Ли Каррей - Обитель Жизни

Поллар занял свое место, и между двенадцатью мерканцами завязалась тихая, утонченная беседа.

Такой непредвиденный оборот событий обеспокоил Кирка.

– Что происходит, капитан? Зачем им потребовалось совещаться втайне от нас? – спросил Скотти.

– Не знаю, – раздраженно сказал Кирк. – Старшина Рэнд, охранники готовы к действиям, если понадобится?

– Да, капитан, – ответила она. – Четверо находятся здесь, на палубе, за закрытыми дверями турболифта. У меня с ними установлена связь.

– Хорошо. Господа, надеюсь, ваши фазеры настроены на режим электрошока?

– Кирк, – спокойно произнес Спок, – думаю, данный поступок вполне объясним с точки зрения логики. Ведь сейчас эти мерканцы оказались вместе и должны выработать общее решение. И, я уверен, просьба о конфиденциальности разговора не что иное, как попытка спасти свой престиж. Они не хотят, чтобы мы увидели их недостатки: неопытность в сфере политики и дипломатии и неумение пойти на компромисс.

– Полностью согласен со Споком, – добавил Маккой.

– Надеюсь, вы правы, – сказал Кирк.

– Другого логического объяснения нет, – напомнил ему Спок.

– Мистер Спок, есть вещи, которые происходят вопреки законам логики! – перебил его Скотт, неожиданно напоминая доктора Маккоя. – Только инженерные проекты отвечают принципам логики. Неужели вам до сих пор не ясно, что разум гуманоидов далек от совершенства?

– Да, мистер Скотт, – холодно отозвался Спок. – Людям, например, присущ не разум, а рационализм.

– Не пойму, то ли это оскорбление, то ли комплимент, – пробормотал Скотти.

– Но мерканцы унаследовали качества людей и вулканцев, – продолжал, как всегда невозмутимо, Спок, – и в своей личной беседе они, несомненно, проявят разум и здравомыслие.

– А мне кажется, неприятностей не избежать, – настаивал Скотт.

Поллар внезапно встал и подал знак офицерам Звёздного Флота включить переводные устройства.

– Приносим свои извинения за просьбу конфиденциальности нашего разговора, – начал Страж I. – Но мы абсолютно незнакомы с правилами и особенностями проведения подобных совещаний. От имени двенадцати мерканцев я прошу представителей Объединённой Федерации Планет оказать нам содействие. У вас нет стремления навязывать свои взгляды, но вы, как сами утверждали, можете помочь нашим делегациям советами и рекомендациями. Верно?

Кирк кивнул, но поскольку мерканцы пользовались другим языком жестов, и Поллар, по-видимому, не понял смысла кивка головой, добавил:

– Верно, Страж I.

– Очень хорошо. Мы будем вашими должниками и почтём за честь воспользоваться вашей помощью и советами. Техники хотят, чтобы к их группе в качестве консультанта присоединился Монтгомери Скотт; Прокторат обращается с такой же просьбой к лейтенанту Споку, а Стражи выбрали своим помощником доктора Маккоя. Все три мерканские делегации пришли к единому мнению и предлагают капитану Джеймсу Кирку председательствовать на совещании и самому вести его.

Двенадцать мерканцев одновременно встали и отодвинули назад свои кресла, сделав таким образом круг шире и предоставив возможность офицерам Звёздного Флота сесть рядом с ними.

– Это очень необычная просьба, – начал Кирк.

– И очень необычное заседание, – добавил Таллан.

– И уникальные обстоятельства, – заявил Ленос.

– Мы не заставляем вас нарушать ваши законы: Основную Директиву и Генеральный Приказ N1. Вы сами предложили нам свою помощь, и мы принимаем её в той мере, в какой она может оказаться полезной для нас.

Встреча неожиданно перешла в новое качество, открывая перед Криком совсем другие перспективы. Ему предстояло взять на себя ответственность за проведение совещания, чего он так старательно избегал. А его офицеры должны были справиться с не менее трудной задачей, подыскивая для мерканцев приемлемые рекомендации и советы. Сценарий менялся, но Кирк предпочел бы, чтобы переговорный процесс протекал так, как планировалось ранее, не желая вновь выступать в роли конкистадора.

Однако же мерканцы, все обсудив и взвесив, сами выдвинули такое предложение. И теперь ясно, почему Поллар хотел поговорить на данную тему в узком кругу: Страж I боялся, что его могут не поддержать члены других групп, и это, в понимании мерканцев, нанесло бы оскорбление офицерам «Энтерпрайза».

Но почему они так быстро пришли к единому мнению, причём дискуссия продолжалась не более пяти минут? И почему встреча проходила гладко так с самого начала? Почему между фракциями не возникало видимых разногласий и споров? Почему мерканцы согласились и, фактически, настаивали на том, чтобы офицеры «Энтерпрайза» приняли активное участие в переговорах?

– Я не отказываюсь вести совещание, поскольку пост председателя не позволит мне включаться в ход дискуссий и навязывать свою точку зрения, – осторожно сказал Кирк, – но я не могу отвечать за своих офицеров. Каждый из них должен сам решить, стать ли ему советником и консультантом мерканских делегаций. Но прежде чем я спрошу их о том, готовы ли они принять ваше предложение, ответьте мне на один вопрос… и не бойтесь говорить искренне, я не обижусь. Почему вы обратились к нам за содействием в таком деле, как восстановление основ вашей цивилизации? По нашему глубокому убеждению, вам необходимо найти свое собственное решение.

Поллар ответил первым:

– Мы, Стражи, никогда прежде этого не делали и не знаем как это делать. Ранее у нас с Прокторатом проходили дискуссии по различным вопросам, но в конечном итоге, мы обязаны были сами утверждать все директивы, хотя они зачастую базировались на рекомендациях прокторов.

– Мы не поймем с чего надо начинать, – сказал Главный проктор. – Мы чувствуем себя детьми, которые только приступают к обучению.

– Никто из членов нашей группы не ожидал, что когда-либо на нас ляжет такая огромная ответственность, как реорганизация цивилизации. Мы всегда стремились узнать правду о Вселенной, но никогда не представляли себя в роли вершителей судеб, живущих в «Обители».

– Но почему вы вдруг согласились сотрудничать с нами? – воскликнул Кирк.

– А разве у вас не было такого же намерения, когда вы организовывали встречу и прорабатывали протокол? – в свою очередь поинтересовался Поллар.

– Конечно, но я не думал, что это произойдет так быстро, – признался Кирк.

Таллан улыбнулся по-меркански широко, обнажив все зубы.

– Так же, как некогда мы недооценивали вас, так сейчас вы недооценили нас, Джеймс Кирк.

– Самый разумный подход к решению проблемы – переговоры, – подчеркнул Ленос, – другой предполагает развязывание гражданской войны… но наш народ уже давно забыл, как надо по-настоящему сражаться. И я в самом деле не хочу воевать, Кирк знает.