким-то образом смог сформировать и направить на тебя огромные потоки энергии, которая в процессе атаки еще и претерпела ряд изменений.

— Ты мне пытаешься дать научное описание процесса магического воздействия? — рассмеялся я, — вот уж не думал, что сказки так скоро станут былью.

— Можно и так назвать, — улыбнулась Светлана, — как бы оно ни было, результат получился по истине сказочный. Мы пытаемся проанализировать все действия аборигена, надеюсь, очень помогут записи, которые мы только что сняли с твоей брони, возможно, что-то удастся прояснить.

— Кроме теории магии нам тут есть из-за чего оставаться? — спросил я, — что-то может дать нам путеводный импульс в наших поисках?

— Да, на планете есть работающее оборудование Содружества, — ответила Светлана. — Пока невозможно понять, где оно и что это за оборудование, мешает энергетика планеты. Несколько раз зонды проходили протоколы согласования оборудования по кодировкам КСС, но во всех случаях процесс прерывался из-за обрыва связи. Тут может заваляться потерянный шлем десантника, винтовка, поврежденный десантный бот или целая база КСС, только вот узнать это получится, разве что попав на поверхность.

— Значит, будем попадать, — решил я, — починим «котенка» и пойдем на поверхность изучать и отыскивать. Кстати, у меня имеются большие предчувствия, что нужно будет внедряться в население, собрали какую-нибудь информацию об укладе их жизни, порядках, общественном строе?

— Информации мало, — призналась Светлана, — строй сильно похож на феодализм, форма правления вообще сплошной винегрет, я бы назвала ее «анархия». В каждой провинции свой царек, имеющий свою армию, религия если и есть, то не слишком вторгается в политическую жизнь общества, наблюдается несколько каких-то обособленных групп, выполняющих непонятные функции. В общем, все придется узнавать на месте. Я вообще считаю, что если все будет излишне сложно, можно отправиться в конечную точку пути правительственного корабля. Слишком уж необычно все в этой системе.

— Что еще тут необычно? — удивился я.

— Эта система несет следы искусственной коррекции, — ответила Светлана, — ее очень сильно изменили, а может, и вообще создали искусственно. Все объекты в ней связаны друг с другом многочисленными энергетическими каналами. Думаю, ты не удивишься, если я скажу, что самые мощные каналы ведут к третьей планете. Она тут — пуп системы.

— Может, тут метрушники замешаны? — предположил я.

— Мы проверили, станции космополитена тут нет, — возразила Светлана, — кстати, проверь при очередном слиянии со своей броней. Здесь явно наблюдается не работа Содружества, размах серьезный и технологии совершенно неизвестные. Опять же, никаких искусственных космических объектов, это совершенно не характерно для нашей цивилизации, шагнувшей далеко вглубь космоса.

— Похоже, у них тут подобные метрушникам технологии? — предположил я. — Зачем им тогда корабли или космические объекты? А может, планету просто по каким-то причинам отключили от транспортной сети, оставив на произвол судьбы, а местные ребята — потомки запертых тут существ. Да много всяких вариантов развития событий. Определенно, нужно покопаться в этой лавке чудес. Что-то удалось узнать о местных разумных в плане физиологии и видовой распространенности?

— Физиологию напавшего на тебя разумного мы неплохо изучили, — ответила Светлана, — можно сказать, что у вас больше похожего, чем разного. На счет всего остального информации почти так же мало, как и по прибытию сюда. Мы так и не смогли понять, почему в некоторых случаях наши зонды могут подобраться практически вплотную к поселениям, а иногда их замечают на дальних подлетах. Очень часто наблюдаемую площадь накрывают разнообразные по своей природе помехи. Определенно можно только сказать, что гуманоиды составляют приблизительно одиннадцать, возможно, двенадцать процентов населения планеты. Естественно, большинство поселений планеты имеет ярко выраженные признаки селекции по определенному виду разумных. То есть в определенных поселках большинство разумных тяготеет к одному виду, хотя «чужаков» там никто не пугается и не притесняет. Многонациональными являются только города, превышающие определенный порог населенности.

— Значит, можно сказать, что я похож приблизительно на каждого десятого жителя планеты, — подвел я итог, — неплохо. Имеется возможность затесаться в массы.

— К сожалению, гуманоидные существа не слишком распространены на планете, — ответила Светлана, — В большинстве случаев они обитают большими обособленными группами, сильно похожими на государства. Конечно, встречаются представители этого вида и в других районах планеты, но в очень небольших количествах.

— А как вы умудрились изучить столь хорошо представителя гуманоидного вида разумных? — спросил я. — Саныч же сказал, что напавший на меня отшельник остался жив и местами невредим.

— Да, — подтвердила Светлана, — он как раз у нас на «Клопе» находится.

— Улет! — сильно удивился я, — он что, все это время тут обитает?

— Да, Саныч зачем-то решил прихватить его на борт, не сильно-то слушая моих доводов, — пояснила Светлана. — В общем-то, это оказалось даже полезно, удалось детально изучить его организм. Но тут тоже возникли непредвиденные сложности. Этот разумный впал в состояние близкое к человеческой коме. Трудно сказать, был ли он в таком состоянии после аргументов Саныча или это случилось позднее, до сих пор мы никак не можем привести его в сознание. На данный момент его организм нормально функционирует, все нанесенные повреждения устранены, но процессы заметно замедлены даже по сравнению с моментом подключения его к медицинскому оборудованию челнока.