Роман Никитин - Проблема всей жизни

Генерал открыл планшет и размотал экран.

— Третий взвод "морских котиков" второй роты двести двенадцатого десантного полка самовольно покинул расположение на островах Мидуэй. Плавбаза "Хьюстон" вышла с Зеленого, и до сих пор с тремя десятками десантников нет связи. Я вас слушаю, полковник Паппоки.

Морган Паппоки, командир десантного полка, вздохнул. Ему было нечего сказать — связь со взводом до сих пор не установили.

— Связь со взводом до сих пор не установили.

— Полковник, меня не интересует, установили связь или нет, — сказал генерал. — Я хочу знать, как произошло, что три десятка вооруженных до зубов солдат убыли с Зеленого острова на новейшей сверхскоростной плавбазе с тактическим ракетным вооружением. И без приказа командования.

— Приказ был, — Паппоки тряхнул гавайскими дредами и глянул в глаза генералу.

— И кто его отдал? — Джеймс сама невозмутимость.

— Приказ получен по общевойсковой сети, — ответил полковник. — Согласно отчету киберцентра, его отдал майор Уошингтон.

Батальонных командиров на совещание к генералу не приглашали, поэтому Джеймсу осталось только кивнуть, что он и сделал. И снова вопросительно посмотрел на полковника. Тот продолжил:

— Майор Уошингтон допрошен. Он опровергает свой приказ, и уверяет, что просто не мог его отдать.

— В каком смысле не мог? — изумился полковник Литц, единственный из офицеров-назначенцев, делегат от Особой комиссии при Президенте. В его обязанности входило много что, но говоря просто, он работал на внутреннюю контрразведку и Подкомиссию по идеологии.

— Вас мы выслушаем позже, — спокойно сказал Джеймс и снова повернулся к гавайцу. — Продолжайте, полковник.

Паппоки прокашлялся и продолжил.

— Отдел внутренних расследований (взгляд в сторону полковника, отвечающего за распорядок) выяснил, что майор Уошингтон во время отдачи приказа находился в гарнизонном борделе. В состоянии сильного алкогольного опьянения и в компании… ну, вы понимаете в какой компании.

— Этот белый боров опять нажрался как свинья, — объяснил доступным языком полковник Морриссон, начальник Службы режима. — Нажрался и облевал номер так, что поскользнулся на своей же блевотине, приложился башкой и потому даже не трахнул снятую девицу. Сейчас отлеживается в лазарете. Охрану я поставил.

По залу совещаний прокатилась череда смущенных покашливаний и ненужного мельтешения: кто-то делал вид что углубился в документы, кто-то поправлял галстук, пара офицеров синхронно стряхнули несуществующие пылинки с манжет. Заметили действия друг друга и смутились.

Назвать евроамериканца белым хватало наглости только Моррисону. Будучи сам мулатом с крайне незначительной примесью негроидной крови, он плевал на политкорректность и говорил так, как считал нужным. Кроме этого недостатка, послужной список полковника был блестящим, потому вызывающее поведение, граничащее с шовинизмом, сходило ему с рук. Ну а уж рассказ о подробностях отдыха Уошингтона на фоне "белого борова" звучали вообще невинно.

Джеймс кивнул и повернулся к особисту.

— Что дала проверка комсостава по вашему ведомству, полковник Литц?

— Я точно не знаю, но никто, кроме Уошингтона, не получал доступа к его терминалу. Если майор действительно в это время был недееспособен, то…

— Слова "если" и "не знаю" в армии произносят глупцы, невежды или занимающие не свое место.

Генерал произнес это вполне спокойно и вроде как даже не обращаясь лично к представителю Особой комиссии, но Литц тут же сбился и сжал зубы.

— Мне неприятно слышать от вас вопросы и предположения вместо ответов, полковник, — продолжил Джеймс. — Вы отвечаете за идеологическую подготовку людей и при этом находите возможность удивляться их безобразному поведению. Вас, Морриссон, это не касается, бордель вне гарнизонной ответственности. Но все же отметьте себе на будущее.

Мулат кивнул, а генерал снова переключился на особиста.

— А вам я даю сутки на создание плана по исправлению морального облика офицеров.

— Да, но…

— Ваши вопросы, равно как и ответы, я выслушаю через сутки, в личной беседе. Прошу быть готовым.

Литц замолк. Спорить с генералом было бесполезно, безобразие в борделе действительно лежало ржавым пятном на значке Подкомиссии. Том самом значке, что сейчас приколот к мундиру особиста.

— Итак, — подвел промежуточный итог Джеймс, — наш округ не только разлагается изнутри, но и не способен противостоять внешней агрессии. Я это говорю со всей уверенностью, переходя ко второму пункту повестки.

Генерал пролистнул флекс, взглядом пробежал по странице и поднял голову.

— Отчет электронщиков. Полковник Лесли, я вас слушаю.

Лесли заведовал киберслужбой округа, а также всей тактической связью. В его ведении находилась система оперативного киберуправления войсками, а также все информационные потоки.

— Мои парни вывернули наизнанку все серверы и прошерстили мелким гребешком все микросхемы. Внутренних атак не было, это не саботаж.

Кое-кто из присутствующих вздрогнул. Слово "саботаж" на заседаниях оперативного штаба доселе не звучало.

— Ребята шесть часов ковырялись с логами, — продолжал Лесли, — но ничего не нашли. Тогда мы отвинтили от логов протоколы обращений к службам нашей сети и отдали их на разбор АНБ. У нас еще с прошлого месяца висит в запасе два часа аренды их суперкомпа.

— И? — генерал внимательно слушал своего бывшего однокурсника.

— И эта железка откопала старый-старый механизм псевдоавторизированного доступа. В общем, я в заднице, генерал. С самого запуска обновленной оперативной системы в заднице. Там такая дырень в защите, что можно не то что голову, а субмарину протащить. С поднятыми гиперскопами.

По залу пронесся удивленный рокот. Все присутствующие были уверены в неуязвимости новой системы оперативного управления. Тем более от внешней атаки.

— Дыра заделана? — спросил генерал.

— Да, замуровали сразу же как получили отчет от АНБ. Извини, Джош. Рапорт об отставке я тебе утром отправил, не видел еще?

— Видел, конечно, — сказал Джеймс. — Но хотел, чтобы о своей профессиональной состоятельности ты сообщил сам, и не только мне, но и остальным офицерам.

Лесли пожал плечами. На мнение остальных офицеров ему было плевать и раньше, а уже теперь, когда будущее в киберслужбе покрывалось сетью трещин буквально на глазах — и подавно. С полковничьими нашивками он попрощался еще до того как отправить логи на проверку в АНБ. Как нутром чуял.

— Конечно, никакой информации о том, кто ломал нашу сеть?