Михаил Троян - Танцы на стёклах

Один солдат упал у борта и выпал, даже не раскинув рук. Туман поглотил его падающее тело.

Время, казалось, остановилось. Замерло. Но тупая боль пробудила сознание. Вэн не мог пошевелиться. Лишь странная картина перед глазами: лежащий недалеко солдат. Дальше тёмный открытый борт «Осы». У борта стоял колесун. Он протянул лапы, легко поднял солдата, словно мешок с сеном. Повертел его перед собой, осмотрел. Затем бросил вниз… и солдат исчез!

Вэн пытался вглядеться, понять, что происходит. За колесуном, дальше, виден второй хищник. Стоят на чём-то чёрном, но это не почва. Колесун протянул лапы, грубо схватив, поднял Вэна перед собой. Но неподвижные глаза увидели, увидели… «Оса» в воздухе, а солдат исчез туда, в туман. Его просто выбросили в просвет между транспортом и этим чёрным крылом. Сейчас и Вэн полетит следом.

Сила воли покинула тело. Вэн даже не старался отвести взгляд от мутных глаз. Колесун, повернувшись, бросил Вэна перед сородичем. Тот схватил за ногу и зашвырнул в тёмный проём, зияющий в обшивке ромболёта.

Попытки пошевелиться бесполезны. Ты всё понимаешь, но сделать ничего не можешь. Одно за другим, влетело ещё два тела, гулко стукнув доспехами. Затем люк захлопнулся, и наступила темнота. Появился тихий гул.

Нет. Это не сон. Так больно может быть только наяву. Вопросы роились в мозгу. Что происходит? У колесунов не может быть такого совершенного воздушного транспорта, который превосходит все людские аналоги.

Но в голове пазл не складывался: колесун в лесу, захвативший в жёсткий хомут пальцев шею Вэна. Потом он видел солдат, был поднят на борт «Осы». А теперь людей, словно мешки, аборигены зашвырнули в какой-то грузовой отсек. Всё перепуталось.

Время шло. Сознание так и не находило ответа. Боль отступила, но во всём теле царствовало лишь онемение.

− Аааа, − раздался чей-то голос. — Я умер?

Вэн попытался сказать, что нет, но не смог.

− Что за чертовщина? — раздался голос Байза. Он говорил медленно, почти по слогам, словно человек, перенёсший микроинсульт на ногах.

− Кэп! Где мы? — раздался тот же голос.

− Пока не понял, − ответил Байз. — Такое оружие, что уничтожило истребители, есть у бирсиров. Но почему нас зашвырнули сюда колесуны: для меня большой вопрос.

− Кто такие… эти бирсиры? — выдавил из себя Вэн.

− Оооо, Миклуха проснулся, − сказал Байз уже быстрей — паралич проходил. — Если раса бирсиров найдёт в галактике человечество, то ему придётся жутко.

Вэн хотел спросить, откуда Байз знает про бирсиров, что это за раса − но не смог произнести ни слова. Вспомнился разговор с Вирто в боте, когда его подобрали из космоса.

Исходящий с планеты сигнал, который пропал, как только корабль появился в этой звёздной системе. Никто не задался тогда вопросом: а что же это было? И почему стабильный сигнал исчез? Какими надо обладать технологиями, чтобы засечь звездолёт в космосе, почти на окраине звёздной системы, и прекратить передачу?

С девственной планеты, не тронутой ржой цивилизации, сигнал может исходить лишь в случае бедствия космического корабля. Либо корабль-разведчик может посылать данные на свою планету. Но это в том случае, если передатчик обладает возможностью подпространственной связи. Люди научились превышать в тысячи раз скорость света на кораблях, но связь так и осталась обычной. И такое сообщение летело бы тысячи лет в галактике. Да и добраться до адресата у такого сигнала почти нет шансов. Излучения пульсаров и обычных звёзд поглотят, растворят. Но Вэн нутром чуял: сигнал и нападение черного корабля связаны между собой.

− Наконец-то у меня руки заработали, − облегчённо сказал капитан.

На плечевом доспехе капитана включился фонарик, высветив чёрные стены прямоугольного отсека и восьмиугольный люк. Вэн медленно огляделся. Их осталось пятеро: он, капитан, пилот, сержант и один солдат.

Остальных солдат колесуны просто выкинули за борт.

− Они оставили по одному, кто отличался хоть чем-то, − тихо сказал Вэн.

− А остальных вышвырнули, как что-то ненужное, − хмуро добавил Зелай.

− Хватит ныть, − сказал Байз. — Оружие у кого-нибудь есть?

− У меня две гранаты, тепловые, − солдат похлопал себя по нагруднику.

− Всё? — спросил с надеждой капитан.

Тишина — значит всё. Больше у людей ничего не было.

− Хоть что-то… − голос капитана стал уверенней, жёстче. — Дарик, будешь их кидать только по моей команде.

Солдат кивнул, с надеждой смотря на командира.

− Вэн, ты ксенолог. Когда откроют, попробуй с ними пообщаться.

− Угу, − буркнул тот в ответ. Что он мог сказать? Что первое правило ксенологии гласит, что любое общение между чуждыми видами может быть расценено как агрессия? В принципе, если это и вправду колесуны (а Вэн пока наблюдал только их), то кое-какой опыт общения у него уже был в плену.

− Держитесь все около меня, − сказал Байз. − Мои доспехи — оружие. Жалко, что мой пульсар не со мной. А то бы я этим тварям показал, что такое элитар.

Байз, ты можешь пояснить, кто такие эти бирсиры? — не унимался Вэн.

− Звездолёт-разведчик, что упал на Трою… Помнишь?

− Как же. Его забудешь, − тихо сказал Зелай.

− Так вот… − продолжил капитан. — Косморазведчики столкнулись с бирсирами на планете Ансэй, на самой окраине галактики. А эти сволочи оказались агрессивны.

− И что? — с нетерпением спросил Вэн.

− Эти твари, когда их убьёшь — не умирают.

− Это как? — спросил сержант.

Байз выдержал паузу.

− А вот так… Они могут вселиться в тело человека. При этом обладают всеми знаниями подконтрольного носителя. Короче: на Ансэй отправили две роты элитара. А эти бирсиры — у них тело странное: как рой мелких жучков. И эти роящиеся твари — метаморфы. Ну а потом такая чертовщина началась…

− Это ты о «Смелом?» − спросил Зелай. — А в новостях сообщили, что он пропал.

− Ага, пропал − да не совсем. Его повредили недалеко от Гораны. Там и захватили двух человек, в телах которых бирсиры. Они почти бессмертны. Кто-то из них раз может переселиться, а кто два.

Но для того, чтобы переселиться в новое тело, им надо много времени на восстановление. И ещё… самое странное, что они очень хитрые.

− В любом случае, они не такие умные — иначе бы забрали гранаты, − сказал Дарик.

.− Но мы же видели колесунов, − сказал Зелай.

− Скоро всё узнаем… − тихо сказал Байз.

Дальше сидели в тишине. Ждали… Не нравилось всё это Вэну, ох не нравилось.

Гул стих. Минуты через две открылся люк. Чуть в стороне стоял колесун.