Стивен Уокер - Декалог 1: Загадка

Стоявший на коленях мужчина заговорил:

— Если ваш друг отрезан, почему вы не велите своей охране освободить его?

Барбара посмотрела на Доктора. Тот лишь неопределённо двинул бровями.

Один из стоящих на коленях людей, крупный египтянин, поднял взгляд:

— Царь Птолемей решил освободить нас из шахт? Уже добыто достаточно золота для изготовления гроба Александра?

У Барбары закружилась голова. Неужели египтянин говорил об Александре Македонском? Ей нужно было время на то, чтобы обдумать это.

— Мне некогда говорить об этом. Свод обрушился. Человек оказался отрезан. Вы должны помочь освободить его.

Египтянин встал с колен.

— Вы не можете освободить своего друга потому, что вы без охраны… — тихо рассуждал он.

В тишине его голос был слышен повсюду.

— Моя охрана… Занята другими делами, — сымпровизировала Барбара, всё ещё не понимая, к чему идёт этот разговор, но понимая, что нужно как-то сохранить инициативу.

— Правда? — египтянин подходил к ней уже гораздо увереннее.

Он не выпускал из рук молот. Он повернулся в сторону остальных рабов.

— Это Царица, — сказал он. — А с ней никакой охраны, кроме этого старикана, — он указал на Доктора.

Барбара увидела, что её спутник обиженно прищурился, но промолчал.

Египтянин спокойным голосом сказал:

— Я, Суза, говорю, что мы можем использовать её для того, чтобы сбежать из рудников.

По толпе пробежал гул заинтересовавшихся голосов.

— Молодой человек, — Доктор стал перед Барбарой. — Если вы соблаговолите предоставить нам помощь, о которой мы вас попросили, мы вас больше не…

Без предупреждения Суза бросился на Доктора, занеся молот. Доктор ловко отпрыгнул в сторону. Поскольку молот не достиг цели, Сузе пришлось шагнуть за ним, чтобы не упасть. Каким-то образом трость старика оказалась у него между ног. Он упал, ударился головой об камень, и затих.

— Старикан я, значит? — угрюмо ухмыльнулся Доктор.

Барбара присела возле Сузы и ощупала его голову.

— Думаю, когда он очнётся, с ним всё будет в порядке.

Доктор нахмурился, и то ли кивнул, то ли покачал головой, словно здоровье нападавшего его не интересовало.

А затем все кусочки мозаики начали соединяться в общую картину. Барбара встала во весь рост. Когда она заговорила, её голос звенел по всей шахте:

— Рабы Египта, слушайте меня! Помогите нам, и я дам вам свободу.

Доктор резко посмотрел на неё, но она покачала головой: не сейчас. Она повысила голос, чтобы его было слышно в самых дальних уголках подземелья.

— Никто не был рождён для жизни в темноте, — сказала она. — Никто не должен преклоняться перед другими. Ваши тела можно пленить, ваши умы — нет. Разве вы не мечтаете о солнце, об облаках, о свежей пище для ваших детей? Я могу дать вам это. Помогите нам! И, как ваша Царица, я обещаю дать вам всё это.

Заговорил мужчина, стоявший на коленях ближе всех:

— Я так долго живу в темноте, что лучи солнца, наверное, могут меня убить.

Он замолчал. Сглотнул.

Барбара про себя отметила, что удары металла по камню полностью утихли, и рабы подходили всё ближе.

— Лучше умереть на свету, — продолжил мужчина, и в его голосе появилась сила, которую Барбара не могла даже заподозрить в нём. — Что мы должны для вас сделать?

— Для начала, скажите, как вас зовут.

— Я израильтянин. Меня зовут Аристеа.

— Что же, Аристеа, во-первых, встаньте с колен.

Когда Барбара объяснила ситуацию, Аристеа собрал несколько человек с молотами и кирками и повёл их в галерею, в которой засыпало проход к Йену. Барбара пошла было за ними, но Доктор остановил её и отвёл в тёмную часть подземелья.

— Моя дорогая Барбара, вы ужасно рискуете!

Барбара нахмурилась:

— Вы же знаете, как в этом столетии обращаются с женщинами, Доктор. Если я не царица — я никто! И мы никогда не спасём Йена!

— А что вы будете делать, когда Аристеа и рабы узнают, что вы врали, хм?

— А вот в этом-то вся и прелесть, — улыбнулась Барбара. — Если нам повезёт, они об этом не узнают.

Доктор нахмурился:

— Что вы имеете в виду?

— Вы не поняли? Аристеа упомянул, что они добывают золото для гроба Александра Великого. Это значит, что сейчас примерно 323 или 322 год до нашей эры.

— Почему?

— Потому что именно тогда он умер. И когда один из его генералов, Птолемей, объявил себя царём вместо Александра, он освободил из рабства всех евреев. Именно поэтому он сменил имя на Птолемей Сотер. Сотер — это спаситель по-гречески. Понимаете? Этих евреев в любом случае освободят. Просто они будут думать, что это сделала я, вот и всё. И мы получили помощь, необходимую для спасения Йена.

Доктор взялся за лацканы пиджака и надул губы:

— То, что у вас есть знания, позволяющие манипулировать историческими событиями в свою пользу, ещё не значит, что у вас есть право так поступать.

— Ну что вы такое говорите, Доктор? Вы же сами говорили, что не живёте со своим народом потому, что они настроены только наблюдать, а вы видели необходимость вмешаться.

— Моя дорогая Барбара, есть огромная разница между моим и вашим взглядом на Вселенную.

— Да что вы, Доктор! Когда вы видите несправедливость, вы её исправляет! Вы же сами говорили, что история Земли фиксирована. Но будущее не определено. Будущее Йена не определено, и я хочу его изменить! Понимаете? У нас с вами одна цель; какие бы ни были у нас различия в средствах, это будет неважно, если выживет Йен!

— А что, если он уже мёртв, хм? Вы об этом подумали?

— Без моего разрешения он не посмел бы! — руки Барбары начали подниматься, чтобы закрыть лицо, но она вспомнила, что хотела избавиться от этого жеста, и опустила их.

Выражение лица Доктора смягчилось:

— Я знаю, что вы расстроены. Даже такому старику, как я, понятно, что Йен вам небезразличен, но…

— Небезразличен! Он мне не просто небезразличен, я его… — она запнулась.

Доктор тихо кашлянул:

— Может быть, проверите, как там наш друг с молотом? — предложил он. — Мы же не хотим, чтобы он умер, правда? Тем более, что именно по нашей вине он ранен.

Барбара кивнула:

— Вы правы.

Она развернулась и медленно пошла туда, где без сознания лежал египтянин.

Его там не было.

Один из рабов пододвинулся ближе.

— Я видел, как он встал, — сказал он. — Он на какое-то время подошёл к вам, а затем пошёл туда, — и он указал на коридор, который вёл наверх.

— Значит, ваш агрессивный друг был не так сильно ранен, как нам показалось, — сказал Доктор. — Скажите, а куда ведёт этот коридор?