Маргарет Дэвис - Противостояние разумов

– Мне кажется, я бы сразу почувствовал опасность, – сдержанно заметил Дэниэл.

Подобные речи Кинан слышал в Академии и еще сотни раз на лекциях во время учебы в медицинском колледже.

– Помните, перед вами не человек, – не унимался Арич. – Вы ничего не знаете о психологии и поведении инопланетян, доктор. Их слова и поступки нельзя оценивать, исходя из человеческих норм. Если вы не будете осторожны, то поставите под угрозу не только свою жизнь, но и судьбы всего человечества!

Глаза Кинана сверкнули гневом.

– Не думаю, что наш разговор закончится завоеванием земной цивилизации… Хотя я приму к сведению ваши доводы, Арич.

Кинан встал. Кажется, у Криставос оставались еще какие-то вопросы, но у Кинана уже пропало настроение на них отвечать.

– Я пойду к себе в каюту. Утро выдалось чересчур напряженным, и я немного устал. Мне бы хотелось некоторое время побыть одному, ведь вечером заступать на дежурство.

– Совершенно верно, – сказала стоявшая неподалеку Кайли. – Пойдем, я провожу тебя до каюты.

Криставос отпустила их, взяв с Кинана обещание встретиться с ней на следующее утро перед визитом к Сенсару. Она попросила Дэниэла задать инопланетянину несколько вопросов. Немного поразмыслив, Кинан согласился. Криставос проводила их до дверей. Она пообещала дать миквири полный отчет о встрече после того, как еще раз прослушает записанный на диктофон рассказ Дэниэла. Арич остался в гостиной. Создавалось впечатление, что он многое еще хотел сказать, но все же решил промолчать. По крайней мере, сейчас.

Райри влетела в комнату Сенсара сразу же после ухода Кинана.

– Ну что, понравился тебе этот инопланетянин? Сенсар держал на руках щвиша. Он погладил его еще раз и повернулся к Райри.

– Землянин держался довольно раскованно. Он преодолел свой внутренний барьер и был вполне открыт.

– Хочешь еще раз с ним поговорить? – спросила Райри, подходя к Сенсару. – Если да, я заставлю их прислать землянина обратно.

Щупальце Райри скользнуло по его руке, затем вдоль спины и наконец остановилось в точке чуть выше талии, в самом уязвимом месте тела. Эта точка называлась «серет», здесь находился главный нервный узел гантирцев. Выше и ниже нервы были глубоко упрятаны в кость, но здесь они практически выходили на поверхность тела. Прикосновение к серету могло вызвать волны несказанного удовольствия, сильный удар мог вывести из строя любого, на ком не было защитной брони. Затаив дыхание, Сенсар ждал удара или ласки. В прошлом Райри уже попробовала с ним оба варианта, и трудно было представить, что же она предпочтет сейчас.

– Твоей помощи не потребуется, – промолвил Сенсар, готовясь к удару. – Кинан сам согласился прийти ко мне завтра.

Щупальце Райри безжизненно упало.

– Не может быть!

– Так что, увы, на сей раз обойдемся без вашей помощи.

– Но он же тебя боялся! Боялся нас обоих. Не мог он так быстро преодолеть страх!

– А я и не утверждаю, что он его преодолел.

– Он напуган и тем не менее согласился прийти еще раз?

– Да.

– Но почему? – не унималась Райри.

– Похоже, страх у людей считается недостатком. К тому же он весьма любознателен. Он хочет учиться, стремится знать… И это желание сильнее инстинктивного страха.

– Но ведь с миквири все совершенно по-другому?

– Люди – не миквири, и я не раз тебе говорил об этом. Для миквири самое главное – защита группы. У людей все по-другому.

– Я не верю! Он пытался защитить существо, которое они называют капитаном, а она боялась за него. Хотя должна признать, вели они себя довольно странно. Я не почувствовала между ними близости.

– Есть ведь и другие узы, кроме чисто физиологических.

– Но нет их сильнее…

– Когда-то у айтави устанавливались тесные связи между женскими и мужскими особями, не основанные на сексе. Может быть, у людей возникают те же самые взаимоотношения.

– Айтави! – взорвалась Райри, выкрикнув это слово как проклятие. – Сведения о них столь фрагментарны, что мы ни в чем не можем быть уверены на их счет, за исключением того, что они чуть не погубили нас и сами себя при этом уничтожили.

– Неужели? А я вот в этом не уверен. Айтави ушли, но где гарантия, что они не появились в другом месте?

– Айтави погибли! – закричала Райри. – Мы обшаривали звезды в течение нескольких поколений и не обнаружили ничего, кроме пары древних окаменелостей. Это ты можешь в своем университете разыгрывать интеллектуальные игры, Сенсар Кейкайл, но все дело в том, что ты просто спекулируешь. Все, что нам известно об айтави, – это всего лишь домыслы на основании нескольких археологических находок.

– Может и так, но это вовсе не значит, что наши умозаключения неверны. Ты допускаешь, что у людей есть качества, недоступные нашему пониманию? Несмотря на все твое презрение к миквири, ты ведь их ценишь… Не следует пренебрежительно относиться и к людям.

– Не знаю, как мне это удастся, особенно когда ты так жаждешь меня исправить.

– Райри, я вовсе не хотел…

– Сенсар, ты не забыл, кто руководит миссией? Кто обеспечил тебе, место в университете? Всем, что ты имеешь, ты обязан мне, Сенсар Кейкайл Анэй-ра, в том числе и каютой на этом звездолете. Тебя бы сюда ни за что не пригласили, если бы я не убедила Лонлореса в том, что ты обладаешь знаниями, необходимыми для общения с инопланетянами.

– Я у тебя помощи не просил, – сдержанно заметил Сенсар.

– Нет. Но тем не менее ты помощью воспользовался, разве не так? А что я получила взамен? Враждебность! Ты отверг меня! И так было всегда. Я давала, а ты брал! Я любила, а ты ненавидел! Ты слишком много мне задолжал, Сенсар Кейкайл, и я намереваюсь получить с тебя сполна. Ты мне за все заплатишь!

Резко повернувшись, Райри вышла из каюты. Сенсар долго смотрел ей вслед, стараясь собраться с мыслями. Райри, известная своей ледяной рассудочностью, все-таки сорвалась… Бежала от него… Что же случилось? Неужели стресс от путешествия на земном звездолете окончательно подорвал ее нервы? Сенсар решил было пойти вслед за Райри, но передумал. Она как раз этого и хотела. Хотела, чтобы он думал о ней, а не о себе. Райри провоцировала его на действия, которых он не предпринял бы ни в какой иной ситуации. Райри просто играла с ним в очередную игру. И он не может остановить ее, но и не обязан отвечать на ее выпады. Сенсар растянулся на полу и погрузился в медитацию Джи. Вскоре он достиг первого уровня контроля – спокойствия. Пять дней кряду ему это не удавалось.