Валерий Быков - Инженер
Опять мне нечем было крыть, я даже начал чувствовать свою вину, я действительно построил жуткое государство. Раньше я ненавидел СССР, потому что в этом государстве людям не дали права решать, по какому пути идти. Если подумать я построил государство в разы худшее.
— Ир, прости я уйду. С этой минуты ты свободна, можешь идти куда хочешь, я распоряжусь, можешь даже выехать за границу, я больше тебе о себе не напомню.
Я развернулся и собирался выйти, но мне в спину ещё и коктейлем запустили. Вот такой мокрый, с шишкой на затылке, и расстроенный до нельзя, я и доплёлся до своего катера. Когда я собирался взлетать с платформы, компьютерная система сообщила мне о гибели заключённого 119. Я как ошпаренный вылетел из своего катера и за 4 минуты добежал до Иркиной квартиры. Дверь была открыта, два медицинских Р-19 констатировали смерть от поражения мощнейшим электрическим зарядом. Оказывается эта дура разбила подносом оболочку компьютера, отвечающего за нагрев воды в ванной и дотронулась пальцами до проводов под напряжением 360 вольт. На столике в зале нашли записку "Да пошёл ты". Её доставили в медицинский отсек, но было поздно, она была мертва уже 21 минуту. Р-19 хотел констатировать смерть, но я приказал немедленно доставить сюда врача, не ниже третьего класса и продолжить. На исходе третьего часа попыток реанимации жизненных функций, я понял, что всё бесполезно. Она выбрала худший вид смерти, если бы она просто отравилась, или вскрыла себе вены её бы наверняка спасли, мы могли всё. Целиком заменить кровь за 15–20 секунд, пикороботами восстановить каждую клетку её организма, но мы не могли восстановить полностью уничтоженный диким напряжением мозг, никак. Можно было сделать Иркин клон, копию, даже заставить ожить её тело, но Ирку вернуть было нельзя, её сознание, её жизнь, навсегда оборвались. Это был конец, Ирка умерла, смысл строить, смысл завоёвывать мир, если она никогда больше на меня не посмотрит. Что бы я не построил, чего бы не достиг, всё будет напрасно, этим её не вернуть. Если бы я не начал проект космос-2, я бы и сейчас жил в 15 метрах от Ирки, здоровался бы с ней по утрам, она бы журила меня в классе. Хотя нет, сейчас бы я уже окончил пятый полугодичный курс, и видел бы её только на лестничной клетке, да и то при условии, что она не вышла бы за Алексея. Насколько я знал, она всегда хотела за него выйти, это он не обращал на неё такого внимания, что ж видно у меня просто не было шансов. С того момента как я первый раз увидел, прошло всего четыре года. Из жалкого забитого студента я стал властелином доброй трети освоенной солнечной системы, мне подчинялись космические флоты и огромные армии, но Ирка так и осталась чужой, только если в начале я был для неё просто дауном, то теперь стал почти врагом. Чтобы я не делал у меня не было шансов быть с ней, это ужасно. Не думаю, что я смог бы добиться всего этого, если бы не встретил её, пил бы себе так же пиво по вечерам, как и все.
Я вышел из мед отсека на ватных ногах, вошёл в лифт, услышал:
— Подождите нас, секунду.
Ввалилась молоденькая парочка, они шли почти в обнимку и похоже были абсолютно счастливы. Девчонка лет 17 держала в руках розы и интересовалась у парня, а так ли хорошо он знает звёзды. Судя по всему они собирались посмотреть на звёзды, с одной из обзорных комнат на последнем 512 этаже. Романтика, но как не к месту мне их счастье.
Я кой как доплёлся до катера, в начале собирался лететь в Москву-2, но потом решил погулять. Взял курс на север, долетел до района около северного полюса, здесь была полярная ночь, за бортом минус семьдесят. На мне был только лёгкий костюм, но я вышел из катера отошёл метров на 30. Было красиво, в небе горело северное сияние и океан звёзд, было невероятно холодно, но воздух был свеж и чист, ветра не было. Я смотрел в эту чёрную сверкающую пустоту и думал о том, какова была их цена, сколько горя и боли пришлось перенести нам, чтобы открыть к ним путь. Смерть Ирки была последним аккордом. Ещё я думал о том, что если вот сейчас, просто остаться стоять тут, то всему наступит конец и я тоже присоединюсь к ней, для меня тоже ничего уже не будет. Сколько может выжить человек в обычном осеннем комбинезоне при температуре -70 двадцать минут, тридцать? Наверно даже дольше, но не намного. Я всё стоял и смотрел на это небо и думал. "Наверно когда то ещё сотни лет назад, в нас уже была заложена мечта о звёздах, на генетическом или ещё каком уровне. Мы должны были совершить этот путь, а я его ещё не закончил, да толчок был огромен, но мы их ещё не достигли. А вдруг инопланетян не было, вдруг люди всё же не сумеют. А если когда нибудь позже я всё же встречу свою любовь? Может е стоит сейчас умирать, может я ещё буду счастлив?". Я стоял и думал, на тридцатой минуте я всё же решился идти назад к катеру. Уши и пальцы у меня были сильно отморожены и болели просто жутко. Первые минут двадцать оставалось только сидеть и греться. В пятом часу ночи мой катер взял курс на Москву-2. В пол шестого я уже сидел за пультом управления, в своей обычной полутёмной комнате, на глубине полу километра в земной коре, и тупо смотрел в экран монитора, хоть вид арктического неба и повысил моё желание жить, но всё же мне было плевать на всё окружающее.
Ввалилась пьяная Вика с Эфом, где они только умудрились достать спиртное?
— Серёж прикинь, а мы с ним только что поженились.
— Сергей ты что, молчишь.
— Ира умерла 5 часов назад.
Эф перестал улыбаться и Вика тут же подскочила ко мне, стала тормошить и узнавать, что как, почему? В последующие несколько дней я только сидел в своём кресле и думал о том, что же я построил, нужно ли это, зачем жил? Ради чего? Все нормальные люди живут ради счастья, а ради чего жил я? Ради звёзд, как Иосиф? Почему такие бывают, несчастные но великие? Если подумать, всё счастье во мне ассоциировалось в Ире, и мне его хватало, а для неё например оно ассоциировалось с танцами и вечеринками. Наверно из-за этого я её и любил, мы были противоположностями, в ней было так много того, чего не хватало мне. Весь этот мир был таким, все радовались веселились, а я был мёртв, кто то как будто вырезал меня из общества, сделал другим, и я уничтожил это общество. Но в моём мире не было места таким как Ирка, это мир для таких как я, но без Ирок он станет тусклым и мёртвым. Но если подумать, если дать людям развлечения всё вернётся на круги своя, а если война? Значит должно быть два мира, один жестокий и сильный мой, мир машин, а другой человеческий? В любом случае даже если это не верно, не стоит разрушать чужие, пусть остальные люди живут как хотят, а мои граждане похоже счастливы и в этом мире машин, были же счастливы тот парень с девушкой в лифте, и Вика с Эфом. В течении нескольких дней Вика навещала меня, но видя, что со мной ничего не случается, что я ем и жив здоров, решила оставить меня на едине с самим собой, время вылечит.