Вад Капустин - Встретимся на Альгамбре

— Пусть попытаются, — сказал Айрруз руководителю звездного флота Вайнроху. — Мы дождемся окончания схватки и завладеем желанной добычей. Нам не нужен землянин Алексей Одинцов. Регул должен заполучить уничтожителя, альтаирского убийцу.

Адмирал Вайнрох кивнул, соглашаясь. По цветистости речь регуллианского разведчика очень уступала витиеватым пассажам владыки фроггсов, однако и он умел сделать ее выразительной, если не форме, то по смыслу:

— А вот предателя надо уничтожить, — адмирал высказал общее мнение. — У тебя есть на Земле свои агенты? Пусть уберут земляшку. Никто не может безнаказанно обманывать Регул.

Подтвердив взаимными ударами когтистых лап по столу принятые решения, руководители двух важнейших служб империи Ашра расстались, походя определив судьбу очень и очень многих разумных существ.

Воспитанник ящеров, гуманоид с одной из колоний Ашры, много лет успешно выдававший себя за землянина по имени Ник Лагутин, получил задание уничтожить Корнилова. Задача показалась агенту до смешного простой. До недавнего времени Лагутин числился штурманом на корабле будущей жертвы. Устранить двурушника, застав врасплох, не составляло труда, но нужен был достойный предлог — чтобы не потерять основное прикрытие на пиратской базе. С этим тоже не возникло проблем:

— Что-то заказчик темнит, — лениво сказал агент пиратскому главарю. — Денежки себе, а вся работа, получается, нам. А денежки-то немалые — больше полусотни тысяч кредитов. Мог бы и расщедриться. Надо проучить.

— Эт' верно, — буркнул пьяный в стельку Евсей, тупо уставившись мутным взглядом на экран корабельного визора — после рейда Непобедимого на центральную базу пиратам все чаще приходилось ютиться на кораблях. Он удивился, что такая простая мысль не пришла в голову ему самому. Пират припомнил недавнюю обиду. — Еще и Ванюшину нас подставил. Базу потеряли! Надо проучить. А деньги забрать.

— Вот и я говорю, — согласился ашшур. — Давно пора. Зазнался.

— Что ж, ты предложил, ты и займись, — подытожил Евсей.

Возможно, проспавшись, пиратский главарь пожалел бы об опрометчивом решении, а может быть, даже и не вспомнил бы о нем. Но для Ника это уже не имело значения. Он получил добро хозяина на устранение двойного агента.

И, главное, убийство можно было совершить чужими руками. Регуллианскому офицеру высокого ранга приличествовали пытки, но "избавление от жизни" предателя-землянина — дело тупых исполнителей. К счастью, в распоряжении Лагутина имелся нужный человек — штатный пиратский палач, по кличке Душитель.

— Соу, ты, значит, на Альтаир? Вог ла галэр, — майор Малютин был угрюм, неприветлив и чаще обычного переходил на франглэ. Он черкал красной ручкой бланк разрешения, быстро проглядывая документацию — Бон, со звездой все ясно, а что решили с планетой, четвертая, пятая? Определились? Где у тебя точный пункт назначения указан? Компран па.

— Дык вот, выписано же на обе планеты. Туда и прошлую экспедицию приглашали. На четвертую, Риджитак, Гуляку, и пятую, Гангаор — Бродяга, по-альтаирски, — Громов летел на четвертую. И значит, следовало сначала лететь за ним на Риджитак. — Пойдем точно по громовскому маршруту, будем следы "Жюль Верна" искать, — объяснил капитан.

— Значит, на Гуляку. Олрайт. А кто у тебя заявлен как экипаж? — майор удивленно приподнял бровь, потом кисло усмехнулся. — Дети капитана Громова? Шутки шутишь, юморист? Екатерина Станиславовна Громова — бортинженер? Алсо, Виктор Громов — юнга? Почему не капитан? Десятилетний. А Матвеев, партнер твой непутевый, куда подевался?

— Брось, Данила! Вроде, ты не знал, что они со мной летят, — нелепая ситуация начинала раздражать, тем более, что Алексей и сам не мог понять причин Сашкиной задержки — предупредил же! И не собирался он сейчас Малюте признаваться в собственных сомнениях. — А Матвеев на втором корабле полетит, сопровождающим. Чуть позже. Чего тебе еще? Придираешься? Хочешь их обратно забрать — забирай.

— Ясное дело, знал, оф кос. Хорош бы я был — не знать. Но экипаж? Девчонка — бортинженер? Десятилетний мальчишка — юнга? И на каком это, интересно, корабле Матвеев тебя догонять будет? С Ванюшиным полетит? У Ванюшина, бай зе вей, соколок одноместный. Туда твоему Матвееву и одному не влезть. Да и где у тебя в документах на экспедицию написано хоть слово о сопровождающем, скажи на милость?

— Ну, причем здесь Ванюшин? На другом борту он полетит, у подружки его, Лены, частный кораблик. В бумагах глянь. Должно быть отмечено. Не знаю я, как называется, — объяснил Одинцов, уже чувствуя, что сболтнул лишнее.

— Ну-ну, — Малютин озабоченно просмотрел списки, — Как, говоришь, этой подружки фамилия?

— Дык не спрашивал я фамилию. С чего бы? — отбивался Одинцов, кляня себя за несвоевременную болтливость. Капитан ненавидел врать и выкручиваться, но что можно было сейчас ответить? — Откуда мне знать? Еленой кличут. А фамилию ты знать должен. Или начальство пусть выясняет, Орлов. Вот Александр появится, его и спросишь.

— Если он вообще здесь появится, при таком раскладе, — Данила нахмурился, потом странно изменившимся голосом спросил:

— Слышь, Алексей, ты ведь Галку Соловьеву хорошо знал?

— Галку? — сбитый с толку неожиданным вопросом Одинцов не сразу понял, о ком идет речь. — Это из столовой, что ли? Знаю, конечно. Как не знать, все знают. А в чем дело?

— Нашли ее сегодня утром в столовой, — Малютин печально покачал головой. Его каменная физиономия на миг обрела на удивление искреннее скорбное выражение.

— Ну, ясно в столовой, где ж ей еще быть-то? — удивленный Алексей не сразу осознал необычность фразы.

— Нашли, говорю, ее сегодня в столовой мертвой. Задушенной, — объяснил майор, вернувшись к безличному деловому тону. — Нуль-порт был ночью активирован, и она рядом лежала — вроде закрыть от кого-то хотела. И деньги ее не забрали — карточку возле входа в порт утром нашли.

— Ограбить хотели? — машинально спросил Одинцов. — А карточку тогда зачем бросили? Или следы заметали?

— Je sais pas, дунноу, — майор растерянно развел руками. — И чего, спрашивается, ее понесло ночью в столовую? Не в курсе? Вроде, было у тебя с ней что-то? А?

— Да так, пару раз встречались, — ошарашенный услышанным, Алексей поколебался, не зная, что сказать. — Дык ведь это, все больше она клеилась, вопросы задавала всякие. Честно говоря, думал, на тебя работает.

Малютин отрицательно покачал головой, вновь печально хмыкнув. Капитан разделял его чувства. Он испытывал тягостное недоумение. Кому могло прийти в голову убить добродушную, симпатичную Галку, у которой и недостатков-то не было, кроме, разве что, непомерного любопытства? Может, в этом и дело? Что-то лишнее узнала?