Йося Мороз - Я и мой капитан

  - Ха! Значит вы 'так'? Вашему навигатору следовало бы обновить прошивку. Он что - дальтоник или просто путает педали?

  - Он немного тормозит после аварии, - вдохновенно выдала Ира.

  - Неудивительно. Столкновение головы с астероидом плохо влияет на мозг, - раздалось из динамиков.

  - Так мы заходим на посадку?

  - Обязательно, всенепременно! - заверил Рифегс. - Знали бы вы как здесь скучно! Сейчас я подготовлю азот для вас!

  - Спасибо, профессор. С нетерпением жду встречи с вами! - воодушевленно произнесла Ира и шепнула мне: 'выключай'.

  - Замечательно, правда? - симбионт явно пребывал в приподнятом расположении духа.

  - Чего же такого замечательного? Это катастрофа! - возопил я.

  - Почему? - удивилась самка. - Такой милый, приятный человек!

  Я был в небольшом смятении, так как Ира явно не могла оценить все факторы риска.

  - Да ты что! Мы же рассчитывали, что на станции одни дроиды будут! А теперь как? Разумный организм! Его ведь так просто не проведешь. Это искусственному интеллекту, изначально запрограммированному помогать всему живому, можно впарить версию про аварию. Дроиду все равно, что где сломалось. А этот профессор точно поинтересуется, как же так вышло, что солнечные отражатели отсутствуют только на корме, еще и явных повреждений корпуса нет. А уж если проверит гипердвигатель - нам конец!

  - Да нормально все будет, Макс, - совершенно безосновательно успокоила меня Ирина.

  - Нам конец! - повторил я. - Вся моя стройная продуманная легенда 'лесом идет'.

  Я совершенно приуныл, но симбионт вдруг весьма эффектно переключил мое внимание. Обычно я сам пользовался этим приемом в отношении Иры, но никак не ожидал, что она опробует тот же подход на мне:

  - Что он там про азот сказал?

  Я был почти уверен, что самка хитро улыбается, если бы ее рот не был спрятан так глубоко в ее теле. Я даже весьма ярко представил, как бы в этот момент выглядело настоящее лицо Иры: светлые датчики волн и загадочная, едва заметная, улыбка ротовых мембран.

  - Ничего особенного, ты же азотом дышишь, как и все растения Фулонга.

  - Как это? Я что же - растение, выходит?

  - Да, понимаешь, фулонгийцы были растениями почти миллиард лет, но потом появилась настоятельная необходимость передвигаться, чтобы выжить. Поэтому со временем их корни выродились в твои кривоватые ножки, а ветви - в манипуляторы. Листва исчезла за ненадобностью, а крона превратилась в хобот, но ты до сих пор можешь преобразовывать кожей солнечное излучение в оксид углерода. Такая вот история, - я решил не слишком углубляться в эволюцию жителей Процион-11.

  - Растения, - задумчиво повторила Ира.

  - А что тут удивительного? Так всегда в итоге происходит. Раса альфа - доминанта!

  - Поясни, пожалуйста.

  - Конечно! - я был настолько рад редкому вниманию к моим познаниям с ее стороны, что совершенно забыл о своих невеселых мыслях. - Возьмем, к примеру, тебя. Ты - раса гамма, сейчас доминанта на Сол три. Вернее не ты, а твое прошлое тело.

  - Почему это я 'гамма'? Я 'альфой' хочу быть!

  - Не получится, - терпеливо пояснил я. - Альфой могут быть только растения и их производные. Так как они выживают практически в любых условиях. И, сколько бы ни длился процесс эволюции, в конце концов, растения возьмут верх над любой другой разумной формой. Так что ваша гуманоидная цивилизация на фоне общей продолжительности жизни вселенной - явление временное. Я бы даже сказал - мимолетное.

  На этот раз Ира по каким-то причинам явно серьезно отнеслась к услышанному, а не пропустила мимо ушей как обычно. Я сделал этот вывод не только по ее молчанию, но и по взгляду устремленному куда-то вглубь себя.

  - Ну, допустим, - наконец произнесла она задумчиво, - но кто же тогда 'бета'?

  - На Земле - это дельфины или разумные киты, типа касаток. Понимаешь, растения и водные формы жизни эволюционируют медленнее, но в конечном итоге победа будет за ними...

  - Если мы их не уничтожим, - вставила Ира.

  - Хм. Да, но это касается только дельфинов. Растения уничтожить не получится, для вас - гуманоидов - это равносильно самоубийству. Исчезнет пища, исчезнет кислород...

  - Не продолжай, я поняла.

  Кажется, я совершил большую ошибку, затеяв этот разговор, так как эмоциональное состояние моего симбионта в данный момент не поддавалось никакому описанию из базы данных. И это меня начинало беспокоить. Не знаю, что это было: 'грусть' или какая-то разновидность 'растерянности', но мне это очень не нравилось.

  - Ладно, - нарушила тишину Ира, тряхнув хоботом, - надо о сегодняшнем дне подумать, давай сюда свой лазер!

  'Надо же! Симбионт, оказывается, умеет сам себя выводить из гнетущих состояний и контролирует свои эмоции при определенных условиях! Знать бы только, что это за условия'.

  - Не дам, - спокойно заявил я и добавил: - Теперь точно не дам!

  - Макс! Да ты что? Ты сдаешься что ли? Сейчас? - Ирина встала на ноги, подняв все свои двупалые щупальца вверх, отчего выглядела сейчас, как венчик цветка с наполовину оборванными лепестками.

  - Нет, - твердо сказал я. - Я верю, что ты не будешь стрелять. Но это же не дроид - это живое сознание. Бластером ты пользоваться не умеешь, а вдруг случайно выстрелишь? Я такой грех на душу взять не готов. Поэтому и не проси даже.

  - Входим в атмосферу, - уведомил навигатор.

  Ему никто не ответил. Но если бы Ира вдруг заартачилась бы, я бы напомнил ей о 'милом, интеллигентном, замечательном, приятном во всех отношениях' профессоре Рифегсе, и посмотрел бы, что бы она мне возразила.

  Погода в разреженной атмосфере Лейтен один стояла прекрасная - солнечная и почти безветренная. Небо было ясным, метеоритных дождей, кажется, не предвиделось. Поэтому сверкающий купол обсерватории на станции был открыт, поблескивая огромным чистым зеркалом телескопа.

  Ира вот уже две минуты нетерпеливо переминалась у выхода из грузового отсека, теребя в руке ошейник номер два, который я ей всучил-таки. Симбионту явно было не по себе в тревожном ожидании. Впрочем, как и мне, я тоже хотел, чтобы эта неопределенность поскорее разрешилась. Любым способом, только бы поскорее.

  Я не смог придумать ничего толкового, чтобы успокоить Иру, поэтому сейчас просто выливал на ее голову всю возможную информацию, которая только могла прийти мне на ум и, вероятно, пригодилась бы самке:

  - ...житель Канопуса, так на земных звездных картах обозначена его система... - вещал я.

  - Макс! Ты можешь перестать тарахтеть? Без тебя тошно. Думаешь, все это важно? - Ира раздраженно продефилировала вдоль шлюза.