Аллан Коул - Флот обреченных

Махони заерзал на стуле от бессильной злости.

— Ваше величество, неужели вы позволите этак вот со мной обращаться?

— Терпи, — назидательно изрек император. — Нам нужен настоящий герой, славный генерал, любимец народа. И эта статейка еще ничего. Ты не видел другие, написанные действительно безответственными писаками. Вроде того, что ты еще и сейчас ходишь в бой со своими десантниками и орешь во время атаки, размахивая виллиганом: «За Родину, за императора!» Или что ты в былые времена застрял на какой-то планете со своей частью без денежного содержания и шесть месяцев кормил солдат из собственного кармана. И тут же, не смущаясь логикой, пишут, что ты всегда жил впроголодь, будучи выходцем из бедной семьи и содержа престарелых родителей, а также многочисленных братьев и сестер.

И отец, и дед Махони были офицерами очень высокого ранга, а после ухода в отставку оба сделали отличную карьеру в бизнесе, работая на штатские мегакорпорации.

— Чего ради вы все это затеваете? — горестно вздохнул Махони.

— В твоих очах — ирландская героическая искорка, — усмехнулся император. — Ты как нельзя больше подходишь на роль кумира. Но, говоря серьезно, ты мне нужен, чтобы перемолоть таанские силы. Да-да, журналистка никакой военной тайны не выдала. Мы действительно выступаем против Пограничных миров. И наступательные силы возглавишь ты. Я тебе передаю людей и корабли — все, что можно без слишком большого ущерба снять с других секторов. Я хочу, чтобы таанцы были в курсе готовящегося удара. Сперва ударим по их психике, которая и так пострадала от последних событий — в том числе от гибели лорда Ферле и отпадения множества союзных миров. И пусть наступление возглавит славный непобедимый Махони. Таанцы обожают символы. Вот я и предлагаю им символ.

Каждый краснобай, выступающий публично, начинает болтовню о важности Пограничных миров для нашей империи и для меня лично. Невозможно заткнуть этим дуракам рот иначе, кроме как завоевав эти поганые Пограничные миры…

Не имея привычки делать столь длинные широковещательные заявления в полудомашней обстановке, император счел нужным сделать глоток спиртного.

— Выходит, мне выпало служить символом?

— Вот именно. Если бы ты читал что-нибудь помимо оперативных сводок, то сразу бы просек, что я украл по цветистой фразе у грех генералов давно прошедших времен. А пресса такие сравнения и красоты наворотит, что закачаешься… Махони, попомни мои слова, мы победим. И очень скоро. Так что пора уже подумать, что мы будем делать с этой Таанской империей, когда поставим ее на колени… Словом, ты летишь в Пограничные миры. Таанцы, конечно, бросят туда все свои силы и попытаются отмутузить тебя по первое число. Но я тебя назначаю своей главной мясорубкой — проверни этих таанцев и нажарь из них котлет.

Тебе будут полезны кое-какие дополнительные сведения. Мы будем использовать Наху как передовую базу для главного удара по Таанским мирам. Таким образом, у тебя отлично защищенный и мощный левый фланг — при случае можешь садануть таанцев великолепным хуком слева… Еще одно. Похоже, в Таанской империи откроется огромный разветвленный антиправительственный заговор.

Махони недоверчиво-удивленно поднял брови.

— В этом заговоре участвует уйма высших офицеров, которые, судя по всему, не очень удовлетворены тем, как ведется война. Мы можем поблагодарить нашего друга Стэна, что он вскрыл этот нарыв в таанских вооруженных силах. «Предатели» будут безжалостно казнены таанскими властями.

Оба собеседника понимающе мрачно хмыкнули.

— Словом, Стэн состряпал заговор и данные переслал мне. А мы тут организуем утечку информации обратно в Таанский союз — через своих предателей. Сделаем так, что для таанцев это будут разведданные первой категории.

— А как насчет моей деятельности в Пограничных мирах?

— Уничтожьте там всех таанцев, носящих оружие. Всех до одного. А затем мы используем Пограничные миры как плацдарм для дальнейшего наступления. И это наступление возглавишь опять же ты.

И не надейся на долгий отпуск по окончании войны. Потому что я намерен назначить тебя — э-э… как бы этот пост назвать? — да, генерал-губернатором поверженной вонючей экс-империи. В ближайшие десять лет тебе придется обучать таанцев, как им лучше соответствовать нормальному человеческому облику.

Махони задумался. Потом рассмеялся.

— Великолепное жаркое, ваше величество. Остается только поймать кролика.

— Вот именно, — согласился император. — Окажи мне услугу, Ян. Не дай побить себя. Мне бы не хотелось планировать с нуля новую масштабную операцию.

Члены таанского Верховного совета мрачно переговаривались, и не сразу председательствующий добился полной тишины. Престарелый секретарь изложил черновой набросок сценария церемонии официальных похорон лорда Ферле. Когда он сошел с трибуны, стали голосовать за утверждение официального некролога и передачу его в средствах массовой информации.

Далее предстояло выбрать преемника лорда Ферле. Насчет кандидатуры мнения расходились.

«Король умер, — с горечью думал Пэстор. — Да здравствует король!»

Он вглядывался в посуровевшие лица двадцати шести своих коллег. Члены совета держали в руках электронные карточки для голосования. Но Пэстор уже просчитал исход голосования. Фракция Вичмана шестью голосами поддержит Этего. И это не сюрприз. Вичман склоняется на сторону «ястребов». А ведь даже в среде самых яростных сторонников войны до победного конца леди Этего, невзирая на ее пол, считается самым непреклонным солдатом.

Вторая фракция, тоже шесть голосов, поддерживала идею триумвирата, склоняясь к тройке следующего состава: Этего, Вичман и Пэстор.

Оставалась последняя фракция во главе с Пэстором: девять голосов, которыми он мог распоряжаться по своему усмотрению. От него зависит многое. И Пэстор уже принял окончательное решение. Но приходилось молча скучать, выслушивая длиннейший список свершений лорда Ферле.

Стэн вторично посетил Пэстора в его оранжерее спустя несколько ночей после гибели Ферле. Пэстор мог только гадать, как он явился на сей раз — но явно не через дренажную трубу. Этот сукин сын просто вышел из тени одного экзотического дерева. Увидев незваного гостя, Пэстор сперва похолодел от ужаса, потом его окатило горячей волной ненависти — эти люди задумали и осуществили гнусное убийство его коллеги лорда Ферле!

— Не делайте глупостей, полковник, — предупредил Стэн. — В сущности, происшедшее пошло на пользу вашему народу. Вы избавились от дурака в правящей элите.