Билл Болдуин - Защитники

— Так точно, — ответил Брим, давая полный боевой форсаж двигателей. Резко переложив руль, он погнался за облачниками в сторону Эффервика через Пустошь. — Бейяж! Готовность аппаратов три и четыре!

— Готовы, Вилф, — отозвался флювиец, и еще два значка на панели сменили красный цвет на зеленый.

Теперь Брим должен был нагнать корабль Лиги так, чтобы Бейяж мог дать торпедный залп под углом. Торпеды славились своей неточностью и отсутствием дальнобойности, когда выстрел приходился точно в гравитационный выхлоп. К счастью, при всей ограниченности возможностей ССРТ на скоростях ниже световой ГА восемьдесят седьмые были ограничены еще сильнее. Эти корабли, названные своими создателями с Гантейзера «Захтвагер», то есть «точный стрелок», были неуклюжими угловатыми звездолетами, оборудованными огромными передними разлагателями калибра 483 миллиирала в качестве главного оружия и двумя кормовыми разлагателями калибра 30 миллииралов. В основном они использовались по наземным целям. Их прототипы были испробованы на Флюваннс в довоенной попытке Лиги захватить этот важный доминион, и тогда от плохо вооруженного местного флота они почти не встретили сопротивления (если не считать «Звездных Огней» ИДК, в битвах с которыми «Захтвагеры» всегда терпели сокрушительные поражения). В силу чего боевые качества этих кораблей были серьезно переоценены, и перед запуском в массовое производство в конструкцию были внесены изменения. В сражениях начала войны корабли ГА-87 показали свою способность относительно легко пробивать себе путь в коротких кампаниях против Корбу, Ганната и Азурна. От этого репутация их превзошла фактические возможности. И против высококлассных кораблей типа «Звездных Огней» или «Непокорных» восемьдесят седьмые оказались медленными и плохо вооруженными — теперешние истребители Сил Обороны Имперского Флота легко с ними справлялись.

Как только Брим со своей невероятной командой бросился в погоню, облачники открыли огонь из своих кормовых 30-миллиираловых разлагателей ДР-81. Онрад тут же ответил выстрелами дальнобойного 225-мил-лииралового разлагателя ССРТ. Но когда гиперэкраны прояснились, облачник был окружен пылающим гало эффекта Гандома и уходил в гиперпространство на всей тяге, которую могли дать его кристаллы.

— Все, мы его сделали, — сказал Брим, открывая выхлоп отражателя.

Одновременно он переключил энергию главной шины на кристалл корабля. С низким рокотом, от которого содрогнулся весь корпус, кристалл ожил, и звездный небосклон задрожал и замерцал — обычный фотонный свет смешался в сердитом красном калейдоскопе, в котором завертелось само пространство разноцветными искрами перехода Дайа-Перафа. Брим отключил перегруженный гравидвигатель — он уже не будет нужен, пока скорость не снизится ниже световой — и ждал, чтобы панели гиперэкранов синхронизировались с кристаллом. Тогда обзор снова прояснился, вернулась величественная безмерность космоса, а «Захтвагер» впереди оставлял за собой длинный зеленый след — ударная волна сверхсветовой оставляла кровоточащий след массы и отрицательного времени в полном согласии с физикой Тревиса, которой подчиняются полеты на сверхсветовой скорости. Как и планировал Брим, он шел сейчас параллельным курсом с облачником, сместясь на шесть пунктов влево.

Глянув назад, чтобы посмотреть на след от своего кристалла, карескриец вывел корабль на максимум скорости и дал больше энергии на кристалл. Вскоре они Догонят противника на куда большей скорости, и ГА-87 начал ставить смертельный энергетический барраж из кормовых разлагателей. Онрад положил этому конец быстрыми очередями своего разлагателя, которые нанесли заметные повреждения, несмотря на предельную дистанцию.

— Ну, как работает бесполезное начальство? — хрипло спросил Онрад.

— Тытьчертовский выстрел! — благоговейно произнес Бейяж. — Эти жукиды Вут знает как далеко!

— Видишь, Вилф? — наставительно сказал Арам. — Я всегда говорил, что Императоры на что-нибудь да годятся.

Онрад взвыл в деланном возмущении.

— Больше никогда с тобой спорить не буду, — мрачно усмехнулся Брим и скрипнул зубами.

Впереди на фоне общего сияния центра галактики ярко обозначились периферийные звезды Эффервика. Брим повернулся вместе с креслом к Бейяжу.

— Удам, надо быстро кончать этого облачника и мотать домой. До Авалона далеко.

— Меньше чем через цикл, — заверил его Бейяж. — Начинаю отсчет.

Брим кивнул и вернулся к управлению. Каждый тик шел как целый стандартный год тревоги, и на скорости 26 М световой они угрожающе быстро углублялись в контролируемый противником космос. Если у Лиги есть хоть что-то вроде БКАЕВ — а Брим был уверен, что есть, — скоро тревога взвоет по всей эффервикской границе.

Убегающий «Гантейзер» был сейчас виден в три четверти чуть дальше шести кленетов.

— Так держать…

Брим так сосредоточился на управлении, что чуть не вылетел из кресла, когда торпедные аппараты сработали. Тем более что Бейяж от возбуждения нажал гашетки чуть раньше, чем крикнул…

— Залп!

— Ну, спасибо, господин посол, — трясущимся голосом буркнул Онрад.

— Ага, — добавил Арам. — Это было вроде учения?

— Извините, — невинным голосом шепнул Бейяж. — Зато смотрите! — воскликнул он, показывая на передние гиперэкраны. — Плохо стрелял, зато хорошо попал!

Убегающий «Гантейзер» вдруг расцвел пурпурным ореолом с багровым ядром, которое стало быстро расти, меняя форму и цвет, пока не раздулось до огненного цветка и быстро опало, оставив несколько сверкающих осколков.

Не успели остатки погибшего корабля погаснуть на фоне звезд, как Брим лег на обратный курс и понесся к Авалону, по-прежнему держа отражатели на полной тяге.

— Еще один «Гантейзер» списали! — довольным голосом сказал Онрад. — Как по-вашему, джентльмены, это куда приятнее, чем изображать из себя мишень?

— Это точно! — воскликнул Бейяж.

— Брим! — приказал Онрад. — Мы накачаемся всем старым логийским, которое я найду во дворце, как только вы доставите это ведро железяк обратно на Авалон! Будь я проклят, если мог хотя бы мечтать поучаствовать в этой войне…

— Ах ты, гад ползучий! — шепнул Брим сквозь зубы.

— Гад? — возмущенно переспросил Онрад. — Кто гад? И в этот момент снова сработал детектор приближения.

— Вот этот гад, — мрачно ответил Брим, показывая вверх и назад, где заходили в атаку два больших «Горн-Хоффа» 262Е таким тесным строем, что их «крылья» перекрывали пространство от правого до левого борта. Желтые кончики стрельчатых крыльев выдавали ветеранов космических боев.