Джин Кавелос - Тень, что внутри

Анна почувствовала, как что–то сжало ей горло.

— Сажайте вашу группу в краулеры Чанга, и немедленно возвращайтесь на „Икар”. Мы — за вами. Продолжайте сканировать район, не засечете ли сигналы маячков пропавших скафандров.

Будто исчезли только скафандры, а не люди.

— Я хочу, чтобы вы выходили на связь со мной через каждые пять минут до тех пор, пока не вернетесь на „Икар”.

— Понял.

Анна встала, приказала двум ближайшим техникам нести тело Чанга в краулер. Когда они подняли тело, и руки Чанга начали безвольно мотаться взад–вперед, Анна закрыла рот рукой, хотя из–за шлема не смогла закончить движение. Они с Чангом почти не разговаривали с тех пор, как она подсмотрела его сообщение: Анна злилась на него за то, что он утаил от нее информацию, которая могла помочь ей в расследовании. Он долгие годы помогал ей. Прислушивался к ее мнению, направлял ее. А что, если он играл в игры корпорации, хранил их тайны, распространял их ложь? Чанг был добр к ней, а она не оправдала его доверия. Как заместитель начальника экспедиции, она должна была позаботиться об его безопасности. Он предупреждал ее об опасности, а она не отнеслась к его словам серьезно. Что, если Чанг выяснил, что Донн представляет собой серьезную угрозу? Возможно, Чанг взял ее в свою группу, чтобы не подвергать опасности Анну. И Анна беспечно отпустила его. Даже глядя на его скафандр, то появляющийся, то исчезающий за пылевой завесой, она не могла поверить, что Чанг мертв.

Анну начала бить дрожь. Она заставила себя говорить спокойно.

— Морден, можете вы показать мне, где именно находилось яйцо?

Он подошел к колонне, отступил на несколько шагов назад, потом влево.

— Центр яйца находился примерно здесь. Оно простиралось примерно на двадцать футов в стороны, и на пятнадцать — вперед и назад.

Анна подошла к Мордену, медленно обошла вокруг него на названном расстоянии, вглядываясь в пыль под ногами.

— Они не могли передвинуть его, — повторил Морден.

— Тогда или его передвинул кто–то другой, — ответила Анна, — или оно само передвинулось.

— Значит, смотрите, куда ступаете, — заметил Морден.

Справа от нее трещина в каменистой поверхности расширялась с нескольких дюймов до примерно двух футов и оставалась такой широкой примерно десять футов, а затем сужалась опять.

— Я не помню этой трещины в изображениях, которые передавал зонд. Яйцо стояло сверху?

Морден подошел к трещине:

— Должно быть.

Пыль того и гляди занесет все позади них. Тем не менее, трещина тянулась подобно черному ручью, будто тьма насыщала воздух, упорная, оставляя после себя негатив изображения подобно свету, оставляющему след на пленке. Анна опустилась на колени. Характерный для планеты красновато–коричневый поверхностный слой уходил в этом месте в глубину менее, чем на 30 сантиметров. Под ним виднелась черная, поглощающая свет порода, из которой были сложены стены пещеры. Отвесные стены расселины были неровными, зазубренными.

— Я не могу разглядеть, насколько глубока расселина. Но они не могли здесь спуститься. Им бы пришлось устанавливать платформу.

— Они могли свалиться, — заметил Морден.

Анна не могла видеть выражения его лица, все скрывал песок.

— Камень зазубренный, — Анна наклонилась, всмотрелась в глубину трещины, — но я не вижу никаких обрывков одежды или фрагментов оборудования.

Ей не хотелось признаваться в том, что она не очень–то много смогла разглядеть в темноте, и что любые обломки могло унести ветром.

— Это все равно не дает ответа на вопрос, что случилось с яйцом. Трещина для него слишком узка.

Анна встала. Она устала, и у нее больше не было никаких идей. Они все могли погибнуть — и Чанг, и Черльзстейн, и Петрович, и Скотт, но сорок техников?!

— Вы действительно полагаете, что яйцо могло сдвинуться само по себе? — спросил Морден.

— Почему бы нет? В основе своей яйцо — инструмент или какого–то рода машина. Его предназначением может быть и передвижение. Признаю, что его форма не предполагает этого, но здешняя технология настолько отличается от нашей, что мы и предположить толком не можем, каково предназначение этой штуки.

— Все, что хотите, — задумчиво сказал Морден.

— Если эта штука обещает именно это, тогда все очень грустно, — Анна связалась с остальными членами ее группы и приказала им возвращаться в краулер.

Мышцы ее ног ныли, но она пробивалась вперед, сопротивляясь напору ветра. Морден держался сзади.

— Надо, чтобы кто–то прикрывал вас со спины, — заметил он. — Вы теперь главная.

Джеффри Синклер уронил голову на руки.

— Майкл, скажи мне, что все в порядке.

— Почти в порядке, — ответил Гарибальди.

— Скажи это снова. Увереннее.

У него была тысяча проблем, и он был бы рад решить хотя бы одну.

— Все будет в порядке, как только я выслежу Марко.

Джефф поднял голову.

— Ты что, до сих пор его не нашел?

Гарибальди воздел руки.

— Мы проследили за ним до Коричневого 3. Мы почти на месте. Дай нам еще час.

— Прекрасно. Чтобы я не видел здесь твоей физиономии до тех пор, пока ты не его поймаешь. До церемонии открытия осталось меньше сорока восьми часов, а здесь все разваливается на части.

Гарибальди сунул руки в карманы.

— Ты уже готов искать новую работу?

— Я готов просить повышения. А теперь убирайся отсюда.

Гарибальди вышел из кабинета, и Джефф откинулся в кресле, размышляя об остальных проблемах, требовавших его внимания. Самым важным делом для него по–прежнему была просьба Деленн. Он говорил с сенатором Хидоши, который отправил его к научному советнику президента Сантьяго — доктору Ле Блан. Потом его захлестнул хаос, творящийся на станции. Лишь сейчас Джеффу удалось связаться с доктором, и спустя минуту она появилась на экране монитора STELLARCOM.

— Доктор, я — Джеффри Синклер, командир Вавилона 5.

— Я надеялась, что мне предоставится возможность встретиться с вами. Поздравляю вас с этим назначением, — в свои пятидесят лет она была элегантной женщиной с волосами цвета платины, зачесанными назад. На ее плече был шарф, заколотый золотой брошью.

— Благодарю вас. Боюсь, то у меня появилась довольно серьезная проблема, и мне потребуется ваша помощь.

— Это интригует. Продолжайте.

— Недавно со мной связалась посол Минбара. Она сказала, что мы отправили корабль к планете, находящейся недалеко от Предела, называемой Альфа Омега 3, и что этот корабль должен быть отозван. Сенатор Хидоши посоветовал мне обратиться к вам, полагая, что это, должно быть, какое–то научное судно. Посол Деленн считает это делом огромной важности, и она также сказала, что этот корабль представляет собой потенциальную угрозой для всех нас.