Энн Маккефри - Полет Пегаса

Она знала, кем он был; и ее ненависть била в его мозг. Те слова - после смерти Джила Граци - были ее словами; их не создало его больное воображение. Тогда она узнала в нем своего реального противника. Только теперь он вынужден был признать, что она умела, и все, что она умела, к сожалению, она использовала не по назначению.

В эти доли секунды противостояния он принял безжалостное решение. Больше всего в жизни желая, чтобы не нужно было этого делать.

Она поняла! Она была в смятении!

Вдруг она оказалась за тяжелой дверью, не открывая ее. Гарольд Орлей, который мчался за ней по лестнице, не обладал таким талантом. Страшным усилием он разломал металлическую дверь. У Дэ фида не было выбора. Она телепортировалась. Он поддержал теле-эмпата, открыл задвижку и широко распахнул дверь.

Орлей преследовал тонкую фигурку, которая мчалась по тускло освещенному бетонному полу комнаты с низким потолком. Теперь она направлялась по пандусу вниз.

- Стой, стой, - оп Овен слышал свой умоляющий голос.

Хайз, покачиваясь, спустился по лестнице.

- Выстрелите в него. Ради Бога, выстрелите в Орлея, Хайз, - кричал оп Овен.

Казалось, Хайз потерял координацию. Оп Овен попытался оттолкнуть его дрожащие руки и самому взять ружье. Тренированные рефлексы Хайза заставляли его все крепче сжимать ружье. Как раз тогда оп Овен услышал отчаянный крик девушки.

Двое мужчин появились наверху у пандуса. Они оба выстрелили, глухой звук выстрелов сопровождало ее затрудненное дыхание.

- Не в нее. Стреляйте в Орлея. Стреляйте в мужчину, - кричал оп Овен, но было слишком поздно.

Даже, когда девушка рухнула на пол, Орлей схватил ее. Хватал, и рвал, бил источник эмоций, которые так взволновали его. Бил и разрывал ее физически, как она поступала с его психикой.

Тело Орлея дернулось, когда стали действовать транквилизаторы, но потребовалось слишком много времени, чтобы преодолеть адреналиновую реакцию перевозбужденного теле-эмпата.

Боль, жалость, и ужас появились в глазах Жиллингса, когда он вбежал на этаж. Полицейский стоял вдалеке от забрызганных кровью тел.

- Господи, неужели никто не мог помешать ему догнать ее? - пробормотал пилот вертолета, отворачиваясь от бесформенного окровавленного предмета, наполовину закрытого телом Орлея, который был без сознания.

- Дверь могла бы остановить Орлея, но он открыл ее, - мрачно сказал Хайз, показывая на оп Овена.

- Она телепортировалась сквозь дверь, - тихо сказал оп Овен. Он должен был прислониться к стене. Он начал непроизвольно дрожать: это была реакция. - Ее нужно было остановить. Сейчас. Здесь. Пока она не поняла, что сделала. Что она могла сделать. - Его колени подогнулись. - Она телепортировалась сквозь дверь!

Неожиданно на помощь ему пришел Жиллингс, Жиллингс, мозг которого больше не был закрыт, а излучал сочувствие и благоговение, и понимание.

- Вы так и сделали.

Эта фраза едва задержалась в мозгу оп Овена, когда он терял сознание.

- Это все, что осталось от покойной Солланж Бош, - сказал Жиллингс, бросая пленку из картотеки на стол. - Все из ее жизни, что мы смогли собрать. - Цыгане нигде не остаются надолго.

- Все, что от нее осталось? - спросил Лестер Велч, хмуро глядя на то, что осталось от пятнадцати лет человеческой жизни и поместилось на трех дюймах.

- Уверяю вас, - ответил Жиллингс, немного раздраженным тоном, впервые с тех пор, как он вошел в кабинет. - На ленте есть также длинное интервью с Биллом Джонсом, кузеном, работником социальной сферы, поселившемся тут после того, как Солланж выздоровела. У нее была бронхиальная пневмония. У него и мысли не было, - поспешно заверил их Жиллингс, - что есть другая причина, кроме обычной проверки, касающейся местопребывания беглых жителей графства. У него случилось предчувствие, - Жиллингс скорчил гримасу, - что семья уехала в Торонто. Они уехали. Он также думал, что они посчитали девочку мертвой, когда она упала на улице. В Торонто подтвердили это. Итак, я не думаю, что это удивит вас, оп Овен, но ее компания, по словам Джона, - те, кто все еще живут ворожбой, хиромантией, гаданием на кофейной гуще.

- Минутку, Жиллингс, - начал Лестер, рассерженно. Он успокоился, когда увидел, что его шеф и комиссар полиции усмехаются друг другу.

- Итак… как вы и подозревали, оп Овен, она обладала странным талантом. Мы знаем от санитарок, что она смотрела ваши пропагандистские передачи, находясь в больнице. Мы можем заверить, что она узнала о том, что ее ищут или тогда, когда Джил Граци "нашел" шубу, или когда было установлено, где она живет. Не трудно угадать мотивы совершения кражи и вообще ее инстинктивное желание воровать. - Жиллингс внезапно резко потряс головой и встал. Он стал вытягивать руку, вспомнил и поднял ее в прощальном жесте. - Вы продолжите эти передачи, правда?

Лестер Велч так зловеще посмотрел на комиссара, что оп Овен засмеялся.

- С определенными сокращениями, да.

- Хорошо. Таланты нужно находить и тренировать. Тренировать молодых, и хорошо, если они смогут использовать свой талант должным образом. - Жилингс посмотрел в глаза оп Овену. - Бош была плохой, оп Овен, насквозь порочной. Послушайте, что сказал о ней Джонс, - и вы не будете слишком сильно сожалеть об этом вторнике. Молодые тоже иногда бывают неподдающимися.

- Я согласен, комиссар, - сказал Дэфид, провожая его к двери так спокойно, как если бы он не слышал так ясно, что думает Жиллингс. - А мы оценим вашу помощь, если вы придумаете, как объяснить странное происшествие во вторник.

- Случай взаимопонимания, - сказал Жиллингс, его глаза блестели. - И не нужно меня провожать. Я могу открыть эту дверь.

Не успела плотно закрыться за ним дверь, как Лестер Велч повернулся к начальнику.

- И кто кому при этом окажет услугу? - спросил он. - И вы не осмелитесь говорить о невиновности, оп Овен. Два дня назад этот человек был вашим врагом, выступающим против меня с достаточной ненавистью и недоверием.

- Помните, что вы сказали о вторнике Жиллингса?

- Вокруг талантов в последнее время было столько пустых замечаний.

- Франк Жиллингс - телепат. - Потом, когда Лестер задохнулся от этой новости, оп Овен добавил: - И он не хочет быть телепатом. Он подавляет свою способность. Естественно, он должен быть противником.

- Ха!

- Он не слишком стар, но недостаточно гибок, чтобы приспособиться к таланту после того, как отрицал его так долго.

- Я верю в это. Но что означало это "я могу открыть эту дверь"? - Лестер передразнил низкий голос комиссара.

- Я тоже слишком стар, чтобы учиться новым фокусам, Лес. Я телепортировался через дверь в крыше на той стоянке. Он видел, как я сделал это. А она увидела память об этом в моем мозгу. Если бы она была жива, она бы вычистила мой мозг. Но ведь я - не хотел, чтобы она умирала.