Уильям Дитц - Там, где умирают корабли

— Вот возьми и отнеси мистеру Шарма. Да не мешкай, он любит кофе горячим!

Как и другие слуги, Майра знала, что мистер Шарма — это самый главный или почти самый главный человек в доме, в зависимости от того, как относиться к его супруге. Одни считали, что она — простая исполнительница прихотей своего мужа, другие — что она искусный кукловод, который управляет им, как марионеткой.

Но, так или иначе, он был важной персоной, равно как и это поручение, поскольку прислуживать семье могли только слуги, облеченные особым доверием. Майре очень хотелось добиться такого доверия, но не из-за привилегий, связанных с ним. Услуживая господам, можно было узнать много полезного, и это, возможно, помогло бы ей и Дорну освободиться от рабства. Должен быть путь на свободу, и Майра была полна решимости его найти.

Фарфоровые чашки, расписанные вручную, тихонько позвякивали в такт шагам Майры. Через столовую для официальных приемов она прошла в гостиную. Это была большая, залитая солнцем комната, обставленная белой мебелью. Окна, от пола До потолка, смотрели на бухту, в которой тут и там темнели остатки гигантских звездных кораблей. Майра подумала, что где-то там Дорн — режет сталь или тянет металл из воды, ежеминутно рискуя погибнуть под упавшим сверху листом.

Поговаривали, что миссис Шарма резка в обращении со слугами, но Майра, прислуживая ей, этого не заметила. Более того, хозяйка нравилась девушке, хотя по логике вещей не должна была бы нравиться.

Ей было лет сорок. Она была склонна к полноте, но яркие сари в сочетании с легкостью ее быстрой походки скрадывали этот недостаток. А еще у миссис Шарма были густые черные волосы, заплетенные в две косы до талии, и очень красивые глаза. Увидев Майру, она улыбнулась:

— Поставь, пожалуйста, на стол, милая!.. Спасибо! Мистер Шарма, мужчина с крючковатым носом, был очень сосредоточен и ничего не видел и не слышал. Он взял чашку кофе, протянутую женой, не отрываясь от портативного компьютера. Судя по всему, напиток был достаточно горячим, поскольку хозяин не выразил неудовольствия.

Как ее учили, Майра попятилась к двери. Она уже поворачивалась, чтобы выйти, когда со стороны центрального холла в гостиную вошла дочь хозяев, Силин. Она была только что из душа и еще продолжала сушить волосы полотенцем. Она была ровесницей Майры, но выглядела гораздо старше и напоминала девушке звезд экрана, которых ей доводилось видеть в их деревенском видеотеатре. Их глаза встретились. Силин бросила Майре полотенце:

— Возьми и положи куда следует! А еще скажи Фимбре, что я хочу чаю.

В деревне Майры все относились друг к другу с уважением. Девушка почувствовала, как от возмущения у нее вспыхнули щеки. Достойный ответ уже готов был сорваться у нее с губ, но она сдержалась. Ведь у нее был план, а для его реализации можно чем-то поступиться. Майра подхватила полотенце, сделала книксен и покинула комнату.

Силин заметила и возмущение, и внутреннюю борьбу, отразившуюся на лице служанки. Она улыбнулась и упала в кресло. Жизнь на полуострове была скучной, и каждый развлекался как мог.

Яна оказалась права. Начальнику смены и впрямь нравилось издеваться над беззащитными, а Дорн попал в число избранных. Он мог трудиться сколь угодно старательно, мог выносить из воды целые горы металла, но все равно именно к нему, воя сервомоторами, подходил робот-грузчик. Затем бич со свистом опускался на плечи парня, раздавался злобный смех Кастора, и робот-грузчик уносил босса к следующей жертве. Сколько раз повторялась эта безобразная сцена? Десять? Пятнадцать? Двадцать? Ужасный день тянулся бесконечно, и если бы не кожаный жилет, который сшила для Дорна Яна, его спина давно превратилась бы в сплошную незаживающую рану.

Когда наконец сирена возвестила о конце смены и грузчики побрели к берегу, Дорну просто не хотелось жить. Он был измотан, рубцы жгло от морской воды, но больше всего парень боялся того, что ждет его в проходной. А вдруг сегодня решат устроить обыск и охранники с глумливым хохотом будут ковыряться в их тряпье, отбирая у рабочих найденные обрывки провода и кусочки металла? Кстати, а почему они не устраивают обыск каждый день?

Уже потом Яна объяснила ему, что компании выгодно существование черного рынка в зоне. Допуская мелкие хищения металла, семейство Шарма освобождало себя от обязанности обеспечивать рабочих кровом и питанием. И тем не менее пойманных с поличным ждало страшное наказание, вплоть до распятия на кресте. От волнения в висках у Дорна застучали частые звонкие молоточки. Он почувствовал, как луч сканера коснулся его лба, и шагнул за арку.

А вдруг его окрикнут, прикажут остановиться и снять одежду? Он сосчитал до десяти и вздохнул с облегчением. Члены бригады переглянулись, улыбнулись друг другу и пошли, каждый своей дорогой. Яна — к себе в лачугу, близнецы — в свою хижину, а Дорн отправился искать любое место, где можно было бы найти приют на ночь.

С тех пор как Ла-Со его выгнал, прошло уже несколько недель. Дорн потратил много сил, пытаясь найти себе хоть какую-нибудь крышу над головой, но все его попытки не увенчались успехом. Ночь за ночью он проводил под открытым небом, страдая от холода и одиночества. Однако сегодня, благодаря нескольким полоскам металла, которые Яна и он ухитрились тайком отломать от листа обшивки, он мог купить ужин и переночевать в ночлежке.

Ежедневной работой и строгой экономией — он купил только зубную щетку, пасту и кусок мыла — Дорн ухитрился записать на свой счет в лавке компании несколько кредитов. Но эти деньги он копил для покупки инструментов, чтобы обеспечить себе побочный приработок, или если, не дай Бог, ему потребуется медицинская помощь в случае травмы.

Кроме того, он не забывал о Майре и по-прежнему был исполнен решимости, найти девушку.

По одной из ставших теперь хорошо знакомыми дорожек он поднялся от берега к центру и уже двинулся к своему излюбленному лотку, когда заметил какую-то суматоху справа. Вокруг большого костра собралась толпа. Любопытство и желание получить бесплатное развлечение заставили Дорна протолкаться поближе.

Неряшливого вида мужчина с неестественным блеском в глазах поставил перед костром ящик и взобрался на него. Подобно священнику перед паствой, он простер руки и обратился к собравшимся со следующими словами:

— Подходите, подходите, леди и джентльмены! Время пришло, и вас ждут интересные приобретения! Вам не надоело носить себе воду? Таскать дрова с пляжа? Воевать с грязью, которая слоями лежит у вас на полу?

— Бьюсь об заклад на твою задницу, что устала, — вскрикнула какая-то баба. — Иди сюда, я тебя приставлю к работе!